Метка: рекомендации

Опубликовано от — Оставить комментарий

Депрескрайбинг: как и когда правильно отменять терапию.

Депрескрайбинг – систематический процесс отмены препарата или снижения дозы в случае, когда реальный или потенциальный ущерб от его назначения превышает пользу. Этот термин впервые стали использовать в гериатрии, где пациенты зачастую получают множество препаратов по поводу различных заболеваний. Но, даже если все назначено в соответствии с рекомендациями, состояние пациента может ухудшаться от такого лечения. Это связано с накоплением побочных эффектов, зачастую непредсказуемыми лекарственными взаимодействиями и особенностями метаболизма у пожилых, часто сильно отличающихся от условий, в которых эффективность препаратов была доказана.
В последние годы говорят об актуальности этой концепции в психиатрии: как ни странно, те же трудности возникают в лечении даже молодых пациентов с психическими расстройствами (Grudnikoff, 2017). Кроме того, некоторые специалисты призывают пересмотреть подход к поддерживающей терапии: появляется все больше данных о долгосрочном влиянии препаратов, и часто возникающее в рекомендациях словосочетание “неопределенно долгий прием” начинает звучть угрожающе не только для пациентов.
 

Основания для депрескрайбинга в психиатрии

 
Несовершенство психиатрических классификаций приводит к тому, что в психиатрии (как и в гериатрии) у одного пациента часто сосуществуют несколько диагнозов. Достаточно распространена практика назначать лечение “посиндромно”, хотя международные рекомендации советуют придерживаться монотерапии. Комбинаций, эффективность которых была бы подтверждена исследованиями высокого уровня, не так много. При этом, экспериментируя с лечением, врачи часто гонятся за эффектом в плане психопатологической симптоматики, мало задумываясь о переносимости и отдаленных влияниях препаратов. Точно так же не всегда выполняется пункт рекомендаций об использовании наименьших возможных доз: пациент часто продолжает терапию, которая нужна была при обострении, при том, что для поддерживающей терапии бывает достаточно меньших дозировок. Концепция депрескрайбинга призывает сместить фокус, пересмотреть наши цели: не добиваться уменьшения или исчезновения симптомов любой ценой, а стремиться в первую очередь к улучшению качества жизни пациентов. В конечном итоге, задуматься об отмене препарата заставляют многие ситуации, которые возникают в психиатрии постоянно (Gupta, 2016):
 
– соотношения риска и пользы в процессе терапии меняется: например, при возникновении беременности, присоединении соматических заболеваний, изменении метаболизма с возрастом
– препараты неблагоприятным образом изменяют эффекты друг друга: усугубляются побочные эффекты, уменьшается эффективность, препарат, назначенный для лечения одного состояния, ухудшает течение другого
– имеет место необоснованная полипрагмазия: назначено несколько препаратов из одной группы, препарат применяется не по показаниям
– рекомендуется отнестись серьезно и к случаям, когда сам пациент заводит разговор об отмене препарата, например, если пациент не может себе позволить покупать дорогостоящие лекарства, когда необходимость их принимать приводит к стигматизации, или испытывать симптомы расстройства – его собственное решение.
 
Отсюда – перечень препаратов, которые можно попробовать отменить (Gupta, 2018):
 
– один препарат из комбинации: врачи часто добавляют новое лекарство, но не отменяют старое, сочтя, что эффективной оказалась именно комбинация; сюда же относятся случаи, когда основной эффект недостаточен, а побочные эффекты выходят на первый план.
– препараты, назначенные не по показаниям (например, антипсихотические препараты для лечения инсомнии: их эффективность по этому показанию не доказана) или один из препаратов схожего профиля, если они назначены одновременно;
– назначения для купирования побочных эффектов: многие из них можно со временем отменить в связи с развитием толерантности, например, к экстрапирамидным проявлениям, или уменьшением тревоги, которая характерна для начала терапии СИОЗС.
– наиболее дискуссионный пункт – возможность отмены поддерживающей терапии шизофрении, биполярного и монополярного аффективного расстройства. С одной стороны, существует множество исследований по высокому риску рецидива у пациентов, перенесших 2 и более приступов, в связи с чем рекомендован практически пожизненный прием препаратов. Также было показано, что с отменой терапии состояние с высокой вероятностью ухудшается. С другой стороны, к исследованиям, которые демонстрируют высокий риск ухудшения при отмене, есть ряд претензий: все они рассматривают случаи, когда препараты отменялись одномоментно, без компенсации психологическими и социальными мероприятиями, а для регистрации факта “обострения” или “ухудшения” использовались достаточно расплывчатые критерии. То есть, возможно, мы располагаем не совсем верными данными, когда говорим о том, что отменять терапию крайне нежелательно. В последнее время появляются исследования, которые показывают обратное (Brodaty, 2018), но для основательных выводов их пока недостаточно.
 
