Опубликовано Оставить комментарий

Анна Зарембо. Антидепрессанты — пить или не пить?!

«Есть мнение, что якобы Б-г не любит самоубийц, употребляющих алкоголь, наркотики и антидепрессанты потому, что это читерский способ пройти поставленный Им квест…»
Удивительный комментарий в дискуссии об антидепрессантах. Хотя похожие чувства у противников лечения от депрессии с помощью таблеток явно нередки. Вообще, вопросы по поводу антидепрессантов задают очень часто. Эта тема до сих пор вызывает бурные дискуссии, огромное количество комментариев и страхи, страхи, страхи…
Написать на эту тему в очередной раз меня побудили отклики на последнюю статью Алины Фаркаш, где она честно и открыто рассказывает о том, что человеку может понадобиться помощь. В сущности, в комментариях две больших темы: «Применять ли лекарственную терапию? И что это говорит о человеке, если он «докатился» до антидепрессантов?» и «Депрессия это болезнь или душевная распущенность?» — из разряда «на войне депрессией не страдают».

Сегодня я, все-таки, о лекарственной терапии, раз уж с нее все началось. Я не буду сейчас углубляться в историю антидепрессантов, механизмы их действия, побочные эффекты и политику фарминдустрии. При современном уровне развития фармакологии это может занять года три.

Мне важно хотя бы кратко ответить на самые частые вопросы:
 Что лучше — психотерапия или антидепрессанты? И заменяет ли одно другое?
Есть распространенное мнение «Все, что с нами происходит — имеет причину в нас же самих».

  • Ну, кто бы спорил.

Так вот, говорят: «Надо найти эту причину и изменить все, что можно изменить и в первую очередь отношения с самим собой. Тогда и депрессий не будет и таблетки не понадобятся… Таблетки- для тех, кто не желает ничего менять».
Это неверное представление. Прием антидепрессантов и психотерапия не взаимоисключающие, а дополняющие друг друга средства. Таблетки очень часто как раз для тех, кто решился что-то изменить. Это первый шаг. Иной раз при довольно сильном погружении в мрачные глубины человеку и зубы-то почистить не под силу. А уж до психотерапевта он точно не дойдет, пока с него не снять непосильную тяжесть физиологических аспектов депрессии. В таких случаях антидепрессанты могут стать стартом для выхода из кризиса и поводом для прихода к психотерапевту.
Сочетание психотерапии и медикаментозного лечения – наиболее эффективная комбинация при лечении депрессии, что подтверждено многими исследованиями в этой области, поскольку идеальным итогом лечения депрессии можно считать не только отсутствие симптомов, но и разработку нового отношения к жизни, отношения к себе и применение его на практике. Это требует времени, но дело того стоит.
Особенно важным в лечении депрессии являются именно позитивные аспекты выздоровления и профилактики – после выравнивания настроения при помощи медикаментов, невероятно важно помочь человеку изменить что-то в своей жизни. Какие-то подходы и модели, которые могут приводить к депрессивным эпизодам, отношения к этим вещам..
А какой антидепрессант лучше?

 

Со времен прозака, который был самым распространенным антидепрессантом лет 20 назад, появилось множество препаратов. Они не имеют таких побочных эффектов, их можно варьировать, подобрав индивидуальную комбинацию для конкретного пациента, действовать они начинают значительно быстрее и отмена их происходит намного проще.
Очень важно понимать, что антидепрессанты это вам не «валерьяночка», а лекарства, которые подходят не каждому и не со всеми препаратами сочетаются. Поэтому не доверяйтесь советам подруг и коллег, а лучше проконсультируйтесь со специалистом, который серьезно разбирается в теме. Сегодня любой терапевт может выписать вам антидепрессант и во многих ситуациях это неплохой вариант. Быстро и просто. При этом, если есть такая возможность, то подбирать нужный препарат, учитывая особенности вашего состояния, лучше доверить специалисту в психопатологии и психофармакологии.
Не бойтесь, пожалуйста, слова «психиатр», они не кусаются, а многие еще и знают свое дело.
Значит я настоящий псих?
Вот тут сидят самые главные страхи, которые еще и поддерживаются нашими добрыми друзьями, родными и, конечно, знатоками из интернетов.

