Опубликовано Оставить комментарий

Анастасия Лобазова. Совершенный психотерапевт.

"Совершенный психотерапевт". Кто желает себя проверить?Когда я впервые познакомилась с трилогией Дж.Коттлера «Быть психотерапевтом/ Несовершенный психотерапевт и Совершенный психотерапевт» я не могла оторваться, поскольку в этих книгах было очень много созвучного и моей практике. В целом суть сводится к тому, что анализируя исследовательские и практические работы коллег, а также свой личный опыт, автор разбирает случаи и причины успешной и не очень терапии не зависимо от направления в котором терапевт работает. Безусловно там есть немало спорных моментов и вопросов без четкого ответа, так как в каждом психотерапевтическом направлении есть свои нюансы и специфика. Вместе с тем завершая свои размышления Коттлер предлагает проанализировать свой стиль работы и предлагает свое виденье «идеала» к которому имеет смысл стремиться. Я распечатала себе этот список компетенций и периодически поглядываю в него с целью самоанализа себя, как специалиста в тех элементах которые считаю действительно важными. Возможно это будет интересно и вам.
Предлагаемый перечень позволяет охарактеризовать степень выраженности у вас того или иного качества по шкале в соответствии с оценками от «Очень характерно» до «Совершенно нехарактерно» для вашего стиля работы. Кроме того, при необходимости можно исключить из перечня те пункты, которые не имеют ничего общего с вашим терапевтическим стилем, или те, которые вы не считаете важными («Не актуально»). В отличие от небольших тестов из Reader’s Digest или других журналов здесь не надо вычислять количество баллов, чтобы сравнить себя с коллегами. Главная цель предлагаемого задания на самооценку — освещение аспектов вашего профессионального функционирования, которые помогут вам еще более повысить свою эффективность как психотерапевта. Внимательно изучите каждый пункт перечня. Какой из перечисленных ниже ответов вы выберете в каждом случае?

  • Очень характерно для меня.
  • В некоторой степени характерно для меня.
  • Сомневаюсь, что это для меня характерно.
  • Не очень похоже на меня.
  • Очень на меня не похоже.
  • Совершенно не характерно для меня.

Преимущественно используемые терапевтические приемы

  • Я поощряю открытое выражение чувств и обмен мнениями.
  • Я поддерживаю у клиента интерес, мотивацию и готовность принимать активное участие в терапии.
  • Я налаживаю продуктивное терапевтическое взаимодействие.
  • Я оказываю воздействие на процессы восприятия и осознавания у клиентов.
  • Я поощряю клиентов исследовать неизвестное.
  • Я способствую принятию клиентами самих себя.
  • Я поддерживаю позитивные ожидания.
  • Я поощряю независимость и автономию.
  • Я предоставляю возможности для опробования нового образа мышления и действий.
  • Я помогаю клиентам в выполнении заданий, предназначенных для достижения целей терапии.

Личностные качества

  • Я беззаветно предан своей работе.
  • Я образец динамичного, энергичного и авторитетного специалиста.
  • Я уверен в своей способности оказывать помощь.
  • Я безусловно принимаю клиентов, даже если избирательно принимаю те или иные виды их поведения.
  • Я предстаю перед клиентами спокойным, невозмутимым, со мной легко общаться.
  • Я обладаю развитым интеллектом и здравым смыслом, что позволяет мне понимать смысл слов и поведения людей.
  • Я внушаю доверие.
  • Я произвожу впечатление человека аутентичного и адекватно реагирующего.
  • Я излучаю теплоту и заботу о других людях.
  • В моих словах и поведении проявляется уважение к клиентам как к лицам, его заслуживающим.
  • Я с готовностью признаю свои ошибки и упущения.
  • Я проявляю настойчивость, поощряя клиентов рисковать.
  • Я полностью принимаю самого себя и хорошо себя чувствую в своей физической оболочке.
  • Я предстаю в образе привлекательного человека, которому окружающие хотели бы подражать.
  • Я не позволяю себе удовлетворять собственные потребности во время сессий.
  • Я готов признать и проработать собственные неразрешенные вопросы.
  • Я с готовностью принимаю помощь или обращаюсь за консультацией, когда оказываюсь в затруднительном положении.

Внутренняя переработка информации

  • У меня гибкое мышление.
  • Я уверенно себя чувствую при необходимости разрешать сложные и неоднозначные проблемы.
  • У меня есть эффективная, легкодоступная система хранения информации.
  • Я обладаю способностью выявлять связи между, на первый взгляд, независимыми друг от друга видами поведения.
  • Я могу строить предположения относительно будущего или прошлого поведения, исходя из текущего функционирования клиента.
  • Я знаком с множеством дисциплин и обладаю большим запасом знаний, из которого могу заимствовать метафоры.
  • Я чутко воспринимаю нюансы в поведении, а также лежащие в их основе невысказанные чувства.
  • Я обладаю способностью выявлять паттерны в море противоречивой информации.
  • Я использую гибкие когнитивные подходы, способствующие росту и эволюции.
  • Я точен и проницателен в своем восприятии «реальности».
  • Мои клинические суждения всегда достаточно обоснованны.
  • Мне присуще умение видеть суть сложных явлений.
  • Я обладаю способностью выявлять множественные причинно-следственные связи одного и того же явления.
  • Я хорошо чувствую критические моменты, в которых требуется вмешательство.