Здесь сразу возникает много “но”: все же, длительно существовавшее убеждение, что препараты обязательно нужно принимать долго (и много), имело серьезные обоснования. Во-первых, очевидно, депрескрайбинг подойдет не всем пациентам. Такую возможность нужно рассматривать, если (Gupta, 2019):
 
– пациент настроен участвовать в решении вопросов о своем лечении, комплаентен;
– большинство симптом расстройства на данный момент отсутствуют;
– для данного пациента маловероятно поведение, связанное с опасностью для себя и окружающих (ауто- и гетероагрессивность), на данный момент и в течение длительного времени не было фактов злоупотребления ПАВ;
– социальное окружение может оказать пациенту поддержку, отслеживать изменения в его состоянии; есть возможность обратиться к психологической терапии.
 
Если пациент некритичен, недостаточно кооперирует и потенциально опасен в период ухудшения, риск отмены препаратов превышает пользу. При этом существует практика депрескрайбинга у пациентов с расстройствами интеллектуального развития, которые постоянно проживают в интернате (Flood, 2018). В этом случае работники учреждения создают необходимые социальные условия, которые компенсируют отсутствие критики и комплаенса.
 
Во-вторых, отменять препараты – такая же наука, как назначать. Вполне возможно, большинство исследований поддерживают неопределенно долгий прием препаратов именно потому, что процедуре снижения доз и отмены никогда не придавали особого значения, но результаты могут зависеть от нее напрямую. Исследований, которые специально изучали бы процесс отмены, крайне мало, но на основе имеющихся предложен пятиступенчатый алгоритм (Reeve, 2014). Он разработан клиническими фармакологами и специфическим для психиатрии не является, в этом материале он приводится с последующими дополнениями специалистов в области психиатрии (Gupta, 2018; Frank, 2016).
 
1) Выбрать правильный момент: пациент не должен находиться в ситуации, которая увеличивает риск ухудшения и без манипуляций с препаратами (например, во время увольнения или развода).
 
2) Обратиться к анамнезу: были ли ранее попытки отменить препарат или снизить его дозу, в какие сроки это происходило и как переносилось.
 
3) Обсудить возможность отмены/снижения дозы с пациентом, выслушать его предложения (например, от какого препарата он хотел бы отказаться в первую очередь).
 
4) Сравнить риски и пользу, связанные с применением каждого из препаратов, и, с учетом мнения пациента и данных анамнеза, выбрать “мишень” для депрескрайбинга. Оптимально работать единовременно только над одним лекарством. Можно начать с препарата, представляющего наибольшую угрозу (например, у пациента со склонностью пролонгированию интервала QT – с препаратов, влияющих на этот показатель). В отсутствие таких препаратов целесообразно начать с самого “ненужного” – препарата, от которого врач и пациент не замечают эффекта.
 
5) Известить об изменениях в терапии тех, кто заботится о пациенте: родственников, социальных работников; объяснить им и самому пациенту, как распознать симптомы ухудшения.
 
6) В период снижения дозы, и, возможно, после отмены препарата, пациенту могут быть необходимы альтернативные методы терапии, которые могут в некоторой степени “компенсировать” отсутствие препарата на первых порах. В качестве примера приводят КПТ при отмене анксиолитиков у пациентов, страдающих бессонницей, обучение дыхательным упражнениям и mindfullness при отмене анксиолитиков у пациентов с тревожными расстройствами, поведенческую активацию при отмене препаратов со стимулирующим действием.
 
7) Приступить к снижению дозы и наблюдать за состоянием пациента в процессе. Рекомендуется снижать дозу как можно медленнее, вплоть до нескольких лет. Выбирая темп, можно ориентироваться на данные фармакодинамики препарата.
 
8) Реагировать на проявления синдрома отмены и симптомы обострения состояния. На сайте Inner Compass Initiative в разделе Withdrawal project приводятся различные немедикаментозные методы, которые могут помочь справиться с проявлениями синдрома отмены (хотя доказательной базы нет практически ни у одного из них). Из мер, связанных собственно с лекарственным лечением – переход к формам с большей продолжительностью действия (с последующим отказом и от них) и более медленное снижение дозы. Важно отличать симптомы отмены от обострения: например, в случае психозов гиперчувствительности, которые манифестируют вскоре после отмены антипсихотического препарата, но в дальнейшем проходят самостоятельно.
 
9) Не только для собственной безопасности, но и чтобы помочь врачу, который, возможно, будет работать с этим пациентом в дальнейшем, весь процесс должен быть отражен в документации: основания для отмены, согласие пациента, его реакция на изменение дозы, принятые меры помощи.
 
