Опубликовано Оставить комментарий

Liikkumisrajoitukset koskevat ankarimmin yksinasuvia.

Mariam Umor istuu kotisohvallaanLiikkumisrajoitukset pääkaupunkiseudulla ja Turun alueella astuvat voimaan aikaisintaan huhtikuun 12. päivä.

Mariam Umor, 28, on yksi heistä, joka kertoo joutuvansa hallituksen esittämien liikkumisrajoitusten vangiksi.

– Minulla ei ole autoa, ei mökkiä, ei kumppania eikä lemmikkiä, niin mihinkään ei pääse.

Pääkaupunkiseudulle ja Turun alueelle kaavaillaan liikkumisrajoituksia, joiden aikana omasta pihapiiristä voisi poistua vain erityisestä syystä. Esimerkiksi töihin, opintoihin ja välttämättömille asioille saisi mennä.

Kuntoilutarkoituksissa ulkoilu olisi sallittua perhepiirissä tai «enintään kahden muun henkilön kanssa».

Kotoa olisi lupa liikkua myös, jos menee omalle autolleen, omistamalleen mökille tai muulle kiinteistölle, tapaamaan lapsiaan, ulkoiluttamaan koiraansa tai viettämään aikaa vakiintuneen kumppanin kanssa.

Näyttää siltä, että eniten vapauksia rajoituksista saavat he, joilla on omaisuutta ja perinteiset perhesuhteet.

Yksinasuvia rajoitukset koskevat ankarammin, sanoo Yksinasuvat ry:n hallituksen puheenjohtaja Raija Eeva.

– Yksinasuvat omistavat harvemmin autoja ja kesämökkejä. Liikkumisrajoitukset rajaavat heidän elämää paljon enemmän.

Mariam Umor: «Jos minä olen viikon yksin, olen oikeasti yksin»

Umor on rajannut oman lähipiirinsä alle kymmenen parhaan ystävän porukkaan. Heidän kanssaan hän tapaa kasvotusten ja kyläilee, mutta muuten hän on itsekseen.

Introverttina luonteena hän kertoo hyvinvointinsa kohonneen pandemian ensimmäisen aallon aikana. Viime kuukausina Umor on alkanut kaivata mahdollisuutta valita tapaako ihmisiä vai onko itsekseen.

– Monet joilla on perhe tai parisuhde eivät ymmärrä, että jos minä olen viikon yksin, olen oikeasti yksin – ilman puhetta, halausta tai kosketusta.

Umor asuu noin 30-neliöisessä yksiössä Länsi-Helsingissä, mutta on juuri muuttamassa 10 neliötä suurempaan asuntoon. Hän kertoo koronaepidemian kuluessa kotona vietetyn ajan vaikuttaneen päätökseen.

Koronarajoitukset veivät monet harrastukset. Uimahalli suljettiin ja keramiikkakurssi meni Youtubeen. Jalkapallokausi alkoi viimein kuukausien odotuksen jälkeen.

Deittailu on myös tauolla. Kesällä, kun rajoitukset olivat lievempiä, saattoi tavata ihmisiä ulkona. Nyt Umor on kuitenkin poistanut treffisovellukset, koska jutut eivät etene.

Miikka Koski: «Tuntuu hassulta, että valtiovalta unohtaa yksinelävät»

Vantaalaisella Miikka Koskella ihmiskontakteja ei ole nyt juuri lainkaan.

Kun Koski täytti maaliskuun alussa 30, hän ei juhlinut mitenkään. Suuret suunnitelmat vaihtuivat epäergonomiseen lojumiseen kotikonttorissa.

Suomessa asuu arviolta yli 1,2 miljoona ihmistä yhden hengen talouksissa, ja monet heistä elävät ilman vakiintunutta parisuhdetta.

Koski asuu yksin, tekee töitä kotoaan, ja pitää yhteyttä läheisiinsä puhumalla tavallisia puheluita ja videopuheluita. Hän ei ole viime aikoina tavannut ketään edes ulkoillessaan.

