Рубрика: Симптомы депрессии

Опубликовано от — Оставить комментарий

Sairastuminen voi olla kriisi

Sairastuminen yllättää sekä itsen että läheisen. Elämän tasapaino järkkyy. Kriisissä voi herätä turvattomuutta, pelkoa, vihaa tai syyllisyyttä. Selviytyminen vie voimia, mutta selviytymistaitoja voi myös kehittää ja harjaannuttaa. Näistä artikkeleista voit löytää tietoa ja vinkkejä, jotka auttavat eteenpäin.
Kun sairastut itse: kriisin vaiheet
Kriisin vaiheita ovat sokkivaihe, reaktiovaihe, käsittelyvaihe ja uudelleen suuntautumisen vaihe.
Jos läheiseni on sairastunut
Valmiita kaavoja, miten läheistä voi auttaa, ei ole olemassa. Jos ei tiedä itse, mitä tilanteessa pitäisi tehdä, voi sitä kysyä sairastuneelta.
Miten tuen kriisissä olevaa?
Koettuaan jotain järkyttävää läheisellä voi olla tarve puhua siitä yhä uudelleen. Jo olemalla läsnä ja kuuntelemalla autat häntä käsittelemään tapahtunutta.
On monta tapaa surra
Sairastumiseen liittyy menetyksiä, jotka surettavat. Ei ole oikeaa tapaa surra. Suru on henkilökohtainen kokemus ja jokaisella on oikeus surra omalla tavallaan.
Näin lohdutat
Sanoja tärkeämpää on, että antaa kriisissa olevalle tilaa, ja että on läsnä pelotta. Tilannetta ei pitäisi mitätöidä, eikä yrittää ratkaista liian nopeasti, vaan malttaa antaa sen olla.
Kriisistä selviytyminen
Vaikeiden kriisien läpikäyminen vaatii paljon fyysistä jaksamista ja henkisiä voimavaroja. Selviytymiskeinot muokkautuvat elämänkokemuksen ja persoonallisuuden mukaan, mutta niitä voi myös itse kehittää.
Mitä on resilienssi?
Resilienssi on myönteistä toimintaa, joka ylläpitää toimintakykyämme ja tukee sopeutumista haastavissa olosuhteissa. Se on kykyä ponnahtaa takaisin vaikeuksista.
Käytännön ohjeita: näin voit jaksaa
Selkeä päiväjärjestys olisi tärkeää sitten, kun ensijärkytyksestä on kulunut muutama päivä. Yöt ovat nukkumista varten, ja päiviin olisi hyvä sisällyttää ulkoilua, liikuntaa ja aktiivisuutta.
Kohti parantumista
Moni vaikeakin sairaus on nykyään parannettavissa. Lääketieteen tarjoamat hoidot ovat kehittyneet valtavasti viime vuosikymmeninä ja ne kehittyvät edelleen. Vakavan sairauden hoito on kuitenkin usein vaativaa ja edellyttää  sitoutumista ja ponnistelua.
Vertaistuella kuulluksi ja ymmärretyksi
Sairastuessa voi saada vertaistukea saman kokeneelta ihmiseltä. Saman kohtalon jakava ymmärtää jopa tarkalleen, mistä sairastumisessa on kyse. Tasavertaisuus ja elämänkokemusten jakaminen ovat vertaistuen vahvuuksia.
Sairastaminen ja taloushuolet
Mikäli sairaus pitkittyy, taloushuolet voivat aiheuttaa suurta lisäkuormitusta. Lääke- ja sairaalakustannukset voivat nousta suuriksi, työtulot pienentyä tai lakata. Kaikki mahdollinen apu ja tuki kannattaa selvittää.
Pitkään sairastaminen
Sopeutuminen sairauden kanssa elämiseen on yksilöllistä. Olennaista on hyvä faktatieto: kuinka itseään voi hoitaa, mitä kannattaa tehdä. Tieto auttaa kumoamaan myös syyllisyyttä ja epärealistisia ajatuksia.
Elämän rajallisuus
Vakava sairastuminen johtaa ajatukset elämän rajallisuuteen ja kuoleman mahdollisuuteen. Kuolemaa saa pohtia, ja siitä on hyvä puhua. Sairastumisen yhteydessä asian pohtiminen ja siitä puhuminen on erityisen tärkeää: sitä kautta asiaan voi löytyä uudenlainen suhde.
Voimaa toivosta ja sitkeydestä
Pitkäaikaisessa sairaudessa tarvitaan toivoa. Se voi liittyä paitsi sairaudesta parantumiseen, myös esimerkiksi parempaan oloon ja jaksamiseen seuraavana päivänä, toimivien hoitojen ja lääkkeiden löytymiseen, sekä kipujen ja oireiden lievittymiseen.
Pirjo-Riitan selviytymistarina: «Esitin liian pärjäävää»
«Minun oli vaikea ottaa vastaan tukea ja apua, vaikka se olisi ollut tärkeää. Samalla kuvittelin kaikki mahdolliset asiat, jotka voisivat mennä pieleen», kertoo sairastumisestaan paljon oppinut Pirjo-Riitta Liimatainen.