На данный момент “идеальный” для депрескрайбинга пациент скорее смиряется с побочными эффектами и к изменениям в терапии относится с опаской: “рабочая” схема нередко достается врачам и пациентам с трудом, и ни те, ни другие не заинтересованы в дальнейших экспериментах. Тем не менее, результаты немногочисленных пока исследований по безболезненной отмене лекарств и многочисленных – по их отдаленным эффектам заставляют задуматься, правильно ли такое положение дел. Перспективное направление научных разработок – определение предикторов хорошего исхода депрескрайбинга, выделение групп пациентов, у которых терапию, пусть и через длительный срок, можно отменить более или менее безболезненно. В доработке нуждается и сама процедура – многое в приведенном алгоритме опирается только на интуицию врача. В перспективе отмена лекарств, основанная на доказательствах, как любая хорошая практика, могла бы стать завершающим этапом помощи в цепочке от стационара к амбулатории и реабилитационным отделам.
 
Автор текста: Шишковская Т.И.
 
Источники:
 

  1. Reeve E. et al. Review of deprescribing processes and development of an evidence‐based, patient‐centred deprescribing process //British journal of clinical pharmacology. – 2014. – Т. 78. – №. 4. – С. 738-747.
  2. Gupta, Swapnil, and John Daniel Cahill. “A prescription for “deprescribing” in psychiatry.” (2016): 904-907.
  3. Grudnikoff, Eugene, and Christopher Bellonci. “Deprescribing in child and adolescent psychiatry—A sorely needed intervention.” (2017): e1-e2.
  4. Brodaty H. et al. Antipsychotic deprescription for older adults in long-term care: The HALT study //Journal of the American Medical Directors Association. – 2018. – Т. 19. – №. 7. – С. 592-600. e7.
  5. Flood B. De-prescribing of psychotropic medications in the adult population with intellectual disabilities: A commentary //Pharmacy. – 2018. – Т. 6. – №. 2. – С. 28.
  6. Gupta S., Miller R. Deprescribing and Its Application to Psychiatry //Critical Psychiatry. – Springer, Cham, 2019. – С. 137-153.
  7. Frank A., Shors M. 6 steps to deprescribing: a practical approach //Current Psychiatry. – 2017. – Т. 16. – №. 6. – С. 36-38.
  8. Gupta S., Cahill J. D., Miller R. Deprescribing antipsychotics: a guide for clinicians //BJPsych Advances. – 2018. – Т. 24. – №. 5. – С. 295-302.

http://psyandneuro.ru
 

Опубликовано от — Оставить комментарий

Näin kolmen vuoden psykoterapia helpotti elämääni.

Tervehdys ystävät!
Tällä kertaa tunnen erityisen syvää iloa ja kiitollisuutta istuessani näppäimistöni ääreen. Pääsen puhumaan itselleni ja myös yhteiskunnalle tärkeästä asiasta ihmisen kanssa, joka on inspiroinut minua kolumneillaan & kirjoillaan suuresti aloittamaan itsekin kirjoittamisen. Ja näin lopulta teinkin.
Kuten otsikostakin näkyy, tässä postauksessa aihetta kanssani on käsittelemässä ja näkökulmiaan tarjoilemassa kansan rakastama psykoterapeutti, tietokirjailija ja kolumnisti Maaret Kallio. Kiitän Maaretia lämpimästi jo tässä vaiheessa vierailusta!
Lähdimme pureutumaan psykoterapia-aiheeseen teemalla asiakkaan ja ammattilaisen näkökulmat. Aihe on ollut muutenkin framilla viime aikoina muun muassa ”Terapiatakuu”-kansalaisaloitteessa. Terapiatakuun lakimuutosehdotuksen tavoitteena on taata mielenterveyspalvelujen nopea pääsy hoidolliseen psykoterapiaan tai muuhun psykososiaaliseen hoitoon ensimmäisen terveyskeskuskäynnin jälkeen.
Joten nyt kerronkin, miten psykoterapia helpotti elämääni!

