Опубликовано — Оставить комментарий

Кэти Расин. «Это не мое тело», или Ненависть к собственному телу.

Женская спинаНенависть к собственному телу разрушает психику и обедняет жизнь, не давая радоваться тому, что мы имеем здесь и сейчас. Укрепить уверенность в себе можно, изменив ракурс, – взгляните на себя с высоты своего генеалогического древа. Рассказывает Кэти Расин (Katie Racine), колумнистка The Huffington Post.
Опубликовано — Оставить комментарий

Мартти Линдквист. Профессиональная совесть. Для всех нас одинаково верно, что невозможно выжить в одиночку.

ТЕКСТ НЕСОСТОЯВШЕГОСЯ ВЫСТУПЛЕНИЯ ПЕРЕД УЧАСТНИКАМИ МЕЖДУНАРОДНОЙ ПСИХОДРАМАТИЧЕСКОЙ КОНФЕРЕНЦИИ 2004 Г. В ОКСФОРДЕ
Об авторе
Мартти Линдквист — социодраматист из Финляндии, его базовая специализация — теология и этика; был профессором социальной этики в Университете Хельсинки (1978-1986).
С 1998 председатель национального совета «Этика в здравоохранении» при правительстве Финляндии.
Автор многочисленных книг, тематика которых включает не только философские вопросы, но и практические аспекты социодрамы и групповой работы; писал также повести и рассказы. Автор нескольких глав в коллективной монографии «Психодрама после Морено».
Мартти Линдквиста не стало летом 2004 г.; встреча на Международной Психодраматической Конференции в Оксфорде не состоялась. Этой встречи ждали многие и своего рода прощальным письмом достойного и тонкого профессионала стал маленький текст, полученный всеми участниками конференции. Мне показалось важным перевести его и сделать доступным для студентов-психологов и ныне практикующих российских коллег.
——————
Этот текст — попытка описать в высшей степени личное основание этического сознания, «профессиональной совести» хелпера по отношению к его/ее клиенту; для меня особо важно было включить в рассмотрение влияния собственной «тени» профессионала на работу.
Этот текст не предназначен для превращения в официальную этическую норму. Напротив, это лишь одно возможное видение среди многих других, и я делюсь им для того, чтобы принадлежащие к «помогающим профессиям» могли заглянуть в этот текст как в одно из возможных зеркал и отрефлексировать собственные убеждения и конкретные пути проявления их в работе.
———————
Как человеческое существо, я прежде всего отвечаю за себя, свое благополучие и последствия моих действий для других. Решение стать тем, кто помогает другим человеческим существам, требует от меня понимания: делая это, я не разрешу личных трудностей и не компенсирую всего того, что потеряно и недостает в моей собственной жизни.
Я могу работать ответственно только в пределах, которые определены как моим профессиональным знанием, так и моей уникальной личностью, а она, в свою очередь, является результатом того жизненного бремени, ко-торое определено моей историей.
Я осознаю тот факт, что во мне есть не только хорошее и что моя помощь не всегда бескорыстна. Моя собственная «тень» следует за мной и тогда, когда я работаю для других людей.
Я хотел бы как можно больше использовать эту «тень» в качестве моста между моим миром и миром моего клиента, а не как оружие, направленное на него/нее.
Я признаю, что моя работа возможна и этически приемлема только в сотрудничестве с клиентом и только с его согласия.
Я не являюсь спасителем для клиента: он/она — субъект собственного выбора и самый лучший специалист в отношении своей жизни.
В нашем сотрудничестве мы неминуемо принимаем участие в жизни друг друга, но ни одному из нас не позволено владеть или управлять жизнью другого.
Моя работа основана на убеждении, что у меня и моего клиента есть нечто общее — опыт человеческого бытия.
Когда я оказываюсь лицом к лицу с беспомощностью и нуждами клиента, я тем самым соприкасаюсь также с той частью меня самого, которой отчаянно недостает столь многого и которая часто чувствует себя беспомощной.
Когда я совершаю свое терапевтическое путешествие в мир клиента, это вызов для меня.
Суть этого вызова в том, чтобы увидеть себя глазами клиента и понять, что его/ее опыт мог бы быть и моим — и со мной могло случиться, то, что случилось с ним.
Цель моей работы — увеличить для моего клиента возможность понимания его/ее собственной жизни и мира, увидеть, что есть истина в его/ее жизни, принять собственное человеческое достоинство и найти в себе отвагу изменяться в соответствии со своим путем роста.
Я не хочу извлекать клиента из его/ее истории и лишать ответственности, но я стараюсь помочь ему/ей стать частью его/ее естественного контекста и занять собственное место в обществе.
Я не строю никаких допущений ни для клиента, ни для себя в отношении непременного успеха той работы, которую мы делаем вместе. У нас обоих есть право на неуспех и разочарование. Я не подведу клиента, даже если он/она не отвечает моим ожиданиям и даже тогда, когда цель, о которой мы договорились, не достигнута. Я верю, что наши отношения имеют смысл, который не может быть измерен только критериями внешней полезности и успеха.
Я помогаю моему клиенту, полагаясь на знания, умения и опыт, которыми распо-лагаю как профессионал; делая это, я учусь уважать свою работу и профессию. Но я также хочу быть в контакте с клиентом как отдельный человек и принимаю свое право быть спонтанным, использовать интуицию и креативность для блага клиента.
Точно так же и клиент имеет право быть тем/той, кто он/она есть, и делиться тем жизненным опытом, который принадлежит его/ее личности. Это также помогает мне представлять себя на месте клиента, когда это необходимо.
Я не нарушаю конфиденциальность между клиентом и мной и не предаю его/ее в бессилии и во власти неудовлетворенных потребностей, и я не злоупотребляю нашими взаимоотношениями ради моих собственных целей или личных нужд.
Я уважаю реальное страдание клиента и позволяю ему/ей встретиться с этим стра-данием, не обещая, что «больно не будет», если этой боли нельзя избежать.
Я также готов встретиться со страданием, которое подобно в нашем человеческом уделе и появляется в ходе нашего терапевтического путешествия.
Я осознаю тот факт, что и я, и мой клиент обладаем глубинной сексуальностью. Это одновременно и эмоциональный ресурс и угроза нашему совместному путешествию. У нас обоих есть право принимать наши сексуальные чувства, но как тот, кто верит в клиента и тот, от кого клиент зависит, я сумею воздержаться и не провоцировать клиента своими сексуальными желаниями и не последую за его/ее желаниями этого рода
Я обещаю заботиться о себе теми способами, которыми располагаю, с тем, чтобы не отвергать, не «пережигать», не раздавать другим то, что наиболее важно в моей собственной жизни. У меня есть твердое убеждение, что защита моей жизни одно-временно означает борьбу за жизнь моего клиента
Я уважаю труд других хелперов и моих коллег и убежден в том, что все мы принимаем участие в общей борьбе за человеческое достоинство и жизнь в целом. Я разделяю с ними радости и боль моей работы и пытаюсь способствовать такому социальному развитию, которое не означало бы успех для немногих ценой эксплуатации и отвержения многих.
Я осознаю тот факт, что я не единственный, кто оказывает помощь моему клиенту, и я не являюсь собственником окончательного объяснения его/ее проблем. Источник веры и ресурсов моего клиента находится в его/ее собственной жизни, я же являюсь лишь «повитухой» этой жизни в меру моего понимания и умения.
Для всех нас одинаково верно, что невозможно выжить в одиночку. Когда придет день и мне понадобится помощь, я хочу быть готов попросить о помощи, ибо знаю, что только тот, кто готов попросить и принять помощь, имеет право помогать другим.
М. ЛИНДКВИСТ
ПЕРЕВОД Е.Л.МИХАЙЛОВОЙ
 

