Опубликовано Оставить комментарий

Алексей Хмелев. Созависимые отношения: уходи, но останься.

Созависимые отношения: уходи, но останьсяОчень тоскливо и невероятно больно раз за разом переживать одни и те же повторяющиеся дисфункциональные отношения.

Уходи, но останься

До тех пор, пока мы полностью не исцелим свои души от стигматов, полученных в детстве, в наших отношениях всегда будут задействованы больше, чем два человека. Да, физически, участников действительно будет двое. Но у каждого за спиной будут незримо присутствовать тени прошлого, призраки, нанёсшие нам в детстве раны.
Для современного общества вполне нормально и естественно, когда человек, основным страхом которого является отверженность, вступает в романтические отношения с человеком, который в свою очередь, больше всего опасается нарушения личных границ.
В результате первый реагирует на показную независимость второго испугом, у него появляется ощущение брошенности, и он начинает жаться к партнёру, а тот напротив, всячески пытается увеличить дистанцию в отношениях до комфортной для себя. Вот и получается такой своеобразный танец, где один всё время наступает, а другой – пятится назад.
Очень тоскливо и невероятно больно раз за разом переживать одни и те же повторяющиеся дисфункциональные отношения. Для того, чтобы это прекратилось, детские травмы должны быть излечены.
Это четвёртая статья в серии, посвященной созависимым отношениям, природе их возникновения и развития. В данном случае речь пойдёт о таком явлении, как дистанция в отношениях и вариантах её понимания партнёрами. Взаимозависимость по принципу: иди сюда — уходи отсюда.
Совершенно не имеет значения то, сколько нам лет, двадцать или пятьдесят. Мы все носим в себе подавленные эмоции боли, страха, стыда, ярости и наши детские реакции. Даже если мы воспитывались в относительно благополучных семьях, всё равно эти переживания нам не чужды. Ведь социум, с которым нам приходилось в детстве взаимодействовать, далеко не самый здоровый и по отношению к нам благодушный.
Когда партнёр «задевает нас за больное», он активирует болезненные реакции, которые приводят к повторению стандартной модели поведения. Но беда заключается в том, что в своей созависимости мы имеем встроенную систему распознавания людей. Она позволяет нам безошибочно вычислять тех, кто максимально точно попадёт в наши собственные болевые точки. Это к тому вопросу, почему нам всё время “попадаются” одинаковые партнёры, кому-то пьющие, кому-то постоянно изменяющие, и т. д. Мы выбираем их сами. Механизм и принцип этого отбора я уже описывал  в одной из предыдущих публикаций.
Пока мы не начнем очищать наш эмоциональный багаж от кнопок-триггеров, которые отбрасывают нас в прошлое, мы не сможем освободится от этих повторяющихся поведенческих моделей. Мы не сможем построить действительно честные взаимоотношения ни в личном, ни в профессиональном плане. Мы будем продолжать обманывать себя и своих партнёров.

Уходи, но останься

Динамический цикл в дисфункциональных отношениях работает по принципу «уходи, но останься». Как только один из партнёров открывается, делая шаг навстречу, второй мгновенно отходит назад, закрываясь и стремясь разорвать дистанцию. Если после этого первый начинает пятится и демонстрировать недоступность, то в этом случае уже второй начинает преследовать первого и умоляет его вернуться. Когда первый снова становится доступен, то второй снова отстраняется. И так до бесконечности.
Это происходит потому, что у нас внутренний разлад в отношениях с самим собой, как следствие незаживших детских травм. Если я сам не люблю себя, то как меня может любить кто-то другой? И если меня кто-то не любит, то что мне сделать, чтобы доказать, что я достоин любви? В каком-то смысле, это очень похоже на наши детские попытки заслужить родительскую любовь, которой мы были в определённой части лишены. Мы должны доказать, что достойны этой любви.
Стратегия созависимого поведения представляет собой попытку преодолеть основное убеждение о том, что мы недостойны, ущербны и нас никто не любит, направляя все усилия на то, чтобы заработать любовь партнёра. Оборотной стороной той же убеждённости в собственной никчёмности является попытка полностью закрыться от любых попыток сближения со стороны партнёра. Дабы в последствии, когда он бросит меня (а он непременно меня бросит, ведь я-то знаю, что совершенно не достоин любви), не испытать моральной травмы. А значит, я должен либо не допустить развития отношений, либо разрывать отношения первым. Таким образом я не дам себя бросить, сработаю на опережение.