Jotta savea voi valaa, täytyy kädet liata

Psykoterapia opetti heti ensimmäisen vuoden aikana sen, mitä olin vältellyt koko siihenastisen elämäni, eli raadollisen rehellisen itsensä kohtaamisen. Ja tärkein oppi siinä on, että ilman ”käsien likaamista”, eli kurkkaamista omiin pimeimpiinkin nurkkiinsa, ei pysyvä hyvinvoinnin parantaminen ole täydessä potentiaalissaan mahdollista.
Psykoterapian vaihe, missä kolkkoihin nurkkiin sohaistaan ensi kertaa hennolla valolla, sattuu todella paljon. Kipu voi kestää kuukausia, jopa pidempään. Itselläni tämä tarkoitti kolmen kuukauden totaalisen lamaantumisen jaksoa. Painajaisunet huudon kera ja viikkoja kestävä apatia olivat arkipäivää. Koin oloni kuitenkin turvalliseksi, koska minulle kerrottiin ja selvennettiin kokoajan mitä tapahtuu ja miksi.
Kun kädet ovat liatut, ne voi myös lopulta pestä pysyvästi pinttyneistä tahroista, joita ei tiennyt olevankaan.
Maaret: ”On tosi mielenkiintoista, että muutosta tapahtuu usein jo ennen kuin psykoterapia alkaa. Siis siitä hetkestä, jolloin päätös terapiaan lähtemisestä on tehty ja aika varattu. Se kuvaa hyvin sitä, miten mieli alkaa orientoitua ja havainnoida omaa elämää, toimintaa ja vaikeita kohtia jo ennen työskentelyn varsinaista alkamista.
Psykoterapian alkaminen koetaan monin yksilöllisin tavoin ja myös tulotilanteesta riippuen. Jollekin se on suuri helpotus, toiselle melkoisen pelottavaa, kolmannelle odotettu tutkimusmatka itseen ja neljännelle pakon edessä tehty päätös, koska muuten ei enää pärjäisi. Alkuvaiheeseen liittyy ennen kaikkea suhteen luottamuksen rakentaminen, joka on sekä psykoterapeutista että asiakkaasta kiinni. On tärkeää kuunnella itseään ja ottaa suoraan puheeksi, kuka tuntuisi terapeuttina omimmalta ja mahdollisimman hyvältä vaativankin, pitkän ja tärkeän työskentelyn kumppaniksi. Niin sanotuilla kemioilla on siis kovasti väliä.”
Tässä Maaretin vinkit terapeutin etsimiseen!

Historian havinan vaikutus nykypäivään

Yksi suuri elämää helpottava oppi psykoterapiasta oli alkaa ymmärtämään, mistä tulen ja miten se vaikuttaa minuun. Eikä tässä tarkoiteta pelkästään maantieteellistä sijaintia, vaan millaisessa ympäristössä olen kasvanut? Millainen kulttuuri, asenteet, arvot ja normit minua muokkasivat kuin sulaa voita keskenkasvuisena? Toistanko pahoinvoinnin noidankehää, jonka vannoin joskus katkaisevani?
Luulin ennen, että mennyt on mennyttä ja asiat voi haudata mädäntymään mullan alle. Psykoterapian avulla ymmärsin, että haudatut mädät lemuavat läpi ja vaikuttavat jokapäiväiseen elämääni hyvinkin vahvasti.
Kohdallani tämän ymmärtäminen helpotti minua esimerkiksi tajuamaan kuviota, joka ajoi minut uupumuksen partaalle, josta olenkin kertonut aiemmin. Jos jatkuvasti on tunne, että ei kestä pysähtyä itsensä äärelle ja oma vuorokausi on suorastaan PAKKO täyttää toiminnalla, kertoi se ainakin minulla siitä, että käsittelemätön historiani puristi minua kaulasta kuin mustanvyön judoka.
Maaret: ”Yksi psykoterapian keskeisimmistä tavoitteista on itsehavainnoinnin taidon kehittyminen. Se tarkoittaa ihmisen kykyä havainnoida omaa toimintaansa, elämäänsä, kokemuksiaan ja tunteitaan vähän etäämmältä ja samalla hyvin myötätuntoisesti. Ensin se tapahtuu yhdessä psykoterapeutin kanssa, vahvistuen ajan kulussa omaksi, itsenäiseksi taidoksi myös ilman terapeuttia.
Taivun ajattelemaan, että psykoterapiassa rakentuu usein oma tarina, jota uskaltaa alkaa omistaa. Silloin alkaa herkemmin kuunnella sitä, miten itse on asiat kokenut esimerkiksi lapsuudenperheessä ja uskaltautuu katselemaan myös vaikeita asioita moniulotteisesti. Mitä paremmin ymmärtää menneisyyteensä ja sen jättämät haavat ja vahvuudet, sitä paremmin myös kykenee niihin vaikuttamaan nykyelämässä. Monet asiat toistuvat sukupolvesta toiseen, mutta kun vaikeuksia ja hankalia tunteita jaksaa käydä läpi, kuulla ja työstää, niiden automaattinen voima irrottaa otettaan. Silloin voi alkaa tietoisesti toimia uusin tavoin, eikä muutos jää vain sanojen ja julistuksen asteelle.
Muuttuminen on vaikeampaa, kuin yleisesti ajatellaan. Aito muutos perustuu aina ymmärrykseen, eli että käsitän, mikä minua on estänyt tai estää toimimasta toisin. Ihmisen toiminta on aina jotenkin mielekästä, silloinkin kun se on mieletöntä. Psykoterapiassa nämä salaisuudet usein aukeavat ja oma kummallinenkin toiminta tai oirehdinta voi tulla ymmärretyksi. Vasta sitten sitä voi myös alkaa muuttaa.”

