Опубликовано — Оставить комментарий

Пэг Стрип. Что мешает уйти, когда не устраивают работа или отношения?

Что мешает уйти, когда не устраивают работа или отношения?Иногда мы понимаем, что пора двигаться дальше, но боимся что-то менять и оказываемся в тупике. Писатель Пэг Стрип размышляет, откуда берется страх перемен.
 

Каждый раз, когда я оказываюсь в тупике и понимаю, что ничего не изменится, в голове сразу всплывают возможные причины, по которым мне не стоит от него уходить. Моих подруг это выводит из себя, потому что я только и говорю, как я несчастна, но в то же время мне не хватает смелости уйти. Я замужем 8 лет, в последние 3 года брак превратился в сплошную муку. В чем же дело?»
Этот разговор меня заинтересовал. Я задумалась, почему людям трудно уйти, даже когда они совершенно несчастны. В итоге я написала книгу на эту тему. Причина не только в том, что в нашей культуре считается важным терпеть, продолжать бороться и не сдаваться. Люди биологически запрограммированы не уходить раньше времени.
Дело в установках, оставшихся в наследство от предков. Выжить в составе племени было гораздо легче, поэтому древние люди, боясь непоправимых ошибок, не решались на самостоятельную жизнь.
Неосознанные механизмы мышления продолжают работать и влиять на решения, которые мы принимаем. Именно они заводят нас в тупик. Как из него выбраться? Первым дело необходимо разобраться, какие подсознательные процессы парализуют способность к действию.

МЫ БОИМСЯ ПОТЕРЯТЬ СВОИ «ВЛОЖЕНИЯ»

Научное название этого явления – ошибка безвозвратных затрат. Разум боится потерять время, силы, деньги, которые мы уже потратили. Такая позиция кажется взвешенной, разумной и ответственной – разве не должен взрослый человек серьезно относиться к своим вложениям?
На самом деле это не так. Все, что вы потратили, уже ушло, и назад вы «вложения» не вернете. Эта ошибка мышления не дает вам сдвинуться с места – «Я уже потратил(а) на этот брак десять лет жизни, если я сейчас уйду, все это время пропадет впустую!» – и не дает вам задуматься о том, чего мы сможем добиться через год, два или пять, если все-таки решимся уйти.
Что мешает уйти, когда не устраивают работа или отношения?

МЫ ОБМАНЫВАЕМ СЕБЯ, ВИДЯ ТЕНДЕНЦИИ К УЛУЧШЕНИЮ ТАМ, ГДЕ ИХ НЕТ

За это можно «поблагодарить» две особенности мозга – тенденцию рассматривать «почти выигрыш» как настоящий выигрыш и подверженность прерывистому подкреплению. Эти свойства – результат эволюции.
«Почти выигрыш», как показывают исследования, способствует развитию зависимости от казино и азартных игр. Если на игровом автомате выпало 3 одинаковых символа из 4, это никак не повышает вероятность того, что в следующий раз одинаковыми окажутся все 4, но мозг уверен, что еще чуть-чуть и джек-пот будет наш. Мозг реагирует на «почти выигрыш» точно так же, как на настоящий выигрыш.
Вдобавок к этому мозг восприимчив к так называемому прерывистому подкреплению. В одном из экспериментов американский психолог Беррес Скиннер посадил трех голодных крыс в клетки с рычагами. В первой клетке каждое нажатие на рычаг давало крысе пищу. Как только крыса это поняла, она занялась другими делами и забыла о рычаге, пока не проголодалась.

Если действия дают результат лишь иногда, это пробуждает особое упорство и придает неоправданный оптимизм

Во второй клетке нажатие на рычаг ничего не давало, и когда крыса это усвоила, сразу забыла о рычаге. А вот в третьей клетке крыса, нажимая на рычаг, иногда получала пищу, а иногда – нет. Это называется прерывистым подкреплением. В результате животное буквально помешалось, нажимая на рычаг.
Прерывистое подкрепление так же действует и на человеческий мозг. Если действия дают результат лишь иногда, это пробуждает особое упорство и придает неоправданный оптимизм. Весьма вероятно, что мозг возьмет отдельный случай, преувеличит его значимость и убедит нас, что это – часть общей тенденции.
Например, супруг один раз поступил так, как вы просили, и тут же сомнения улетучиваются и мозг буквально кричит: «Все будет хорошо! Он исправился». Потом партнер берется за старое, и мы снова думаем, что счастливой семьи не будет, затем ни с того ни с сего он вдруг становится любящим и заботливым, и мы снова думаем: «Да! Все получится! Любовь побеждает все!»