Оба одинаково не правы

Оба типа поведения при построении отношений являются дисфункциональными и априори обречены на провал. Созависимых тянет к людям, которые непременно отвергнут их. Это “память детства”, ведь именно так с нами обходились очень часто взрослые. Такое отвержение совершенно необязательно должно быть физическим. Это может быть эмоциональное отвержение. В результате связь теоретически продолжается, но созависимый человек должен довольствоваться крохами с “барского стола”, забыв о собственных потребностях и желаниях, получая лишь то, что благодушно пожертвует партнёр.
Это очень унылая и невероятно болезненная повторяющаяся дисфункциональная модель отношений. Путь к прекращению этого повторения лежит исключительно через заживление ран, которые мы получили в детстве. Большая часть этого процесса пробуждения к реальности является осознанием того, что это не наша вина, что наши отношения в очередной раз не удались, ибо мы были изначально настроены на провал.
Мы отрабатывали модель поведения, которую заучили в процессе взросления, воспитания и личностного формирования в той нездоровой среде, в которой мы находились. Мы попросту были бессильны поступать иначе, чем мы поступали. Это было до тех пор, пока мы не начали осознавать и изучать собственные модели поведения и открывать для себя то, каким образом наши детские травмы и переживания влияют на нас во взрослой жизни.
Одним из наиболее важных шагов в избавлении от созависимости и созависимой модели поведения в целом является понимание того, что такое любовь на самом деле, и начать, в первую очередь, любить себя. Для этого нужно простить тех, кто нанёс нам психологическую травму в детстве, воспитывая нас. Ведь они, в свою очередь, являлись носителями аналогичной травмы, нанесённой им в детстве. Более того, у нас есть великолепная возможность разорвать этот созависимый порочный круг. Просто воспитывая собственных детей, нам нужно постараться не увечить их тонкие и такие ранимые души.
https://gestaltclub.com

Головна

Опубликовано Оставить комментарий

Мария Долгих. Влияние тревоги на терапию созависимости.

Влияние тревоги на терапию созависимостиСозависимый человек сложнее всего переносит тревогу. Как жить, если выйти из токсичных отношений, или уйти с нелюбимой работы, как жить самостоятельно свою жизнь и чтоб было интересно или не страшно? Созависимые люди, если упрощать — это зависимые которым, в чем-то сложнее принимать свои ограничения, а в чем-то — сложнее пробовать свои силы, делать что-то самостоятельно. Какая-то зона у зависимого всегда вызывает слишком много непереносимой тревоги.
Зависимость — это способ адаптации к жизни через слияние с человеком/объектом, который выполняет некоторые наши задачи вместо нас, как бы становясь частью нас самих. Как аппарат искусственного дыхания. Все мы можем представить человека на аппарате искусственного дыхания — это очень зависимое положение. И потому, не приятное. К тому же, если в роли аппарата другой человек, он так же какую-то часть функций стремится переложить на партнера. А работать в отношениях 24 часа в сутки кем-то, кем мы не можем отказаться быть, потому что устали или не хотим больше — очень трудно. Трудно, но необходимо, поскольку отказаться от своей работы, означает, что партнер может отказаться и от своей. А это страшно, потому что, как жить без этого — не известно. Тревога растет.
Вся эта схема есть в голове каждого зависимого человека. Когда в отношениях становится особенно трудно — многие думают о выходе из отношений и сталкиваются с переживанием и своей зависимости и невозможности от нее избавиться. Но сам по себе разрыв отношений — это выход довольно экстремальный и далеко не всегда необходимый, только если вы не уходите из ситуации, где вашей жизни или достоинству угрожает серьезная опасность. Поскольку зависимость никуда не исчезает.
В терапии зависимый тоже пытается выстроить с терапевтом отношения слияния, предлагая выдерживать всю его тревогу вместо него, что-то с ней делать, чтобы она исчезла, прячась даже от мимолетных встреч с ней.
— Чего хочу — не знаю. Хочу, чтобы мне стало легче.
— От чего тебе обычно становится легче?
— Не знаю.
Или:
— Хочу, чтобы он/она изменились, и тогда мне станет легче.
— Сложно заставить другого. А как ты можешь регулировать свое состояние самостоятельно?
— Не знаю.
Такие диалоги, если упрощать и слышать суть — повторяются довольно часто в разных вариациях в терапии с зависимыми людьми.
Основная сложность связана с тем, что зависимый человек смотрит на свои проблемы через призму своей тревоги. Точнее, своей не способности с тревогой встречаться лицом к лицу. И в этом месте очень трудно бывает представить, что выход как раз в том, чтобы учиться свою тревогу выдерживать самостоятельно. Учиться делать то, что обычно для вас делает партнер, как аппарат искусственного дыхания. Это очень сложно. Иногда человеку с зависимой структурой характера это дается почти на пределе своих сил.
И здесь хотелось бы прояснить — почему так. Тот невыносимый уровень тревоги, который свойственен зависимому человеку, это всегда симптом. Недостаточно поддержки от взрослых в детстве, недостаточно внимания, одобрения, безопасной привязанности — в опыте есть некий дефицит, который не позволил какой-то части личности, грубо говоря «вырасти», повзрослеть и окрепнуть. И каждый раз, когда появляется перспектива прикоснуться к этому опыту — актуализируются те не прожитые чувства в виде тревоги, которые невозможно выдержать.
В терапии это превращается в задачу: вербализовать, обозначить эти зоны опыта с дефицитом и медленно и осторожно работать на получение того опыта, которого не хватило и залечивание тех детских ран, которые мешают его получить во взрослом возрасте. Сложна такая работа тем, что тело человека, весь его эмоциональный опыт говорит о том, что идти туда не стоит, потому что там было страшно и плохо, и никто не помог. Возникает сильное сопротивление, появляется много недоверия, или отчаяния, страха, которые — просто часть болезненного опыта прошлого. И чтобы это сопротивление преодолевать, от человека требуется мужество и определенные усилия. Как в фитнес-клубе, когда мы качаем мышцы, которые до этого никогда не работали, и нам трудно, больно, и поначалу у нас получается не очень. И здесь важно помнить, что обязательно получится через время, если выдержать сопротивление и не остановиться на полпути.
Бывает, что человек в процессе терапии обнаруживает свою зависимость, возможности, которыми обладает для изменений в своей жизни, ограничения, которые ему мешают. И делает вывод, что смириться с тем положением дел, какое есть — это для него лучший выход. И это тоже решение, которое может приниматься не просто, и которое приносит значительное облегчение. Потому, что для этого требуется мужество — взглянуть на свою жизнь трезво, испытать много разных чувств по этому поводу, отказаться от каких-то иллюзий на счет себя и партнера. Смириться с чем-то навсегда. Оплакать утрату в своей жизни некоторых перспектив, за которые долго держался. Принять тот факт, что есть вещи, на которые нельзя повлиять, как бы этого ни хотелось. Это все — сложная работа, которая у меня, как у терапевта, вызывает уважение.
Необходимость замедляться, осознавать то, что никто, включая твоего партнера и терапевта, не может стать для тебя той идеальной мамой из детства и, угадав все твои потребности, разом их удовлетворить — приносит грусть и гнев, которых зависимый человек всю жизнь пытается избегать. В терапии очень важно дать себе возможность прожить этот период максимально честно. Через время, за грустью, появляется принятие того, что никто тебе взрослому ничего не должен; удается лучше заметить то, что для тебя другой человек может сделать и делает. И те отношения, которые есть, становятся более ценными, и к партнеру становится возможным отнестись с большим пониманием, благодарностью, любовью. Или, получается оплакать утраченные отношения и идти в новые с лучшим пониманием своих и чужих границ. Быть более чувствительным к партнеру и к своему дискомфорту.
Нет каких-то стандартных выходов для всех. Зависимый остается зависимым на протяжении всей жизни. И именно это знание о себе, знание своих слабых и сильных черт помогает выбирать другое поведение в отношениях с партнером, и другое отношение к самому себе.
Опубликовано Оставить комментарий