Parisuhde paljastaa haavat

Koen, että nyt liikutaan aihepiirissä, johon psykoterapia antoi minulle eniten. Parisuhde on lähisuhde, eli kun päästään alkuhuuman miellyttämisvaiheesta pidemmälle, alkaa arki ja itsensä kanssa selvittämättömät asiat ja tunnelukot alkavat näkyä ja kuulua partnerille.
On erittäin häiritsevää huutaa toiselle sylki lentäen ja tästä tunnin päästä ei itsekään osaa kertoa, miksi raivostui niin voimakkaasti. Kun toinen kysyy ”Miksi?” ja omassa päässäsi apina lyö peltejä yhteen tyhjällä katsella, luo tämä massiivisen turhautuneisuuden tunteen. Tällöin koin huonommuutta ja osittain typeryyttäkin ihmisenä, vaikka kaikelle löytyikin onneksi selitys.
Mutta tärkein oppi oli ymmärtää, että parisuhde eroaa massiivisesti muista ihmissuhteista! Ei ole sattumaa, että naama punaisena huutavaa tai suu mutrulla mököttävää 12-vuotiaan lailla käyttäytyvää meikäläistä ei nähdä työpaikalla tai kaveriporukassa, vaan kotona.
Maaret: ”Parisuhde on usein aikuisiän tärkein suhde, jossa näyttäytyy paljon myös elämämme aiemmat keskeiset ihmissuhteet. Juuri parisuhteessa olemme paljaimmillamme huonoine ja hyvine puolineen. Se tuo erityisellä tavalla esille meissä aikuisissakin olevan tarvitsevuuden ja kaipuun toisen lähelle, mutta myös tarpeen säilyä itsenäisenä ja erillisenä ihmisenä. Parisuhde on monella tapaa myös mahdollisuus. Hyvässä parisuhteessa voidaan kohdata hyvinkin vaikeita asioita itsestä ja toisesta – ja yhdessä muuttaa niitä. Silloin muutetaan ihan maailmaa ja vaikutetaan myös merkittävän myönteisellä tavalla tuleviin sukupolviin.”
Kannattaa myös tutustua yhteen Maaretin luetuimpaan parisuhdetekstiin: ”Hyvää pari­suhdetta ei ratkaise seksi, raha tai lasten­kasvatus, vaan nämä kaksi syvempää ulottuvuutta”

Tutustuminen sisäiseen lapseeni

Termi ”sisäinen lapsi” oli minulle ennen tuntematon. Psykoterapia opetti ja kannusti minua tutustumaan häneen. Se oli iloinen ja samalla kivulias ensitapaaminen. Kun lähdin tutustumaan 10 – 16 -vuotiaaseen itseeni, oli tunnemylläkkä melkoinen. Yllätyin itsekin, kuinka paljon asiaa sisäisellä lapsellani oli. Eikä ihme, olin hiljentänyt hänet 28 -vuotta.
Tietämykseni mukaan jokaisesta meistä löytyy sisäinen lapsi. Psykoterapiassa pääsin viimein kysymään häneltä, mitä hän tarvitsee, jotta aikuinen minä kykenisi voimaan hyvin. Kohdallani sisäinen lapseni kaipasi kipeästi armoa, rohkaisua, tukea ja vilpitöntä hyväksymistä kovuuden sijaan. Aloin vihdoin ymmärtää, miksi elämäni oli ollut yhtä vuoristorataa.
Sisäiseen lapseen tutustuminen auttoi minua myös tunneimpulssieni kontrolloimisessa. Lähisuhteessa valahdin etenkin konflikteissa helposti 16-vuotiaan angstisen teinin rooliin. En vaan nähnyt tätä saatikka ymmärtänyt, miksi näin tapahtuu. Kun tutustuin sisäiseen lapseeni ja sen tarpeisiin, aikuisuudessa kiinni pysyminen on ollut helpompaa.
Maaret: ”On todella tärkeää kuulla syvimpiä tarpeitaan, pelkojaan ja tunteitaan. Siten alkaa ymmärtää enemmän itseään, jolloin tulee myös tilaa surra suremattomia suruja. Lapsi on loputtoman lojaali vanhemmilleen ja hänestä huolta pitäneille aikuisille, minkä vuoksi oman lapsuuden ja nuoruuden kuunteleminen ja pohtiminen tuntuu monesta vaikealta. Tarkoituksena ei ole etsiä syyllisiä, vaan saada kuuluviin oma kokemus ja tarpeet. Jos emme kuule lasta itsessämme, emme sitä kykene kuulemaan toisissakaan. Herkkyys omille tarpeille ja tunteille on tärkein tie osata antaa niille tilaa myös muissa. Selviäminen on varsin eri asia kuin toipuminen, jolloin omat surut tulevat omistetuksi, läpikäydyksi ja ymmärretyksi.”
Kuuntele Maaretin suosittu kolumni koskien menneisyyden peilaamista!

