Опубликовано Оставить комментарий

Эмиграция семьей: «жена на прицепе».

Нет описания фото.Депрессия в иммиграции: причины, симптомы, помощь. Психическая кривая иммиграции.

В теме эмиграции есть понятие «trailing spouse», которое на русский можно шутливо перевести как «супруг/супруга-на-прицепе», «сесть на хвост», из серьезных переводов (однако с более широким значением) — «сопровождающий супруг». Мужа переводят по работе в другую страну, а жена «на прицепе» следует за ним. Или наоборот: муж следует за женой. Однако на этом дело не заканчивается, так как «прицепляются» еще и проблемы, которые получили название «синдром сопровождающего супруга»: потеря независимости, статуса, карьеры, утрата привычного образа «я» (идентичности), чувство нереализованности и дезориентированности. О том, как облегчить адаптацию в новых обстоятельствах, рассказывает психолог Юлия Овчинникова.
Синдром «супруга-на-прицепе» — это длительное состояние, которое выражается в чувстве одиночества и потерянности, сожалениях о переезде, неясном образе будущего и своего места в нем, проблемах в отношениях в паре, остром ощущении разрыва между ожиданиями и реальностью. Если эти переживания остаются без внимания, то нередко развивается так называемая «депрессия иммигранта».
Бывают пары, в которых «вагон толкает паровоз»: в бОльшей степени хочет переехать супруг, у которого нет возможности это сделать. Например, жена уговаривает мужа найти работу в иностранном офисе своей компании. Тогда ситуация может поменяться: тоскливо и неприкаянно чувствует себя работающий супруг.
При переезде оба супруга испытывают стресс и культурный шок. Однако важно осознавать различия в положении мужа и жены. У партнера, которого переводят по работе, психологически ситуация несколько иная, — у него/ нее есть занятость, структурированное время, продолжение карьеры, профессиональная идентичность, коллектив. Он «вписан» в общество и среду (хотя стресс из-за отличий в среде и менталитете все равно присутствует). Второй супруг оказывается в положении «не имеющего собственного места», «болтающегося в воздухе» — нет работы и круга знакомых, привычного устоя жизни. Если первого супруга можно сравнить с пересаженным в новый грунт деревом, то второй оказывается во временной «кадке», а новую почву еще предстоит найти и только потом можно «пустить корни».
Что делать, если вы готовитесь к переезду в роли «сопровождающего» супруга или уже переехали и испытываете трудности?
Важно, чтобы решение о переезде было совместным. Если вас «тащат» в другую страну, а вы упираетесь, то ситуация усложняется. Совместное решение не означает, что ваши взгляды полностью совпадают. Оно означает, что вы «в одной лодке» и принимаете участие в ее управлении, тем самым избегая деструктивной динамики отношений «жертва — преследователь». Вместе с партнером определите, на какие решения вы влияете, как учитывается ваш голос.
Разновидностью несовместного решения является вынужденное согласие. То есть вы говорите «давай переедем», однако на самом деле не хотите этого и не решаетесь высказать свое мнение. Подумайте, что вас останавливает от открытого обсуждения.
Вместе составьте план, чем будет заниматься «супруг-прицеп» на новом месте. Подумайте, какие возможности дает другая страна, что из этого привлекательно для вашего партнера (а не только для вас!). Какие есть давние мечты, которые не удавалось воплотить в жизнь из-за нехватки времени. Даже если после переезда план сильно изменится, он все равно важен. Во-первых, это ваша совместная деятельность «в одной лодке», которая уменьшает чувство одиночества. Во-вторых, это психическая опора, которая помогает сбалансировать растущее чувство тревоги.