 

Прием антидепрессантов не означает, что вы «конченый клинический случай», депрессия увы стала более распространенной и вовсе не потому, что выросли целые поколения тряпок и тех, кто не может «взять себя в руки». Наша жизнь гораздо более напряжена, переполнена информацией и требует от нас бесконечных решений и выборов. И да, у наших бабок, у которых «вон по семеро детей было, в поле пахали, рожали и ничего» психологически жизнь была намного проще. Как у компьютера, у которого открыто на экране два или три «окна», а не двадцать три. Но о симптомах и причинах депрессий в следующей статье. Пока просто запомните, что вы не псих.
Теперь я всю жизнь буду сидеть на таблетках?
Вовсе нет. Это зависит от того, чем вызвана ваша депрессия, какими обстоятельствами она усугубляется, а иногда тем, насколько вы будете готовы что-то изменить в своей жизни.
Есть обстоятельства, при которых лечение будет очень длительным. Например, эндогенная депрессия, когда депрессивные состояния накрывают с регулярной периодичностью вне зависимости от окружающей ситуации. Или тяжелые хронические заболевания. Неудивительно, если человек, у которого постоянные боли, масса ограничений в жизни, сеансы изматывающего лечения (химиотерапия, например, или лечение от гепатита С) может быть подвержен депрессии. И для таких больных антидепрессанты настоящее спасение и, скорее всего, они будут сопровождать его многие годы.
Но бывают и ситуативные депрессии — потеря близкого, развод, увольнение, переезд, новая ответственная работа, послеродовая депрессия, длительное напряжение и недосып и т.д. и т.п. Довольно часто это «нормальная реакция организма на ненормальные обстоятельства». Для человека, который не может изменить обстоятельства прямо сейчас, а жить нормально хочет, антидепрессанты могут стать выбором. Выбором ровно на тот период, пока не закончатся ненормальные обстоятельства и период реабилитации.

 

Я очень люблю советы в стиле «Из депрессии есть два выхода — вокзал и аэропорт». Страшно актуально для матери троих маленьких детей или женщины, которая разрывается, ухаживая за двумя тяжело больными престарелыми родителями (даже при наличии наемного персонала это тяжело), работая на полную ставку. Да, если бы она могла съездить на Бали, выспаться и заняться исключительно собой, она бы и без антидепрессантов справилась — спасибо Капитан Очевидность. Но у нее — читайте по губам — НЕТ ТАКОЙ ВОЗМОЖНОСТИ. Так бывает, дорогие любители слогана «Не могу живет на улице не хочу».
Значит, я слабак, который впадает в уныние от любых трудностей и не может сам справиться с ерундовыми перепадами настроения?
«Соберись тряпка и пойди лучше займись делом!»  Ага. Например, йогой, спасением китов, работой, кормлением с ложечки всех прокаженных детей мира и т.д
Нет. Депрессия — это болезненное состояние. Его надо лечить. Если сломана нога, то силой воли без гипса лечить ее будут ну оооочень специфические люди, а вот депрессию — запросто. Даже те, кто понимают, что собственно симптомы депрессии вызваны биохимическими изменениями в мозгу, которые и корректирует лекарственная терапия. Если у человека некоторые нарушения углеводного обмена, то, безусловно, можно помочь диетой и образом жизни, но если это недостаток инсулина, то диетой тут не обойдешься. Так и с депрессией. Только при депрессии, по счастью, лечение можно не только начать, но и закончить.
А вот советы типа «соберись» или «накрась губы и пойди потанцуй» для человека в глубине депрессии во многих случаях невыполнимы. Да он уже 20 раз «собрал» все, что было доступно его ресурсам. Ситуативная, стрессовая депрессия очень часто косит вовсе не слабаков, а сильных. Тех, кто везет за троих, улыбается до последнего и никогда не жалуется, как настоящий индеец. Дорогие индейцы, помните об этом, пожалуйста, и обращайтесь за помощью, пока вы еще в состоянии это сделать. Это не признак слабости, а силы. Ну и разума, конечно.

 

Быть счастливым не означает жить без бед и несчастий. Так же, как жить в любви не означает никогда не ссориться. Быть счастливым означает уметь справляться с  обстоятельствами, неприятностями и болезнями удобным и доступным для вас, а вовсе не правильным способом — даже если это полное читерство. В конце концов, не обязательно ломиться на эту чертову гору. Искать обходные пути всегда было уделом умных.
P.S. Нет, фармкомпании не приплачивают мне за рекламу их продукции.
Источник — snob.ru

Опубликовано Оставить комментарий

Etäterapia tepsii masennukseen.