Avaa, vapauta, täytä

Itse koen, että psykoterapiaprosessi avasi minut totaalisen auki, vapautti suurimman osan sisälle kertyneestä tummasta myrkkypilvestä, jonka jälkeen tehtiin täyttö raikkaammalla ilmalla ja tikattiin haava kiinni. Tunnetusti haavan parantuminen ja arpikudoksen muodostuminen ottaa aikansa.
Psykoterapia antoi työkalut erottamaan, mikä toiminnassani oli opittuja selviytymismekanismeja kasvuiästä ja mikä ei. Selviytymismekanismit kun harvoin palvelevat enää nykyisessä elämässä ja ovat suorastaan haitallisia. Tuntui erittäin eheyttävältä oppia tunnistamaan ja lopulta vapauttamaan ja täyttämään ummehtuneita käytöskaavoja uusilla ja ehommilla.
Maaret: ”Psykoterapian hyvä tulos on monella tapaa mielen vapautta. Se ei siis missään nimessä vapauta elämän hankaluuksista tai vaikeista tunteista, mutta vapauttaa ehdottomasti omaa kykyä havainnoida, toimia ja liikkua niissä. Vahvistunut havainnointikyky, tunteiden säätelykyky ja läpikäsitellyt vaikeudet vapauttavat monella tapaa mieltä ja energiaa. Moni kuvaa sitä niin, että alkaa tulla itse itselleen ymmärrettävämmäksi ja loogisemmaksi, mutta myös siten, että todelliset valinnat ja arvot alkavat voimallisemmin hahmottua. Juuri siinä on toivoa: että voimme hyväksyä paremmin itsessä olevan puutteellisuuden ja ottaa siitä vastuun, mutta myös havahtua kaikelle hyvälle ja vahvalle, jota meissä on.”

Lopulta pallo on omissa käsissämme

Olen kuullut monilta odotuksia, jossa psykoterapiaprosessin odotetaan hoitavan ihmisen kuin taikaiskusta ”Minä 2.0” versioon. Ei se niin mene.
Psykoterapia opetti minulle eritoten sen, että oma psyykkinen hyvinvointi vaatii jokapäiväistä, pitkäjänteistä sekä kurinalaista treeniä. Jos oma motivaatio tähän himmenee, löytää itsensä tilanteesta, jossa odotat laivaa taksitolpalla. Sitä ei koskaan tule.
Vaikka tässä oli vain pintaraapaisu kyseistä kolmen vuoden prosessin opeista, toivon, että mikäli koet olevasi vallihaudassa, josta ylösnousu tuntuu mahdottomalta, hae apua! Auttavia käsiä löytyy kyllä, kunhan vaan kurkotat oman kätesi edes hivenen reunan yli avunhuudon merkiksi.
Maaret:
”Ihminen toipuu kerroksittain, mikä on ennen kaikkea armollista, mutta myös hyvin lohdullista. Emme tule valmiiksi, mutta voimme päästä paljon eteenpäin ja toipua mielettömistäkin kokemuksista.
Tiedetään, että muutosta tapahtuu vielä psykoterapian päättymisenkin jälkeen. Joskus on myös syytä palata uudelleen, kun elämäntilanne tuo uutta menneestä käsiteltäväksi tai heittää uusia vaikeuksia eteen, joiden kanssa ei tahdo yksin pärjätä.
Vahva ihminen kykenee sekä luottamaan itseensä että turvautumaan toisiin. Hyvä kokemus psykoterapiasta vahvistaa sekä omaa pystyvyyttä että tervettä taitoa tukeutua toisiin ihmisiin. Kukaan meistä kun ei pärjää yksin, eikä tarvitsekaan. Hyvä elämä on aina tarvitsevaa antautumista toisille, mutta myös autonomista taitoa pystyä paljoon omassakin varassa.”