Постарайтесь спланировать переезд так, чтобы у вас была минимум пара недель до того, как один из супругов выйдет на работу. Если жена (муж) переезжает несколько недель или месяцев спустя, то возьмите одну-две недели отпуска: ходите вместе в магазин, исследуйте парки в окрестностях, посмотрите основные достопримечательности в ваших краях, прокатитесь на общественном транспорте. Вы обживаете новую территорию вместе, делитесь своими впечатлениями, переживаниями, находите любимые места и составляете вашу семейную «карту» местности.
После переезда часто бывает тоскливо и одиноко. Контакт с родными и друзьями, оставшимися дома, очень важен в этот период. Не ревнуйте свою тоскующую жену (мужа) и не ограничивайте ее/его общение с родными, отнеситесь с пониманием.
Если вы переезжаете с детьми, постарайтесь решить вопрос о присмотре за ними как можно раньше. Для сохранения хороших отношений в паре и адекватной самооценки (а, значит, и для того, чтобы сохранить себя как хороших родителей) вам нужно проводить время без детей. С какой частотой — каждая пара решает сама. Это может быть один час вечером, когда вы пьете чай вдвоем, а дети играют или смотрят мультфильмы в другой комнате. Важно организовать совместные выходы. Например, с детьми остается бэбиситтер, а вы один раз в неделю или в две идете вдвоем в кино, парк или ресторан. Помните, что таким образом вы заботитесь не только о своих отношениях, но и о том, чтобы иметь силы и быть включенными в жизнь детей.
Ситуация может усугубиться, если один из супругов много работает, его жизнь насыщена деловыми и социальными контактами. Переговоры и деловые обеды в ресторанах, командировки — все это сочетается с развлекательной программой. Как правило, в таком положении находится мужчина, тогда как жена сидит дома с детьми. Первому в выходные очень хочется побыть дома и предаться ленивому пассивному отдыху, второй жаждет выхода в свет и активных развлечений.
Что делать? Обсуждайте ситуацию, рассказывайте друг другу о своих чувствах и предпочтениях, ищите компромиссы, которые работают для вашей пары. Договаривайтесь. Возможно, вы будете чередовать виды отдыха: одни выходные остаетесь дома, в другие организуете совместный выход. Или вы можете поехать погулять в центре города вместе, и потом уставший после трудовой недели муж посидит в кафе или в парке, а утомленная домом и хозяйством жена походит по магазинам. Затем следует воссоединение — вы вместе едете домой.
Как пара вы чувствуете себя лучше, если в вашей жизни присутствует общение и с местными жителями, и с экспатами/иммигрантами. Как правило, общение с людьми из своей культуры способствует более легкой адаптации. Другие иммигранты уже были «в вашей шкуре» и могут поделиться нужной информацией. Они быстрее понимают, что вам нужно в ситуации адаптации. Общение с местными помогает сформировать чувство принадлежности и выстроить психологический «мост» между двумя культурами.
Не стоит забывать о важности практических вещей: учите язык, читайте про культуру и обычаи вашей новой страны, заведите свой или совместный с супругом счет в банке и освойте местные платежные системы, найдите с помощью соцсетей группы по интересам и проживающих поблизости единомышленников.
Автор: Юлия Овчинникова
Если для вас актуальна тема эмиграции с точки зрения психологии, адаптации, пожалуйста, присылайте свои вопросы. Их можно оставлять здесь, в комментариях или присылать нам на почту info@family3.ru с пометкой «для редакции сайта». Мы постараемся ответить в следующих статьях.
Family3