LKS 20130320 Nuori tyttö pitelee päätään rappukäytävässä. Ahdistus.Masennus. LEHTIKUVA Antti Aimo-KoivistoVideoyhteyden välityksellä annettava etäterapia on tuoreen tutkimuksen mukaan yhtä tehokas masennushoito kuin perinteinen kasvotusten annettava psykoterapia.
Tutkimuksessa kaksisataa yli 58-vuotiasta vakavaa masennusta sairastavaa satunnaistettiin joko terapeutin kanssa samassa huoneessa tapahtuvaan psykoterapiaan tai videopuheluiden avulla toteutettuun etäterapiaan. Kumpikin ryhmä sai kahdeksan hoitokertaa.
Kun tutkijat arvioivat potilaiden hoitotuloksia vuoden kuluttua terapioista, he havaitsivat masennuksen parantuneen tai lievittyneen yhtä hyvin kummassakin ryhmässä. Eroja ei ilmennyt, vaikka arvioinnissa käytettiin useita eri menetelmiä.
Tutkijat pitävät tuloksiaan todisteena niin sanotun telelääketieteen sopivuudesta iäkkäiden masennuspotilaiden hoitoon, mutta ne osoittavat myös, ettei psykoterapiamenetelmiä välttämättä tarvitse räätälöidä erikseen etäterapioita varten. Nyt tehdyssä tutkimuksessa kummatkin potilasryhmät saivat tismalleen samaa terapiaa.
Tutkimus julkaistiin Lancet Psychiatry -lehdessä. Siitä uutisoi uutispalveluDuodecim.
Lähde — verkkouutiset.fi
Опубликовано Оставить комментарий

Vertaistukiryhmä auttaa selviytymään surusta.

Mirka Aitonurmi, 31 vuotta: ”Pääsin pahimman yli ryhmän avulla”.
”Olen käynyt nuorten leskien ryhmässä säännöllisen epäsäännöllisesti pari vuotta. Muutama kuukausi meni ennen kuin uskaltauduin mukaan. Puolisoni siunannut pappi pelotteli minua tukiryhmistä: ikään kuin osallistumalla leimautuisin jotenkin loppuelämäkseni kielteisesti leskeksi.
Jännitin, olisinko ryhmässä ainoa alle kolmikymppinen leski, mutta oloani helpotti, että ohjaaja oli minua vielä nuorempi. Tutustuin siellä pian toiseenkin nuoreen leskeen, jonka puoliso oli myös kuollut onnettomuudessa yllättäen. Vaihdoimme puhelinnumeroita ja kävimme kahvilla.
Halusin päästä keskustelemaan ja kuuntelemaan muiden puolisonsa menettäneiden kokemuksia ja ajatuksia: on ollut tärkeää tavata samankaltaisen menetyksen kohdanneita. Ilman liikkeelle lähtemistä olisin jäänyt kotiin vellomaan surussa ja pahassa olossa. Se olisi pidentänyt toipumista.
Ryhmän alussa jokainen pääsee kertomaan oman tarinansa ja missä on menossa. Edellinen ohjaaja toi usein esittelykierrokselle kuvia tai lauseita, joista kukin valitsi siinä hetkessä itseään parhaiten kuvaavan. Se oli mukavaa, vaikkakin keskustelu esimerkiksi viime kerralla lähti soljumaan ilman mitään materiaalia.
Olen nauttinut uusiin ihmisiin tutustumisesta. Olemme tulleet hyvin toimeen ja tavanneet muutenkin, käyneet vaikkapa teatterissa ja ulkona syömässä. On ollut ihanaa nähdä toisten olon helpottuvan. Minullekin sanottiin, kuinka hyvältä tuntui nähdä, että aloin toipua.
Ryhmässä itketään ja nauretaan – itkua ei tarvitse pidätellä tai pyytää anteeksi. Ymmärrystä on riittänyt, jos vaikka jollakulla on ollut valtava tarve puhua. Ryhmä on ollut ikään kuin hengittävä eikä kaavoihinsa kangistunut.
Koska olen päässyt pahimman yli, nyt  kuuntelen ja tuen enemmän muita ryhmäläisiä. Olen ilmoittanut, että minuun voi ottaa yhteyttä, jos kaipaa kahdenkeskistä keskustelua samankaltaisen tilanteen kokeneen kanssa. Esimerkiksi yksi nuori nainen vastikään otti yhteyttä ja pyysi puhelinnumeroni.
Yritämme saada lapsenvahtia ryhmän kokoontumisten ajaksi. Lapsikin saisi vertaistukea tapaamalla muita vanhempansa menettäneitä lapsia. Oma lapseni on sanonut, että haluaisi tavata toisia samanlaisia lapsia.
Nykyään seurustelen. Kumppanikin on menettänyt läheisensä, joten hän ymmärtää minua. Lisäksi oloani ovat helpottaneet teatteriharrastus, metsässä kävely ja musiikki.