Kirjasuosituksia aiheeseen:

HUOM! Maaret on kerännyt valtavasti lisää luettavaa ja kättä pidempää aiheeseen liittyen! Löydät materiaalit TÄSTÄ.
Millaisia kokemuksia Sinulla on psykoterapiasta? Oletko ollut tilanteessa, jossa olisit kokenut avulle tarvetta, mutta jostain syystä et päätynyt vastaanotolle? Valjasta ajatuksesi rohkeasti kommenttikenttään!
Rakkaudella,
Veli_K & Maaret K.
www.sielunisilmin.fi
 

Опубликовано от — Оставить комментарий

Если ум постоянно твердит, что ты ничтожество.

Если ум постоянно твердит, что ты ничтожествоКогда Нита Суини решила заниматься бегом в 49 лет, она говорила себе: «Ты старая, жирная и медленная. Ты выглядишь смешно в этой одежде, не подходящей для спорта. Люди будут смеяться над тобой. Ты просто позерша, строишь из себя “бегунью”. Что ты о себе возомнила?»
Многие из нас говорят себе что-то подобное, когда мы хотим сделать нечто новое и непривычное. Нам заранее известно, что ничего не получится, что это будет провал. И поскольку фиаско неизбежно, лучше даже не пытаться. И зачастую именно так мы и поступаем: ничего не делаем.
А бывает так, что мы никак не можем справиться с недавней (или давнишней) неудачей. Например, вы завалили важный экзамен или не прошли собеседование. Вас не взяли на классную работу, а ведь вы так серьезно готовились! Или ваше выступление оказалось никудышным.
Каким-то образом неудача превращается в ощущение «я ничтожество». Им начинает определяться то, как вы видите происходящее вокруг вас. Возможно, вы уже просыпаетесь с негативными мыслями: «Я такой идиот, сегодня все будет плохо, у меня никогда ничего не получится» – и засыпаете под них.
Токсичное мышление
«Мысли о неудаче могут иметь самое различное происхождение, но особенно часто эта проблема восходит к негативному детскому опыту, включая абьюз, пренебрежительное отношение, травму и насилие», – говорит Келли Хендрикс, консультантка по проблемам брака и семьи.
Люди, выросшие в подобных условиях, говорит она, могут расти с такими мыслями: «Я ничего не значу. Я никому не нравлюсь. Я ничего не могу сделать нормально, не могу угодить своей семье и привлечь внимание близких; значит, я ничтожество».
«Или, возможно, вас окружали люди, которые считали себя неадекватными, регулярно говорили об этом и в целом ожидали от жизни самого плохого», – говорит Хендрикс.
«А может быть, окружавшие вас люди говорили так о других», – добавляет Трейси Дэлглейш, клинический психолог, консультантка в области отношений. Она много делает для того, чтобы вынести терапию за стены кабинета: проводит интернет-курсы, презентации для сообществ и семинары по здоровому образу жизни в организациях. «Иногда наше представление о неудаче может быть навязанным», – говорит она.
«Причиной постоянной мысли о неудачах могут быть определенные черты нашего характера, такие как перфекционизм и потребность в контроле или одобрении», – считает Дэлглейш. Хотя эти особенности могут помочь добиваться успеха и достигать целей, они начинают создавать проблемы, когда мы не соответствуем собственным (или чьим-то еще) стандартам. Независимо от того, насколько глубоко въелись эти мысли в сознание, вы можете научиться эффективно справляться с ними, не позволяя им определять вашу жизнь. Вот как это сделать.
Маленькими шагами
Начните двигаться. Суини, коуч, автор статей, обнаружила, что, если человек начинает двигаться, негативный голос успокаивается. Например, она говорила себе: «Просто надень кроссовки» и «Просто дойди до входной двери». Выполнение простых действий помогло ей, и она озаглавила свои мемуары «Депрессия не может попасть в того, кто движется».
Стратегия малых дел. Суини предлагает читателям сделать «что-то настолько незначительное, что оно обязательно получится. Затем повторяйте это простое действие снова и снова, пока не почувствуете себя комфортно». Например, она следовала плану тренировок, который начинался с бега в течение 60 секунд. Она повторяла это опять и опять, пока не почувствовала себя так легко, что «прямо смеялась над тем, как это просто. То, что раньше пугало меня, стало абсолютно естественным».
Подобным же образом Суини справлялась с паническими атаками во время вождения машины: она выезжала на шоссе в таком месте, где могла быстро свернуть с него. Она проезжала небольшое расстояние в правом ряду и вскоре сворачивала с него. «Я делала это снова и снова, пока не стала ощущать себя уверенно. Только после этого я стала оставаться на шоссе надолго».
Примите свои мысли
Когда мы мысленно себя критикуем, мы себя ругаем и за эти мысли тоже. «Я такое ничтожество», потому что «я такой идиот, что думаю, что я ничтожество». И естественно, мы чувствуем себя от этого только хуже.