Конфликт не разрушает отношений.

В статьи
(общие положения)

Величайшие достижения человечества появились благодаря речи,

а его величайшие провалы — из-за отсутствия разговора. Так быть не должно.

Стивен Хокинг

Конфликт не разрушает отношений. Это жестокий самообман. Отношения разрушает безграмотное и неуважительное решение возникшего конфликта, то есть отсутствие взаимопонимания и диалога.
Что такое конфликт? Столкновение несовпадающих интересов и мнений. Это может произойти как в отношениях между совсем незнакомыми людьми, так и между любящими супругами или многолетними коллегами. Конечно, для наиболее полноценного решения возникшей проблемы хорошо бы покопаться в исходных причинах, почему и откуда у человека возникла установка, приведшая к современной ситуации, но это не самое главное. Главное – желание разрешить конфликт, прийти к взаимопониманию и удовлетворяющему все стороны решению. И это возможно практически всегда, было бы это самое желание, но с разными затратами, которые зависят как раз от целей, установок и методов. Желание решить проблему, тем самым сделать шаг на пути дальнейшего развития, и сохранить отношения – это и есть главная мотивация для выработки конструктивного решения.
Практически невозможно прожить жизнь без конфликтов. Они возникают постоянно и, как правило, всегда, когда мы сталкиваемся с чем-то новым и необходимостью изменений, переходим к другому этапу работы, отношений или жизни. Причем чем активнее наша деятельность, тем, как правило, большее количество конфликтных ситуаций нам угрожает. Нечто новое вовне нас обязательно порождает необходимость изменений внутренних и наоборот. Например, новые обязанности, или новое жилье, или новое увлечение, или новая потеря. В ситуации отношений с кем-то это новое затрагивает двоих или больше людей, и требует уже изменений в некоторой степени, касаемой не только одного человека. И вдруг выясняется, что партнер думает о происходящем по-другому, он видит иную необходимость изменения. Вот непосредственная точка пуска конфликта. Который можно довести до состояния войны, хронических неврозов, разрыва отношений или сосредоточиться на выработке конструктивного решения, способствующего возвращению равновесия и дальнейшему развитию. Читать целиком