Опубликовано Оставить комментарий

Пересмотр геномики стресса.

Несчастье или какое-либо травматическое событие в детском возрасте могут стать факторами риска для развития психических и соматических заболеваний. Ранние исследования были направлены на изучение реакции на стресс, иммунного ответа, а также на выявление взаимосвязи этих двух систем. В итоге было обнаружено, что сила воспалительной реакции и интенсивность работы гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковой оси (ГГН) ассоциированы с возникновением заболеваний.
Неблагополучный опыт в детстве приводит к сдвигу во врожденном иммунном ответе в сторону усиления провоспалительных реакций. Это усиление может сохраняться и во взрослом возрасте. Более того, проспективные и ретроспективные исследования обнаружили изменения активности адренокортикотропного гормона (АКТГ) и кортизола у детей и взрослых, перенесших большой стресс в раннем возрасте. Следовательно, ранняя травма способствует изменениям на молекулярном уровне, ведущим к экспрессии генов, в результате чего нарушается дифференциация по силе в иммунного ответа на стрессовые сигналы.
 
Активация ГГН оси ингибирует антивирусную активность и провоспалительные гены, а активация только лишь симпатической нервной системы угнетает антивирусную активность, но усиливает работу провоспалительных генов. Это означает, что такие факторы неблагополучия, как низкий социо-экономический статус, хронический стресс, посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР), изменяют транскрипцию таким образом, что снижается экспрессия генов, ответственных за противовирусную активность, и увеличивается экспрессиях провоспалительных генов. В эволюционной перспективе подготовка к трудностям в виде лейкоцитарного сдвига будет способствовать выживанию в неблагоприятной окружающей среде путём формирования реакции «бей или беги». С другой стороны, ответ такой силы может возникать даже на стандартные бытовые стрессовые ситуации.
 
Таким образом, разные неприятные жизненные обстоятельства ассоциированы с изменением транскрипции в сторону экспрессии генов, ответственных за изменение числа лейкоцитов, особенно моноцитов. Однако, большинство исследований фокусируют внимание только на длительном неблагополучии и на общем профиле экспрессии генов.
 
В январе 2020 года журнале Translational Psychiatry вышла статья Linda Dieckmann и соавторов. Ранее её авторы пытались определить, являются ли провоспалительные медиаторы ответом на стресс и неблагополучие. Исследование изменений экспрессии генов мРНК моноцитов взрослых с и без ранней травмы выявило транскрипции, связанные со стрессом. Более того, анализ транскрипционного фактора показал усиление активности провоспалительных генов в группе с неблагополучием в детстве. Это доказывает, что  у взрослых с ранней травмой, имеется хроническое нарушение в процесса контроля транскрипции генов, ответственных за иммунный ответ.
 
В новом исследовании авторы отошли от каких-либо гипотез и провели анализ ко-экспрессии генов. По результатам ранних работ можно сказать, что совместная экспрессия генов осуществляется для реализации одного какого-либо биологического процесса. И по этой ко-экспрессии можно судить о биологическом статусе индивида. Анализ ко-экспрессии генов определяет место каждого из них в молекулярной системе, а также учитывает характер их взаимодействия.
 
Целью нового исследования было определить молекулярные стресс-индуцированные признаки ранней травмы. Внимание авторов было направлено на исследование разницы экспрессии генов после стрессового события. Для этого авторы провели сетевой анализ ко-экспрессии генов в моноцитах, взятых через 3 часа после стрессового воздействия на здоровых респондентов, перенёсших раннюю травму. Такой же анализ был проведён над респондентами без какого-либо неблагополучия в детстве. В исследовании приняла участие 60 человек: 30 человек – основная группа, остальные 30 – группа контроля.
 
Всего было обнаружено 13 модулей ко-экспрессии, из них 4 модуля состояли из генов, ответственных за иммунные реакции. Анализ обогащения по функциональной принадлежности продемонстрировал разницу в активности генов в основной и контрольной группах. Один из модулей включал гены, регулирующие провоспалительные реакции (IL6, TM4SF1, ADAMTS4, CYR61, CCDC3), которые чаще встречали в группе респондентов, переживших раннюю травму. В этой же группе был обнаружен модуль генов, ответственные за активацию тромбоцитов и заживление ран (GP9, CMTM5, TUBB1, GNG11, PF4).  Ранее ко-экспрессии этих генов находили у бывших военных, страдающих ПТСР.
 
Одним из значимых модулей оказался модуль активации моноцитов (М13), включающий провоспалительные гены, в частности, IL6. IL6 активируется в предстрессовый период и в течение 180 минут после него. Следовательно, у людей после психосоциального стресса и ранней травмы возникает неконтролируемая воспалительная реакция. Это даёт возможность предположить, что воспаление и депрессия связаны между собой, а значит, и лечение депрессии в будущем, возможно, будет осуществляться путём применения противовоспалительных препаратов.
 