Процессуальные навыки

  • Я проявляю высокий уровень эмпатического резонанса.
  • Я способен вступить в конфликт и бросить вызов, не начиная при этом защищаться.
  • Я умею различать и отражать чувства.
  • Я точно и аккуратно обобщаю переживания клиента.
  • Я подкрепляю адаптивные виды поведения клиента и подавляю его попытки причинить себе вред.
  • Я прибегаю к самораскрытию редко, но эффективно.
  • Я использую приемы обмена ролями, чтобы обучить клиентов извлекать из терапии максимум пользы для себя.
  • Я предоставляю клиентам действенную поддержку и всячески их поощряю.
  • Я корректирую явные искажения реальности, проявляющиеся в утверждениях или поведении клиентов.
  • Я точно и полно интерпретирую информацию, которая заложена в поведении клиентов.
  • Я устанавливаю границы допустимого на сессиях поведения в соответствии с задачами терапии.
  • Я хорошо владею техническими навыками коммуникации и оказания помощи.

Знакомство с данным перечнем, конечно, может поначалу озадачить, особенно если учесть, что это далеко не все факторы, которые влияют на эффективность терапии. Тем не менее критическая самооценка позволит психотерапевту выявить наиболее сильные и слабые свои стороны как специалиста. Наконец, просматривая перечень не следует забывать и о тех, кто думает, что открыл единственно правильный путь в психотерапии, причем не только для себя лично, но также и для всех остальных. 😉
Дж.Коттлер «Совершенный психотерапевт. Работа с трудными клиентами»
Источник: https://psy-practice.com/publications/prochee/Sovershenniy-psihoterapevt-Kto-zhelaet-sebya-prove/ При копировании материалов, ссылка на источник обязательна © psy-practice.com

Опубликовано Оставить комментарий

Тревога и панические атаки. Важность творческого подхода в их преодолении.

Тревога и панические атаки. Важность творческого подхода в их преодолении.Паническую атаку крайне трудно, если не невозможно просто задавить силой воли. Нельзя просто сказать себе «не нервничай» и этим все погасить. Это может сработать, если лобная кора имеет успокоительный задел, и автоматически веришь, в то, что все не так страшно и все преодолимо. Если этого нет, обычно подавление тревоги действует совершенно иначе. Тревога нарастает по типу снежного кома и становится плохо управляемой.
Вначале нужно признать позволить себе бояться и тревожиться. Но в каких-то определенных рамках и пределах. Что это за рамки, каждый должен определить самостоятельно. То есть, принять панику и тревогу, разложить мысленно и максимально проанализировать. Подробно разобрать ее на составляющие не выйдет из-за предвзятости к себе. По сути, это не принципиально. Важно увидеть главное. Есть то, чем мы можем управлять, а есть вещи неуправляемые и неподконтрольные. Понятно, что те причины нашей тревоги, которые мы можем устранить на прагматическом уровне, необходимо устранить, для разгрузки нервной системы.  Однако, что делать с тем, чем мы не управляем.
Люди часто тревожатся и ажитируются из-за тех причин, которыми мы управлять не можем. Жажда контроля заставляет  делать это в тяжелой форме, потому, что они начинают размышлять о наихудшем исходе не поддающихся их контролю ситуаций или событий. С одной стороны это хороший адаптивный прием, потому что тревога, надеваемая на предмет или ситуацию, переходит в разряд более легко переносимых страхов. Страх, в свою очередь, поддается возможности логического анализа и дает ощущение безопасности. Такая деятельность вознаграждается дофамином, что приводит к фиксации такого способа размышления о проблемах. Особенно у людей с развитым интеллектом и способностью «накручивать». Кроме того, бурная мыслительная деятельность полностью поглощает человека. В результате, из-за постоянного перевода тревоги и паники в страх с помощью придумывания причин, человек перестает решать текущие жизненные проблемы, что еще больше травматизирует.
Поэтому, один из способов борьбы с паникой и тревогой, это планомерное отучение себя от накручивания и интеллектуализации. То есть, замечая тревогу на подлете, стараться рефлексировать и отделять значимые причины тревоги от незначимых или прагматически решаемых. И, как правило, большая часть тревоги тает из-за несостоятельности вызывающих ее причин.
В начале будет очень сложно изменить поведенческий и когнитивный стереотипы. Будет тянуть попытаться справиться с тревогой обычным способом. Зато такой творческий подход освобождает уйму времени и сил. Вместо того, чтобы тратить интеллектуальный ресурс на одевание тревоги в одежды страха, человек просто проживает тревогу. Но только ту ее порцию, которую действительно не возможно контролировать. Такое принятие позволяет заниматься повседневными делами, проживать свою жизнь ярко. А тревога и остаточные панические атаки дезактуализируются и таят, как весенний снег.
В своем видео я рассказываю о важности творческого приспособления при панических атаках. Вы можете встретить много различных способов «самоизлечения», которые сработали у кого-то и не работают у Вас. Для поиска своего способа очень важно творчески отнестись к своей проблеме.
Источник: https://psy-practice.com/publications/psikhicheskoe-zdorove/trevoga-i-panicheskie-ataki-vazhnost-tvorcheskogo-podkhoda-v-ikh-preodolenii/ При копировании материалов, ссылка на источник обязательна © psy-practice.com