«Намного лучше будет просто принять мысль как она есть – не осуждая себя за нее. Иногда это все, что нужно нашему уму», – говорит Дэлглейш, ведущая подкаста «Я не твой психотерапевт». При этом необязательно, чтобы мысль вам нравилась. Важно просто признать ее присутствие.
Вы можете сказать себе: «Вот посмотри, это опять происходит у меня в голове. Мозг говорит мне, что я ничтожество. Моему уму нравится делать это в подобных ситуациях. Я просто обращу внимание на то, что у меня сейчас такая мысль. Я отмечу, что испытываю от нее напряжение и грусть».
Растождествитесь со своими мыслями. «Мы отождествляемся со своими мыслями, то есть мы думаем их, доверяем им, повторяем их снова и снова», – считает Дэлглейш. Чтобы помочь клиентам «растождествиться» со своими мыслями, она использует мощное упражнение из терапии самоприятия и осознанности. «Мы оба записываем тяжелую мысль на стикер и приклеиваем его на одежду. Это помогает отделить мысль, изъять ее из нашего сознания и увидеть, что фактически это просто набор слов».
Она также предлагает следующие методы:
петь негативную мысль на мотив Happy Birthday,
представлять, что ее показывают по телевизору,
регулировать яркость и цвет на экране.
Найдите новое определение понятию «ничтожество». Мы можем изменить свой взгляд на неудачи. В конце концов, неудача – это не жесткая конструкция, не догмат Священного Писания. «Если вы будете рассматривать неудачи просто как моменты с неожиданными или нежелательными результатами, они перестанут иметь непосредственное отношение к вашей личности, – говорит Хендрикс. – Ваша стержневая идентичность будет защищена и возникнут возможности и пространство для роста и развития», – говорит она.
Дэлглейш предлагает задать себе такие вопросы: «Можно ли посмотреть на эту ситуацию как-то иначе?», «Как выглядит это событие с высоты птичьего полета?», «Происходило ли что-то подобное с другими людьми? Справились ли они?», «Чему я могу научиться благодаря этой истории?», «Какие новые возможности открывает для меня это событие, к чему оно меня призывает?».
Попробуйте медитировать
Медитации очень помогают Суини, которая практикует их уже многие годы. Иногда она быстро сканирует свое тело, чтобы определить, где именно ощущается чувство неудачи. По ее словам, обычно это живот или горло. «Если я побуду в спокойствии некоторое время и просто позволю этим ощущениям быть, они проходят. А когда исчезают телесные ощущения, с ними уходят и негативные мысли».
Окружите себя людьми, которые оказывают поддержку. «Когда вы забываете о том, насколько вы талантливы и компетентны, полезно иметь рядом людей, которые могут напомнить ваших способностях, – говорит Хендрикс. – Кроме того, такие люди, скорее всего, видят и себя в позитивном свете, что также положительно скажется на вашем состоянии», – добавляет она.
Придумайте для себя ежедневную мантру.
«Исследования показывают, что если мы говорим себе о том, какими хотим быть, или записываем это, есть больше вероятности, что мы будем поступать в соответствии с этими представлениями», – говорит Дэлглейш. Она предлагает составить «радикальную формулу приятия», такую как «Я нахожусь именно там, где мне нужно быть», или «Я делаю все, что в моих силах», или даже просто «Отпускай!».
Найдите опору в неудаче
Дэлглейш цитирует Пема Чодрон: «Терпите поражение снова и снова. Делайте это все лучше и лучше». Дэлглейш говорит: «Невозможно не испытывать неудач и не сталкиваться с вызовами. Это естественная ситуация: испытывать трудности, не получая ожидаемого результата». Просто идите навстречу испытаниям. «Вы можете научиться очень многому на основании постоянных неудач».
Обратитесь к специалисту. Независимо от того, коренятся ли ваши назойливые мысли о неудачах в тяжелом детстве или в сочетании личностных черт, вам может помочь работа с психотерапевтом. Она будет способствовать изменениям.
Сегодня Суини по-прежнему борется с негативными мыслями. Она говорит: «Это просто смешно. Я пробежала три марафона, 27 полумарафонов в 18 штатах и более 80 раз на более короткие дистанции. Но если я не бегаю несколько дней, ум начинает повторять: «Это было классно, но этому пришел конец. Ты уже разучилась бегать, и твоя выносливость ушла».
Единственный выход, по словам Суини, в том, чтобы поблагодарить свой ум за то, что он пытается защитить ее, попросить его помолчать несколько минут. И снова выйти на пробежку. «Мой ум просто хочет привлечь мое внимание». Может быть, и ваш тоже?
Автор: Маргарита Тартаковски, магистр естественных наук
Источник: https://psychcentral.com/blog/when-your-mind-keeps-telling-you-youre-a-failure/