Следующим важным модулем был модуль М2, включающий в себя гены, ответственные за хемокины и активацию тромбоцитов и гемостаз. Эти гены были активны в моноцитах в течение 45 минут после стресса в группе респондентов, перенёсших раннюю травму. Однако, к 180-й минуте их активность снизилась. Таким образом, анализ ко-экспрессии генов выявил, что стресс после перенесённого неблагополучия в детстве перепрограммирует работу генов, регулирующих воспалительные реакции и заживление ран.
 
Однако, исследование имело некоторые ограничения. Во-первых, время ожидания экспрессии генов составляло 3 часа после стрессового воздействия. При этом более длительный период ожидания тоже может оказаться информативным. Во-вторых, авторы нового исследования не обращали внимание на структуру личности респондентов. Следовательно, разница в ко-экспрессии генов могла быть связана с базовыми характерологическими особенностями пациентов.В-третьих, ранняя травма не была классифицирована в зависимости от вида,  времени воздействия, длительности. А это могло бы помочь выявить дифференциацию в ответе генов.  В-четвёртых, авторы исследовали ко-экспрессию  только в моноцитах. Но и другие клеточной культуры могли быть задействованы в формировании реакции на стресс.
 
Автор перевода: Вирт К.О.
 
Источник:  Linda Dieckmann , Steve Cole, Robert Kumsta. Stress genomics revisited: gene co-expression analysis identifies molecular signatures associated with childhood adversity. Translational Psychiatry.
 
http://psyandneuro.ru
 

Опубликовано Оставить комментарий

Yhä useampi jää sairauslomalle.

Anna, 41, istuu terassillaKasvussa ovat erityisesti masennus- ja ahdistushäiriöt. Työuupumusten määrää ei tiedetä, sillä se ei ole sairaus, johon saisi Kelan tukemaa sairauslomaa.

Mielenterveyden häiriöistä johtuvat sairauspoissaolot jatkavat jyrkkää kasvuaan.

Viime vuonna 84 000 suomalaista jäi yli yhdeksän päivän sairauslomalle mielenterveyden häiriöistä johtuen – lähes 10 000 enemmän kuin vuotta aiemmin. Kasvua on kaikissa ryhmissä, mutta erityisesti nuorilla ja naisilla.

Kasvussa ovat masennus- ja ahdistushäiriöt – asiantuntijoiden mukaan myös työuupumukset. Työuupumusten määrää ei tiedetä, sillä se ei ole sairaus, johon saisi Kelan tukemaa sairauslomaa.

– Yleisesti tiedetään, että työuupumuksen kautta voi syntyä masennus, ja masennuksen ja työuupumuksen oireet ovat päällekkäisiä, sanoo Työterveyslaitoksen erityisasiantuntija Pauliina Mattila-Holappa.

Työterveyslaitos kertoi määrittävänsä työuupumukselle raja-arvot, jotta sen tunnistaminen helpottuu. Tärkeää olisi myös saada enemmän tietoa ja tilastoa siitä, mistä poissaolot johtuvat.

– Monella työpaikalla tämä näkyy ja työnantajat tietenkin miettivät, mitä asialle voi tehdä, sanoo Kelan tutkimuspäällikkö Jenni Blomgren.

… ja sitten tuli ahdistus

41-vuotias Anna työskenteli pitkään myyjänä päijäthämäläisessä kaupassa vuorotyössä. Vuosien mittaan hän kyynistyi, menetti mielenkiintonsa ja kiire murensi hänet. Hän ei esiinny tässä jutussa omalla nimellään asian arkaluontoisuuden takia.

– Se alkoi olla tosi ahdistavaa. Kun pääsin töistä, ajattelin vain sitä seuraavaa työpäivää. En saanut oikein untakaan. Ihan kuin joku olisi puristanut rinnassa, Anna kuvailee.