Pirkko Virta: «Kukin etenee omalla ajallaan»


Pirkko Virta tapasi nuorten leskien vertaistukitoiminnassa toisia saman kokeneita. Siellä hän pääsi jakamaan leskeyteen ja suruun liittyviä kokemuksia ja ajatuksia. Kun etsittiin ohjaajia, hän halusi jatkaa siinä roolissa hyväksi havaitsemaansa toimintaa.
– Olin itse päässyt oman menetykseni työstämisessä jo sen verran pitkälle, Virta kertoo.
Virta jäi leskeksi 53-vuotiaana kesällä 2013, kun hänen miehensä kuoli äkillisesti sydäninfarktiin. Viime syksystä hän on ohjannut Tampereen Seudun Nuorissa leskien vertaistukiryhmää, joka on tarkoitettu työikäisille leskille. Kokemuksensa lisäksi hän sai petrausta ohjaamiseen Suomen nuorten leskien järjestämässä ohjaajakoulutuksessa.
– Olen saanut ideoita kokemusten ja ajatusten purkamisesta ja jakamisesta, kuten aikajanalle kirjoittamisesta leskeksi jäämisen tuntemuksista, nykyhetkestä tai siitä, millaiseksi haluaisi tuntea olonsa vaikka vuoden päästä.
Virta kertoo, että ohjaajan roolia selkeytettiin koulutuksessa. On kyettävä vetämään raja esimerkiksi omien kokemustensa ja ajatustensa ryhmässä esittämisen välille.
– Ohjaajat puhuvat, jos keskustelussa tulee tauko.
Taustat vaihtelevat, mutta kokemuksissa on paljon samaa
Pirkko Virta muistelee, että koulutuksessa korostettiin, ettei ohjaaja saa kiirehtiä ketään menetyksen prosessissaan eteenpäin. Kukin etenee omalla ajallaan. Oman kokemuksensa perusteella Virta arvelee, että vertaistukiryhmässä käydään keskimäärin kaksi vuotta.
– Jotkut pidempään, jotkut lyhyempään – riippuu myös siitä, kuinka pian leskeksi jäätyään tulee ryhmään, Virta sanoo.
– Yleensä ensimmäinen vuosi prosessissa menee niin, että kerrataan edeltävän vuoden tapahtumia, kun puoliso vielä eli. Mitä tavallisesti tehtiin ja mitä nyt teen: perinteet menevät uusiksi. Usein ensimmäisen vuoden jälkeen suurin suru on ohi, mutta seuraavana vuonna konkretisoituu yksin oleminen.
Suomen nuorten leskien vertaistukiryhmien kokoontumiseen voi kävellä suoraan sisään ilman ennakkoilmoittautumista. Osallistuja päättää itse, minkä ajan kuluttua puolisonsa kuolemasta lähtee ryhmään.
– Joskus syyllisyyden tunto viivästyttää ryhmään tuloa, jos puoliso on esimerkiksi tehnyt itsemurhan. Ryhmässä huomaa, että kaikki kokevat syyllisyyttä, on puoliso sitten menehtynyt sairauteen, onnettomuudessa, rikoksen uhrina tai itsemurhan kautta.
– Olemme pitäneet hyvänä, että ryhmässä on sekä äskettäin että pidemmän aikaa sitten leskeksi jääneitä henkilöitä. Puolisonsa vasta menettäneet näkevät, että menetyksestä voi selvitä.
Uusille tulijoille selvitetään, että kaikki, mitä ryhmässä jutellaan, on tarkoitettu vain läsnäolijoille.
– Kukin saa olla puhumattakin, jos ei halua tai pysty puhumaan. Voi osallistua ihan vain kuuntelemalla.
Esittelykierroksella usein nousee jokin teema, josta jatketaan keskustelua, esimerkiksi, minkälaiset asiat helpottavat, kun suru tuntuu musertavalta.
– Toiset menevät metsään, toiset kuuntelevat musiikkia. Minullekin musiikki oli keino helpottaa oloa. Monia auttaa työnteko. Töihin meno ohjaa rutiineihin, jotka puolestaan kantavat päivien läpi.
TEKSTI: PÄIVI RAJAMÄKI
KUVAT: AINO VUOKOLA
Julkaistu Mielenterveys-lehdessä 2/2015
Lähde — mielenterveysseura.fi