Miikka Koski koiransa Onnin kanssa ulkoilemassa.
Miikka Koski koiransa Onnin kanssa ulkoilemassa.Miikka Kosken kotialbumi

Ylen kyselyn mukaan liikkumisrajoituksia kannattaa suomalaisten ylivoimainen enemmistö. Nuoret aikuiset suhtautuvat rajoituksiin kuitenkin nihkeämmin kuin iäkkäät. 25–34-vuotiasta rajoituksia kannattaa vain 60 prosenttia vastaajista, mutta 65–79-vuotiaista peräti 82 prosenttia.

Yksinasuvat ry:n Raija Eevan mukaan rajoitusten suunnittelussa ei voida lähteä siitä, että yksinasuva on yksin niin kotonaan kuin sen ulkopuolellakin.

– Yksinasuvalla pitää olla oikeus oikeaan ihmiskontaktiin.

Miikka Koski on sinkku, ja hän kävi treffeillä viimeksi kesällä epidemiatilanteen ollessa parempi, mutta ei enää. Hän haluaa noudattaa rajoituksia.

Koski on seurannut hallituksen esitystä liikkumisrajoituksista hämmentyneenä.

– Tilanteen vakavuuden huomioiden lyhytaikaiset yksilönvapauden riistot ovat perusteltuja. Tuntuu kuitenkin hassulta, että valtiovalta tässäkin asiassa unohtaa yksinelävät.

Onnekseen Koski ei ole loukussa asunnossaan, sillä hänellä on koira, auto ja perheen kesäasunto Turun saaristossa. Sinne hän ajaa pääsiäisen viettoon.

Se olisi myös liikkumisrajoitusten puitteissa sallittua.

yle.fi
 

Опубликовано Оставить комментарий

Почему люди в депрессии часто думают, что они сходят с ума.

депрессияПочему люди в депрессии часто думают, что они сходят с ума. Продолжение
Недавно у меня была клиентка, которая страдает тревожностью и заметными нарушениями сна. Из всего непростого разговора, который состоялся между нами, она вынесла самое главное – у нее нет шизофрении. Учитывая ее возраст – за 70 лет – одиночество и горячее обещание начать совместную работу и то, что на больше не пришла, – можно сделать вывод о том, что было подсознательно главным для нее в нашей встрече. Что ж, видимо, я неплохо выполнил свою работу…
Но для меня это еще одна подсказка: люди плохо знают свои чувства. Они не готовы к встрече с ними. Депрессия или субдепрессия – это часто реакция на то, что они чувствуют. Они не могут справиться, не понимают, почему у них столько тревоги, беспокойства, напряжения. При этом, та же самая клиентка очень даже спокойно рассказала о том, что она чувствует сильное одиночество – несколько лет назад умер любимый муж, дети разъехались, с одной из невесток отношения очень натянутые, если не сказать напряженные. Осенью бросила работу, а внутренняя энергия осталась неудовлетворенной, хочется что-то делать, всю жизнь проработала на фабрике на разных должностях, в том числе и в бухгалтерии. Силы еще есть, а приложить их кроме как к перевариванию обид на невестку, бывших сослуживцев и на печаль об ушедшем муже, больше не на что. И это еще при том, что клиентка никому старается ничего не говорить о том, что чувствует, привыкла всю жизнь чувства свои сдерживать. Такое часто бывает у людей, родители которых были алкоголиками.
Как же в этих обстоятельствах не тревожится, а? Такие обстоятельства и чувства не оставляют человеку иного выхода, кроме как не спать, задаваясь тревожными вопросами о смысле своей жизни, о ее перспективах, о том, как быть с невесткой и т.д. Почему человек с такими мыслями и мироощущением должен хорошо спать на восьмом десятке своей жизни?
Самое главное в том, однако, что эта женщина не может предположить, не имеет для этого никакого опыта, что ее бессонница и ее мысли связаны! Вот это самое удивительное и загадочное. Отсюда легко появляются мысли о тяжелом психическом расстройстве.
Что ж, она сделала правильный шаг – не стала просто бежать к невропатологу или психиатру (она это уже делала, но безрезультатно), и просить успокоить таблетками, а пришла на прием к психотерапевту. И узнала важную информацию о своем состоянии. А также то, что помочь ей может принятие своих чувств, прощение коллег и невестки, занятие важным и интересным делом, а также молитва, медитация и помощь другим людям. Может быть, поэтому и не пришла больше, что на все перечисленное у нее хватит сил, главное, понимать, что у нее нет шизофрении.
antidepressant.zp.ua
 

Опубликовано Оставить комментарий

Йоханн Хари. Таблетки при депрессии: необходимы, не обязательны, не нужны?