Anna ryhtyi jatko-opiskelemaan ja jäi opintovapaalle. Opintovapaan loppuessa hän tajusi, ettei voi palata takaisin entiseen työpaikkaansa. Annalle, kuten monelle muulle työssään uupuvalle, kirjataan diagnoosiksi masennus sairauspäivärahaa varten.

– En koe, että olisin ollut masentunut. Uupumus selvästi johtui työstä: se oli ennen niitä masentavia ajatuksia ja oireita.

Suomalaisten uusi kansantauti

Mielenterveys on noussut suurimmaksi sairauspoissaolon syyksi, ohi tuki- ja liikuntaelinsairauksien. Siitä on tullut suomalaisten uusi kansantauti.

– Meidän keskeinen kansanterveydellinen haaste on tällä hetkellä mielenterveys. Täytyy ottaa vakavasti, että työelämä muuttuu ja sen riskit muuttuvat. Ongelma on tunnistettu, nyt pitää tutkia, selvittää ja löytää tehokkaita keinoja, sanoo Työterveyslaitoksen Mattila-Holappa.

Lisääntyviin poissaoloihin on kiinnitetty huomiota myös työeläkeyhtiöissä. Varman ylilääkäri Jan Schugkin mukaan kolmanneksessa, jopa puolessa mielenterveyden takia sairauslomaa hakevien hakemuksissa näkyy nimenomaan kuormittuminen työstä.

– Ilmiö on nopea ja jyrkkä. Ei ole viitteitä siitä, että suomalaisten mielenterveys rapautuisi yhtä jyrkästi kuin se on työkyvyttömyyden syynä.

Myös Psykologiliiton työterveyden työryhmässä on kiinnitetty työuupumusten määrään huomiota. Työterveyspsykologeja ei ole tarpeeksi siihen tilanteeseen, joka työpaikoilla vallitsee, sanoo työryhmän jäsen Miia Rautiainen.

– Usein kuulemme lauseen, että miksi minä en jaksa, kun kaikki muut jaksavat. Ei tiedetä, että moni muukin kamppailee jaksamisen kanssa työn ääressä.

Ylilääkäri Jan Schugkuskoo, että tietoisuus lisää oireilun ja työkyvyttömyyden määrää. Työeläkevakuutusyhtiössä onkin mietitty, antavatko lääkärit liian herkästi masennusdiagnooseja.

– Tulisiko myös kysyä, onko sairausloma hyvää masennuksen hoitoa, jos ei ole kyse vakavasta, lamauttavasta masennuksesta?

Grafiikka
Mielenterveysongelmista johtuvat poissaolot ovat lisääntyneet varsinkin nuorilla ja naisilla. Tässä kuvattuna 16–34 -vuotiaiden osuus. Laura Merikalla / Yle

Missä syy?

Annan on vaikea nimetä yhtä syytä työuupumukseensa.

– Suurimpana syinä olivat ehkä huono esimiestyö ja työvuorosuunnittelu. Olen ollut työssä, jossa on ollut yhtä lailla kova kiire, mutta kiire ei ole haitannut, jos esimies ja vuorosuunnittelu ovat toimineet.

Mielenterveyden häiriöistä johtuvien poissaolojen lisääntymiselle on haettu syytä, mutta asia ei ole yksiselitteinen.

Tietoisuuden lisäksi työolot ovat saattaneet koventua, sanoo Kelan tutkimuspäällikkö Jenni Blomgren.

– Pitää olla monessa mukana. Myös vapaa-ajalla kuormitus on osittain kasvanut, sanoo Blomgren.

Asiantuntijat ovat samaa mieltä siitä, että yhteiskunnassa vaatimukset ovat lisääntyneet. Mutta siihen ei tunnu olevan yhtä ainoaa syytä, miksi näin on.

– Yhä useammalla on työssä tietotekniikan elementtejä, pitää myydä, tehdä asiakaspalvelua, verkostoitua ja kerätä tietoa monesta suunnasta. Sitten on työelämän epävarmuus, odotusten ja todellisuuden kohtaaminen ja somen tuoma kohtuuton vertailupaine, luettelee Varman ylilääkäri Jan Schugk.

Työpaikoilla tulisi käydä keskustelua, ei laittaa työntekijän piikkiin

Anna vaihtoi kuukauden sairausloman jälkeen toimipistettä ja ryhtyi tekemään lyhennettyä viikkoa. Se auttoi – pelkkä sairausloma ei olisi Annan mukaan ollutkaan ratkaisu tilanteeseen.

– Ei missään tapauksessa. Heti, kun näin sen ympäristön, jarrut löivät päälle.

Toipumisessa tärkeää olisi, ettei uupunut palaisi sairausloman jälkeen vanhaan oravanpyörään. Työpaikalla tulisi siis käydä keskustelua siitä, miten tilannetta voitaisiin parantaa, jotta uupuminen ei toistuisi.

Tästä syystä olisi tärkeää, että työuupumusta ryhdyttäisiin diagnosoimaan omana sairautenaan, sanoo Psykologiliiton Miia Rautiainen. Niin kauan, kun työuupumus käsitellään masennuksena, se nähdään työntekijän ongelmana, josta ei tarvitse työpaikalla puhua.

– Masennukseen saa keskusteluapua ja lääkehoitoa, mutta työuupumistilanteessa pitäisi saada muutosta myös työolosuhteissa, sanoo Rautiainen.

– Työuupumus tulisi systemaattisesti kirjata sairauspoissaolotiedon yhteyteen, jotta ilmiön yleisyyttä voitaisiin seurata, sanoo Työterveyslaitoksen erityisasiantuntija Mattila-Holappa.

Pauliina Mattila-Holappa
Työterveyslaitoksen erityisasiantuntija Pauliina Mattila-Holapan mukaan työpaikoilla on ryhdytty puhumaan avoimemmin mielenterveysongelmista. Meeri Niinistö / Ylelahti

Työkyvyttömyyden kasvua ei pitäisi jäädä katselemaan, toteaa Varman ylilääkäri Schugk. Hänen mukaansa sekä hoitokäytäntöihin että työeläkkeeseen tarvitaan nopeita muutoksia.

– On esimerkiksi syytä pohtia, onko määräaikainen työkyvyttömyyseläke eli kuntoutustuki passivoivaa.

Ongelmista puhuminen helpommaksi

Myyjänä työskennellyt Anna toivoo, että työpaikoilla olisi helpompi puhua myös vaikeista asioista. Hän itse ei uskaltanut kertoa hyvissä ajoin tuntemuksista esimiehelleen, koska pelkäsi, miten työpaikalla reagoidaan väsymiseen.

– Kissan pöydälle nostaminen pitäisi käydä luontevammin. Ei uskalla puhua, kun pelkää, ettei oteta tosissaan.

Leimautuminen huolestuttaa työpaikoilla edelleen jonkin verran, tietää Työterveyslaitoksen erityisasiantuntija Mattila-Holappa. Yleisesti kuitenkin koetaan, että puhumisesta olisi tullut aiempaa helpompaa.

Anna valmistuu uuteen ammattiin, ja toiveena on löytää työpaikka aivan uudelta alalta. Hän toivoo, että uudessa työpaikassa esimies ymmärtäisi työntekijän yksilölliset tarpeet.

– Kaikenlaisia ensiaputaitoja opetetaan työpaikoilla, mutta mielen puoli jää vähän vajaaksi, hän sanoo.

Aiheesta keskusteltiin myös Ylen aamussa.

Mielenterveydestä keskustellaan Ylen aamun lähetyksessä.

Mielenterveyshäiriöistä johtuvien sairauspoissaolojen määrät ovat jatkaneet jyrkkää kasvuaan. Erityisesti kasvussa ovat masennus- ja ahdistushäiriöt sekä asiantuntijoiden mukaan myös työuupumus.
yle.fi