Apua ja tu­kea

www.mielenterveysseura.fi
 

Опубликовано от — Оставить комментарий

Этель Голланд. "Я ничего не чувствую и ничего не хочу". Как нас пожирает апатия.

Картинки по запросу Этель Голланд. "Я ничего не чувствую и ничего не хочу". Как нас пожирает апатия.Это жалоба, которую приходится слышать очень часто. Отсутствие чувств, пленочка безразличия, которая незаметно затягивает целую жизнь, заболачивает ее скукой, равнодушием и мутной бессмысленностью. Пыльная рутина и постоянная усталость — вечные спутники этого состояния.
Позвольте представить, перед Вами госпожа Апатия. Дама неброская, одетая во что-то серое и бесформенное, тихо и незаметно обосновалась в углу комнаты. Удивительно, и как только, при всей ее вялости и неподвижности, ей удается так быстро захватить власть над всеми, кто оказывается рядом.
Первый путь формирования апатии — это следствие блокировки чувств. 
Зашкаливающие токсические эмоции могут быть настолько болезненны и непереносимы, что их осознание и проживание воспринимается, как угрожающее жизни. Невозможно тяжелое. Тогда единственный способ как-то с ними справится — это приглушить их, подавить, заморозить. И это правда работает! Как будто анестезию провели — боли нет, только легкий холодок. Вот только невозможно выборочно подавить лишь боль. Подавляется все скопом: и радость, и удовольствия, и жизненная энергия. Это состояние оглушенного оцепенения, вялой раздавленности, нескончаемой усталости, которая не проходит с отдыхом. Тело тяжелое, словно нагруженное гирями, простейшие действия могут даваться с огромным трудом. Порой даже встать, умыться и одеться становится небольшим подвигом.
В острой, выраженной форме это бессилие придавливает тяжелой плитой, не позволяет ходить на работу, невозможно сосредоточиться вообще ни на чем. Сплошная вата в голове. На пике этих переживаний может возникать состояние болезненного психического бесчувствия — когда сама неспособность ощущать чувства, становится настолько тотальной и всеобъемлющей, что сама по себе причиняет очень мучительное страдание. Человек готов и хотел бы почувствовать любую боль, лишь бы ощутить себя живым, а не деревянным Буратино. Но не может.
Часто эти переживания не столь выражены, а создают пыльный, годами стелющийся фон, мерно высасывающий силы. Болезненные анестезированные чувства не дают о себе знать, а заморозка все же не столь тотальна, чтобы полностью лишить жизни. Можно ставить цели, добиваться результатов, даже пытаться развлекаться. Все это, правда, будет позванивать холодным металлом или напоминать ярко раскрашенный искусственный пластик, но, что поделать. Приходится платить цену за освобождение от боли.
Это депрессивный (анестетический) вариант развития апатии.
И он обычно хорошо поддается лечению. При острых формах основной упор идет на медикаментозное лечение, при хронических возрастает роль психотерапии. Но эта психотерапия будет несладкой — чтобы возродить чувства, придется оживить и пережить всю ту боль, что когда-то была заморожена.
Второй путь, по которому разрастается апатия — это не распознавание чувств.
«Я не знаю, что я чувствую» — вот типичные слова для таких пациентов. Что-то подкатывает к горлу, застревает в груди. Но как это назвать, какие слова подобрать для описания своих ощущений — непонятно.
Часто близкие эмоции словно слеплены между собой, не проводится внутреннего различия между, скажем, грустью и тоской или восторгом и радостью. Порой от всего спектра человеческих чувств остаются только два спрессованных полуфабриката: позитив и негатив.
В другом случае проблема даже не в том, чтобы назвать чувство, а просто чтобы его заметить, зафиксировать. Многим, наверное, знакома ситуация, когда взбешенный человек, яростно уверяет окружающих, что он ни капельки ни злится. Просто не осознавая, не отслеживая, что с ним происходит.