Откуда берется депрессия? Еще недавно ответ был один – виновато нарушение биохимического баланса в нашем мозге, и нужно принимать лекарства, которые восстановят баланс и заставят мозг работать «правильно». Однако британский писатель Йоханн Хари пришел к другим выводам. Верны ли они?
Йоханн Хари заинтересовался депрессией не случайно: он с юности принимал антидепрессанты. Однако они помогали в лучшем случае ненадолго. Это заставило его задаться вопросом: а истинна ли теория, объясняющая депрессию снижением уровня серотонина в мозге?

Йоханн Хари начал встречаться со специалистами разных направлений: психологами, нейрофизиологами, социологами. И пришел к выводу, что депрессия — естественная реакция на невыносимые условия жизни. Если мы хотим избавиться от нее, надо менять жизнь. Насколько обоснованны его выводы? Об этом мы поговорили с научным редактором книги Йоханна Хари «Пункт назначения: счастье» психофизиологом и нейропсихологом Яной Староверовой.

Psychologies: Йоханн Хари считает, что у депрессии не биохимические, а психосоциальные причины…

Яна Староверова: По моему опыту психологического консультирования тех, чья депрессия никак не связана со средой, очень мало. Депрессия появляется тогда, когда нас что-то хронически не устраивает и нет перспективы, что это как-то изменится. Сфера может быть любой: работа, личная жизнь, недостаток общения, бытовая не­устроенность, бедность.

Со временем мы впадаем в состояние хронической фрустрации, что плохо осознается, но чрезвычайно выматывает. Одновременно нам приходится отключать свои «хочу» и «комфортно», а это уже сказывается на работе мозга. И если ситуация не улучшается, начинается депрессия. Но биохимия и наследственность все же вносят некоторый вклад в развитие депрессивного состояния.

Вы согласны, что медикаментозное лечение депрессии навязывается фармацевтическим лобби?

Обвинить фармацевтическое лобби легко, но, на мой взгляд, все гораздо хуже — виновата человеческая глупость. Большинство людей не хотят думать о том, что с их жизнью что-то не так, и с радостью кидаются на таблетки. «Я не справляюсь с воспитанием детей, они ведут себя как маленькие монстры, я понятия не имею, как это исправить» — чудовищная мысль, правда? Куда приятнее другая: «Я люблю детей, но у меня депрессия, сейчас я выпью таблетку, и у меня будут силы жить с ними как раньше».

Таблетки немного встряхивают, дают заряд сил — без этого депрессивному человеку начинать какие-то изменения очень сложно

Это похоже на поведение человека, который, сломав ногу и получив обезболивающий укол, не вызывает себе такси до больницы, а продолжает ехать на самокате на работу с мыслями: «Вот отлично, не болит, теперь успею к девяти». И это очень распространенная стратегия поведения. По-хорошему — и по результатам многих исследований — лучше всего сочетать медикаменты с психотерапией.

Таблетки немного встряхивают, дают заряд сил — без этого депрессивному человеку начинать какие-то изменения очень сложно. И пока этот энергетический заряд действует, нужно успеть что-то поменять в жизни, иначе симптомы вернутся. А если ничего не менять, то придется повышать дозу таблеток. Люди сами склонны выбирать второй вариант, иначе фармлобби прекрасно бы переключилось на поставки других лекарств.

Как же справиться с депрессией?

Если в течение пары месяцев вы наблюдаете у себя апатию, вялость, перепады настроения, чувствуете, что «что-то не так», сразу обращайтесь к невропатологу или психиатру. Врач разберется в происходящем, определит, нужны ли вам лекарства и если да, то какие, направит к психотерапевту, если потребуется. Исполняйте его рекомендации, обсуждайте с психологом, что не так в вашей жизни.

Вы в состоянии улучшить ее самостоятельно или с помощью других — тут автор книги совершенно прав, призывая восстанавливать нарушенные связи. Зачастую как раз в стремлении обеспечить себе более комфортные условия люди постепенно меняют и социальную систему в целом, какой бы неподъемной ни казалась эта задача.

Об эксперте

Яна Староверова — психофизиолог, нейропсихолог, психотерапевт.
www.psychologies.ru