МЫ БОИМСЯ ПОТЕРЯТЬ СТАРОЕ БОЛЬШЕ, ЧЕМ ХОТИМ ПОЛУЧИТЬ НОВОЕ

Мы все так устроены. Психолог Даниел Канеман получил Нобелевскую премию по экономике, доказав, что люди принимают рискованные решения, руководствуясь в первую очередь стремлением избежать потерь. Может, вы считаете себя отчаянным сорвиголовой, но научные данные говорят о другом.
Оценивая возможную выгоду, мы готовы почти на все, чтобы избежать гарантированных потерь. Установка «не потерять то, что имеешь» превалирует, поскольку глубоко внутри все мы очень консервативны. И даже когда мы глубоко несчастны, наверняка есть что-то, что мы очень не хотим потерять, особенно если не представляем, что нас ждет в будущем.
И что же в итоге? Думая о том, что можем потерять, мы словно надеваем себе на ноги кандалы с 50-килограммовыми гирями. Иногда мы сами становимся препятствием, которое нужно преодолеть, чтобы что-то изменить в жизни.

Об авторе

Пэг Стрип
Пэг Стрип (Peg Streep), автор книг о психологии, личном и духовном развитии.
http://www.psychologies.ru
Опубликовано — Оставить комментарий

Masennus ei ole vain sitä, että maataan sängyssä.

Masennusta on monenlaista, ja sairaudella on erilaisia vaiheita.Kohtaamme edelleen epäuskoa jopa lääkäriin hakeutuessamme, ellemme ”vaikuta masentuneilta”.

KATRI KALLIONPÄÄ kirjoitti Anna-Leena Härkösen uutuuskirja-arviossaan (HS Kulttuuri 15.6.) siitä, miten kirjan päähenkilön sairaus ei hänen mielestään vaikuttanut uskottavalta. Kirjoittajan mukaan se, että päähenkilöllä on perhe, ystäviä, rahaa, terveyttä ja sosiaalista elämää, tekee päähenkilön sairaudesta epäuskottavan. Se sairaus on masennus.
Tämä näkemys on haitallinen. Masennus kun ei ole vain sitä, että maataan sängyssä, sohvalla tai lattialla eikä kyetä elämään muuten kuin hengittäen. Ei ole vain yhdenlaista masennusta, ja tälläkin sairaudella on erilaisia vaiheita.
Meitä on moneksi. Me pystymme kenties käymään töissä tai opiskelemaan, elämään näennäisen normaalia elämää ja jopa urheilemaan. Kenties jopa nauramme tai hymyilemme toisinaan. Mikään näistä ei tarkoita, ettemme olisi sairaita.
Me masentuneet koemme syyllisyyttä sairaudestamme. Koemme jatkuvaa ahdistusta siitä, ettemme saisi tuntea, kuten tunnemme, koska meillä on ”asiat hyvin”. Aina kun tämä virheellinen käsitys masennuksesta toistuu julkisesti, mielikuva ”masentuneelta vaikuttavasta” ihmisestä korostuu. Tämä ihmisiin iskostuva mielikuva voi pahimmillaan hankaloittaa ja hidastaa avunsaamista ja paranemisprosessia sekä sitä, että masentunut otettaisiin vakavasti juuri sellaisena, miten hän nyt sattuu masennustaan sairastamaan.
Me masentuneet kohtaamme edelleen epäuskoa jopa lääkäriin hakeutuessamme, ellemme ”vaikuta masentuneilta”. Tutut ja puolitutut kyseenalaistavat diagnoosimme, jos satumme meikkaamaan tai hymyilemään.
Masennus ei myöskään tiedustele materian perään, sillä se on sairaus. Sairautta ei kiinnosta pankkitilin saldo, asunnon koko tai sairastavan sosiaalisten ympyröiden laajuus.
Suomessa vakavaan masennustilaan sairastuu vuosittain noin kuusi prosenttia työikäisestä väestöstä, ja vielä enemmän on heitä, jotka kärsivät lievemmistä masennusoireyhtymistä. Silti me olemme olemassa, osana yhteiskuntaa, käymässä töissä, tiskaamassa, syömässä ravintolassa, jumpassa, missä nyt mieleltään terveetkin ihmiset ovat.
Anni Saastamoinen 
mielenterveyskuntoutuja, vapaa toimittaja 
Helsinki
http://www.hs.fi

Опубликовано — Оставить комментарий

Не унывай.

Один из самых бесполезных, мало того, наоборот, раздражающих, видов помощи при депрессии — «подбадривающие» слова типа «не грусти», «все образуется», «соберись», «не раскисай» и т.п.
Фото Депрессия.