А теперь представьте себе, что точно по такому механизму, совершенно не фиксируя, что они чувствуют, и даже не представляя, не замечая, как они эти чувства проявляют вовне, некоторые люди проживают большую часть своего времени.
Либо, даже если по какому-то счастливому стечение обстоятельств, чувство все же будет замечено, забывается оно очень быстро. Не оставляет в памяти сколько-нибудь значимого следа. Было — и как корова языком слизала. Что-то смутное едва доносится из глубин сознания, словно было не вчера, а несколько лет назад.
Получается, что эмоциональная жизнь у таких людей может быть очень бурной и насыщенной. Вот только проходит вся мимо сознания. Не осмысленное, не замеченное, не названное чувство обречено остаться импульсивным порывом, мимолетным всплеском, и нет никакой возможности при таком раскладе, выстраивать свою жизнь ориентируясь на самого себя, на свои ощущения. Ведь они так и остаются за семью печатями. Вроде как есть, вроде растаскивают в разные стороны, но что это, как, откуда берется и чем вызвано — загадка.
А на уровне сознания остается только пустота. Все смазывается, затирается, забывается. Слепливается в один невнятный спутанный ком. Нет возможности услышать себя, и кажется, что внутри и нет ничего.
Это алекситимический путь возникновения апатии.
Лекарства тут уже не смогут помочь никак. Только психотерапия. Причем долгосрочная. Это очень непросто для таких людей научиться прислушиваться к самим себе, замечать, что с ними, находить точные слова для описания своих чувств. А еще — запоминать их, оставлять в памяти, позволять им расцвечивать дни и годы. Это как будто учиться владеть мышцей, о существовании которой никогда раньше не подозревал.
Ну и еще один вариант возникновения апатии — это просто отсутствие чувств. 
Они не заблокированы, и не то чтобы не распознаются. Их правда нет. Это, если можно так выразится, ядерный вариант апатии, истинный. Ее дефицитарный вариант.
Чувства могут быть порушены в результате психического заболевания, просто не сформироваться при развитии.
Скажем, при различных формах аутизма. Не зря люди, страдающие психическими расстройствами часто находят у себя как бы симптомы аутизма — там действительно много общего. Поражаются в первую очередь эмоции отвечающие за социальную компетентность, умение почувствовать состояние другого человека, да и вообще понять, как люди находят друг с другом точки пересечения.
Подробно я писала об этом здесь.
В несколько других вариантах эти дефициты существуют при патологиях характера.
Там не сформированы вовсе либо недоразвиты высшие эмоции, такие как способность к любви, благодарности, сопереживанию. Связи с другими людьми формальны, механистичны. Мир человеческих отношений превращается тогда в пустынный и выхолощенный, пропитанный ритуализованными играми, главная цель которых заполнить пустоту и хоть немного развеять скуку. Все, что происходит между людьми превращается в пустозвонный фарс, бессмысленную показуху, крысиные гонки. Нет личной сопричастности к тому, что происходит, все делается формально, для галочки, потому что положено.
Работать с дефицитами очень сложно. Чтобы вырастить, прорастить в себе чувства, которые были стерты либо вовсе всегда отсутствовали, научиться их испытывать, нужно колоссальное душевное усилие, причем систематическое, в течение длительного времени. Это кропотливая, очень затратная работа, которая длится годами. На такое решаются обычно от полной непереносимости того, что происходит сейчас. Зато результат этой работы, если удается достичь успеха — как будто сухое дерево зацвело. Мне кажется, это того стоит. Впрочем, тут каждый решает за себя сам.
Опубликовано от — Оставить комментарий

Антон Ежов. Биполярное аффективное vs Пограничное расстройство: пять отличий.