Опубликовано Оставить комментарий

Давид Серван-Шрейбер. Стресс и депрессия: ошибки и мифы.

Стресс и депрессия: ошибки и мифыМнение психиатров о том, как правильно лечить депрессивные состояния, менялось не раз и не два: «это неизлечимо», «вам помогут только таблетки», «вам и таблетки не помогут»… А что все-таки поможет?

После окончания войны во Вьетнаме в американских военных госпиталях оказалось около миллиона бывших солдат в очень тяжелом состоянии: у них не было ранений в обычном смысле, но их мучили воспоминания об ужасах войны. Большинство этих людей, пытаясь унять страдания, стали алкоголиками или наркоманами.
За многие годы те, кто пытался помочь жертвам экстремального стресса, опробовали самые разные методы лечения. Пока однажды группа исследователей не доказала, что у части ветеранов войны гиппокамп — важнейшая структура мозга, отвечающая за воспоминания, — настолько поврежден хроническим стрессом, что атрофировался.
На какой эффект от сеансов психотерапии можно было надеяться, если кошмары и тревожность были вызваны проблемой с мозгом?
Обнаруженная органическая патология стала проклятием ветеранов. Никто больше не верил в возможность их излечения. Неспособные забыть ад войны, они оказались брошены на произвол судьбы.
А спустя 20 лет группа голландских ученых доказала: на самом деле подобная мозговая аномалия, вызванная стрессом, не исключает возможности лечить симптомы заболевания. Для этого лишь нужна адекватно подобранная психотерапия.

Сегодня мне больно думать, скольким пациентам мы могли бы помочь, показав способы исцеления своими силами

Уже много лет производители психотропных препаратов, опираясь на психиатрию, продвигают и другую опасную идею — что депрессия является «прежде всего» нарушением биохимического баланса в мозге, который можно компенсировать антидепрессантами из группы прозака.
Действительно, по некоторым данным, у людей, подверженных депрессиям, серотонина меньше, чем у других. А прозак и ему подобные препараты поднимают уровень серотонина. Но этих аргументов недостаточно. В том числе потому, что прозак сразу воздействует на уровень серотонина, а ослабление проявлений депрессии наступает лишь через несколько недель после начала приема препарата.
Недавно группа ученых из больницы имени Джонса Хопкинса (США) показала, что механизм действия антидепрессантов не имеет ничего общего с тем, что нам так долго внушали маркетологи: их функция состоит в том, чтобы позволить нейронам развивать новые пути и, следовательно, создавать новые связи.
Выяснилось, что подобная регенерация нейронов может быть достигнута не только с помощью антидепрессантов.
Например, у лабораторных мышей, живущих группами и имеющих возможность общаться, нейроны регенерируются гораздо лучше и быстрее, нежели у тех мышей, которых поселили поодиночке.
Исследования, проведенные с людьми, показали, что у менеджеров, которые регулярно занимались медитацией в течение двух месяцев, изменилось соотношение между правым и левым полушариями. И изменилось надолго.

Нам нужна бдительность, чтобы не оказаться заложниками собственных ошибок

Лекарства отнюдь не обладают монополией на стимулирование регенерации мозга. Скорее они служат обходным путем достижения цели. А главным средством должно быть все то, что благотворно для организма.
Мы, психиатры, дружно поверили мифу о «нарушении биохимического баланса» при депрессиях и стрессе. Так нам было легче объяснить, почему пациентам следует принимать антидепрессанты. Я, как и другие, верил в то, что говорил, и даже преподавал подобный подход.
Теперь мне больно при мысли о том, сколько пациентов по нашей вине прошли мимо возможности помочь самим себе.
Мне больно думать, насколько мы мешали им стимулировать создание новых нейронных путей другими методами, которые сегодня доказали свою действенность, — физическими упражнениями, сменой режима питания, когнитивной терапией.
Наука способна создавать мощные мифы. Чаще они полезны и приносят освобождение, но иногда становятся ловушкой. И нам нужна бдительность, чтобы не оказаться заложниками собственных ошибок.

http://www.psychologies.ru