Опубликовано — Оставить комментарий

Siara Pinick. Зеркало.

Сегодня у меня очередная консультация у психотерапевта. Мой терапевт просит меня встать перед зеркалом в полный рост. «Все» говорят, что в процессе выздоровоения проблема образа тела решается самой последней (кстати, кто эти вездесущие «все»? ) и я отчётливо понимаю, что так оно и есть.
В других своих записях я уже размышляла на эту тему:
«В процессе лечения от расстройства пищевого поведения я научилась избегать зеркал, шарахаться от них словно от чумы. Я хорошо знаю свое тело и поэтому у меня нет проблем с подбором одежды. Я знаю, что у меня есть любимые вещи, которые хорошо на мне сидят, несмотря на то, что видят мои глаза в зеркале и как я ощущаю свое тело в конкретный день и я научилась доверять этому знанию. Видите, мои глаза искажает взгляд на тело».
Но как и со всеми другими проблемами, которые принесены в жизнь расстройством пищевого поведения, рано или поздно необходимо столкнуться со своими страхами лицом к лицу. И сегодня именно такой день — я смотрю на свое отражение в полный рост.
Я посмотрела на свое отражение, по-настоящему, так как не смотрела на себя ГОДАМИ. Я уже не та девочка, какой была до своей болезни. Моё тело не выглядит так, как я думала о нем долгое время. Я хотела оставаться худой, иметь плоское тело, как когда-то, когда я ещё даже не была подростком . Никто мне не сказал тогда, что набирать вес в подростковом периоде это нормально. Никто не сказал мне, что моему телу нужен дополнительный вес, чтобы защищать жизненно важные органы и кости, чтобы иметь возможность забеременеть, чтобы иметь возможность строить новые клетки — и много чего ещё. Никто не сказал мне, что СО МНОЙ БЫЛО ВСЕ В ПОРЯДКЕ.
Я потратила годы, ощущая, что с моим телом что-то НЕ ТАК, но теперь я знаю, что это с обществом что-то не так. Моё тело — это не объект. Моё тело дано мне, чтобы бегать, смеяться, танцевать, любить, работать. Моё тело дано мне, чтобы быть уязвимым, что меня форму, чтобы расти. Моё тело дано мне, чтобы быть собой, а ещё для силы и смелости. Моё тело дано мне для ЖИЗНИ. И я живу.
Оставаться маленькой мешает моим желаниям (быть может и вашим). Когда я смотрю в зеркало, я не вижу ту девочку, какой была до своего расстройства пищевого поведения. Я вообще больше не девочка. Я ЖЕНЩИНА, полная сил, достоинства и красоты. Моё тело выросло и изменилось, как и мое сердце. И0 я учусь принимать и ценить все это. Я больше не прячусь от зеркала. Я могу стоять перед ним, гордо смотреть на себя в полный рост. Я никогда больше не буду прятаться.
Источник — https://beatingeatingdisorderspage.wordpress.com/2016/05/21/the-mirror/
Перевод — Юлия Лапина