Картинки по запросу Антон Ежов. Биполярное аффективное vs Пограничное расстройство: пять отличий.Уважаемые коллеги!
В этой статье я бы хотел сфокусироваться на дифференциальном диагнозе биполярного аффективного расстройства (F31 в МКБ-10) и пограничного нарушения характера (F60.3 в МКБ-10).
Клиническая схожесть этих двух расстройств, прежде всего, в нестабильности и периодических колебаниях эмоционального состояния, нарушениях поведения в виде импульсивности, проявлений гнева и раздражительности, достаточно высоких показателях суицидальности.
Клиническая схожесть этих двух расстройств, прежде всего, в нестабильности и периодических колебаниях эмоционального состояния, нарушениях поведения в виде импульсивности, проявлений гнева и раздражительности, достаточно высоких показателях суицидальности.
В одной из предыдущих публикаций были подробно описаны диагностические критерии пограничного расстройства характера (далее ПРХ). Критерии диагностики, которого в соответствии с МКБ-10, следующие:
F60.30 Эмоционально лабильное расстройство личности. Импульсивный тип
А
Должны выполняться общие критерии расстройства личности (F60).
Б
Должны присутствовать минимум три признака из числа следующих, причем один из них должен быть №2:
1
выраженная тенденция действовать неожиданно и не принимая в расчет последствия;
2
выраженная тенденция к конфликтному поведению, особенно когда пытаются препятствовать импульсивным поступкам или пенять на них;
3
склонность к вспышкам гнева или насилия с неспособностью контролировать «поведенческие взрывы», являющиеся результатом этих эмоций;
4
трудности в продолжении действий, которые не сулят немедленного вознаграждения;
5
нестабильное и капризное настроение.
Читайте конспект «Пограничное расстройство характера»
Биполярное аффективное расстройство
Психическое заболевание эндогенной природы, проявляющееся сменой аффективных фаз: маниакальной и депрессивной. В настоящее время в медицинской среде для классификации конкретного вида БАР используют критерии дифференцировки на основании факторов, указывающих на преобладание той или иной фазы аффективного расстройства: униполярная форма (маниакальная либо депрессивная), биполярный вид с преобладанием либо маниакальных, либо депрессивных эпизодов, отчетливо биполярная форма с приблизительно равными проявлениями состояний. В некоторых случаях биполярное расстройство протекает в виде разнообразных вариантов смешанных состояний или в форме стремительной смены маниакальных и депрессивных проявлений. Этот тип соответствует шифру в МКБ-10 «F31.6 Биполярное аффективное расстройство, текущий смешанный эпизод», который характеризуется смешанной или быстрой сменой (за несколько часов) гипоманиакальных, маниакальных и депрессивных симптомов. Однако маниакальные и депрессивные симптомы должны быть выраженными в большую часть периода, продолжительностью не менее двух недель.
В последнее время появляются публикации о т.н быстроциклическом биполярном расстройстве. Если в течение двенадцати месяцев у пациента случается четыре или более эпизодов, то говорят о быстро циркулирующем биполярном расстройстве. У некоторых пациентов эпизоды неоднократно повторяются в течение одной недели (т.н. ультрадианные циклы) или даже одного дня (т.н. ультра-ультрабыстрые циклы) (Hyman S.E., Rudorfer M.V., 2000; Мосолов С. Н., Костюкова Е. Г., 2006). В настоящее время эти варианты остаются на уровне клинических наблюдений и гипотез. В соответствии с официальными критериями диагностики депрессивный эпизод (фаза) должен длиться не менее двух недель, маниакальный эпизод (маниакальная фаза) должен длиться не менее семи дней, эпизод гипомании – не менее четырех.
Вместе с тем, подобные данные об ультракоротком варианте БАР ставят задачи более четкого дифференциального диагноза, так как подобные явления могут напоминать типичные пограничные колебания аффекта от плюса к минусу и так же быстро, наоборот, в зависимости от психологических защит, типов реакции, контекста развития ситуации в которой находится пациент с ПРХ.
В качестве диагностических критериев предлагаем использовать следующие: