В Истории
Есть люди, которым в самом деле не везет. И вдруг словно плотная завеса разорвалась перед ним: он увидел все убожество, все беспросветное убожество своей жизни, убожество прошлого, убожество настоящего, убожество будущего, годы старости, так похожие на годы юности, и понял, что ничего нет впереди, ничего позади, ничего вокруг, ничего в сердце, ничего нигде.
Экипажи все проезжали мимо. Перед ним по-прежнему появлялись и исчезали в открытых фиакрах безмолвно обнявшиеся пары. Ему казалось, что все человечество проносится мимо, опьяненное радостью, наслаждением, счастьем. А он один смотрел на это, совсем, совсем один. И завтра он тоже будет одинок, будет одинок всегда, одинок, как никто на свете.
Он встал, сделал несколько шагов и вдруг почувствовал усталость, как будто только что прошел пешком долгий путь; он снова сел на следующую скамью.
Чего он ждал? На что надеялся? У него ничего не было впереди. Он подумал о том, как отрадно было бы в старости, вернувшись домой, увидеть лепечущих детишек. Хорошо стариться, когда ты окружен существами, обязанными тебе жизнью, которые тебя любят, ласкают, говорят тебе наивные и нежные словечки, согревающие сердце и утешающие во всех невзгодах.
Он вспомнил о своей пустой комнате, такой чистенькой и печальной, куда никогда никто не входил, кроме него, и отчаяние охватило его душу. Эта комнатка показалась ему еще более жалкой, чем его тесная контора.
Никто туда не приходил, никто в ней никогда не разговаривал. Она была мрачной, безмолвной, в ней не раздавались звуки человеческого голоса. Стены как будто воспринимают нечто от тех людей, которые в них живут, что-то их походки, лица, речей. Дома, населенные счастливыми семьями, веселее, чем дома несчастных людей. Комната его была лишена воспоминаний, так же как и его жизнь. Мысль вернуться туда одному, лечь в постель, вновь проделать все то, что он делал каждый вечер, привела его в ужас. И как бы для того, чтобы уйти подальше от этого мрачного жилища, отдалить минуту возвращения домой, он встал и по первой же попавшейся аллее углубился в чащу и сел на траву. Читать целиком
Метка: размышления
Роберт Орбен. Самое страшное – это «я больше не хочу пробовать».
В Афоризмы
Самое страшное – это не «снова не получается». Самое страшное – это «я больше не хочу пробовать».
Роберт Орбен
Анна Мстиславская. Я от тебя ничего не ожидаю.
Недавно я правда поняла (осознала, увидела со стороны), что я отношусь в каком-то смысле к миру как ребенок. Да, мое поведение порой совсем не детское, но сейчас я пишу именно про восприятие. Про что это.
Я ожидаю от людей. Я ожидаю от них больше, чем кажется, что они могут сделать, подумать, придумать. Я уверена во внутреннем и, блин, во внешнем тоже, потенциале каждого. Я хочу, чтобы ростки отросли и мир их увидел. Многие люди ничего не ожидают от других или, если имели негативный опыт, то ожидают от определенного человека то, что увидели раньше.
Я чувствую такую грусть, когда думаю про это! Не ожидать ничего прекрасного. То есть ничего не ждать. А просто анализировать и делать выводы. Скучно и грустно. Каким будет мир, если все будут жить с такой позицией. По крайней мере, мне будет очень тоскливо наблюдать за тем, как люди относятся к друг другу. А может быть все уже давно-давно так, и я просто только что заметила?
Представляете, как себя будут ощущать люди (и уже многие ощущают), когда чувствуют, что мы, окружающие, даже близкие, от них не ожидаем изменений и достижений. Мы заранее как бы уже прописываем им модель поведения, из которой они не могут выйти, и, конечно, они ощущают такое наше отношение. И даже НЕ ЗНАЮТ, что есть другая модель. Что есть другие они, возможно, даже более настоящие. И поэтому не достигают большего, не удивляют ни себя, ни нас, не творят. А если человек еще не уверен в себе, тогда он вообще просто остановится в развитии и будет таким унылым неудачником. Часто ведь нам говорят: «Ну ты вечно такой», «Ах ты мой неудачливый» «Да этот Х вечно такой, что ты от него хочешь?» «Даже не пробуй, не знаешь, что ли Х»
Кто-то может сказать: в мире и так уже всем на всех наплевать. Да, многим, наверное. Но такое сильное наплевательство я чувствую только здесь (чтобы не поднимать прочих вопросов, не буду углубляться в эту тему). И поэтому если продолжать так жить, то уже есть результат этого, который я могу видеть вокруг: все давно друг от друга по большому счету ничего не ждут и всем на всех наплевать. Не знаю, что это: мои глаза или везение или … но среди тех, кто встречается мне, людей, которым на всех наплевать, почти нет. Или мои глаза их не видят.
Так, нужно закончить чем-то позитивным: ну, знаете, сейчас все говорят и все так это любят.
Я просто скажу вот что: узнавайте друг друга и будьте откровенны!
Источник — gestaltclub.com
