Опубликовано Оставить комментарий

Екатерина Тарасова. Что делать, если в семье есть психически больной — и он отрицает лечение?

В мире около 15 % людей нуждаются в психиатрической помощи, в России — 25 %. При этом каждый пятый психиатрический больной прерывает лечение слишком рано, а каждый двенадцатый — отказывается лечиться вовсе. Отсутствие критики к состоянию своего здоровья в медицине называется анозогнозия. Больные отрицают свои проблемы и необходимость лечения, обрекая свое окружение на страдания, а себя — на еще большее ухудшение здоровья. Разбираемся, почему люди не хотят лечиться, как им помочь и что делать, если лечиться не хотите вы.
 

Почему лечиться не хочется, но отказ от медикаментов делает только хуже

Зачастую люди с выраженными нарушениями психики не следуют рекомендациям врача, не принимают препараты и не соблюдают рекомендованный режим. Это происходит, во-первых, из-за недооценки своего состояния: кажется, что если ничего не болит — то всё будто бы и хорошо. Во-вторых, у ряда лекарств есть побочные эффекты: сонливость, тенденция к набору веса тела и другие неприятности — это действительно мешает полноценной жизни, поэтому многие склонны отказываться от медикаментов. В-третьих, никто не хочет принимать лекарства пожизненно или продолжительное время: это не только вызывает экзистенциальную печаль, но еще и дорого и неудобно.
Кроме того, большое значение играет стигматизация психических расстройств в России: люди обращаются за психиатрической помощью только в самых крайних случаях, поэтому огромное количество больных остается без обследования и лечения.

Больше 11 % нуждающихся в психиатрической помощи людей в течение первых двух лет заболевания не получают ее, потому что безуспешно «лечатся» у других специалистов.

При психических заболеваниях анозогнозия приводит к плачевным последствиям в первую очередь для самого страдающего: ухудшению состояния здоровья, несвоевременности лечения и осложнениям. При этом тяжелое состояние очень медленно и трудно корректируется, а каждый срыв приводит к снижению адаптации и к ухудшению качества жизни, а родственникам зачастую приходится «расхлебывать» непростые ситуации: взятые в состоянии обострения кредиты, тяжелые конфликты с окружающими.

Самое опасное следствие отказа от лечения — суицид. Страдающий человек поглощен болезненными переживаниями и без помощи медикаментов нередко приходит к самоповреждению или попытке самоубийства.

Самая большая проблема в том, что больной человек может отгораживаться от мира, уходить в самоизоляцию и недооценивать свое состояние: ему может казаться, что он сильный и справится сам — но болезнь нередко оказывается сильнее.

В каком положении оказываются родственники больного

Непросто приходится и родственникам. Есть два типичных полюса переживаний, на которых оказываются его близкие.

Один полюс — это вина за поведение больного, стыд за то, что происходит в семье, и — как следствие этой вины — полное подстраивание под болезнь. Именно в этом причина гиперопеки, особенно характерной для семей алкоголиков и наркоманов.

Другой полюс — это, наоборот, отстранение. Люди выбирают игнорировать проблему не потому, что они жестокие, а из-за непонимания, растерянности и страха. В обоих случаях родственники часто стараются скрывать факт наличия в семье заболевания и боятся, что кто-то об этом прознает.

Из-за этого вся семья может постепенно оказаться в социальной изоляции, которая также может быть следствием стигматизации — негативного отношения общества к психически больным.

У людей отсутствуют четкие представления о том, что конкретно нужно предпринять, если тяжело больной человек отказывается лечиться. Многие в бессилии обращаются на форумы, медицинские сайты: «помогите, моя мама злоупотребляет алкоголем и не хочет идти к врачу…», «как быть в ситуации, когда дочь страдает шизофренией и не хочет принимать препараты, назначенные врачом…», «с ней трудно жить, но к врачу идти она не хочет….»

Эти вопросы могут ставить в тупик, ведь нельзя же взять уже взрослого человека за руку и отвести к врачу насильно, если он этого не хочет.

Что закон говорит о принудительной госпитализации

«Лицо, страдающее психическим расстройством, может быть госпитализировано в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях, без его согласия либо без согласия одного из родителей или иного законного представителя до постановления судьи, если его психиатрическое обследование или лечение возможны только в стационарных условиях, а психическое расстройство является тяжелым и обусловливает:
а) его непосредственную опасность для себя или окружающих, или
б) его беспомощность, то есть неспособность самостоятельно удовлетворять основные жизненные потребности, или
в) существенный вред его здоровью вследствие ухудшения психического состояния, если лицо будет оставлено без психиатрической помощи».

— Федеральный закон «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» от 02.07.1992 № 3185-1 ст 29 (ред. от 19.07.2018), статья 29: «Jснования для госпитализации в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях, в недобровольном порядке»

Только в указанных случаях можно госпитализировать человека принудительно: по решению суда или прокуратуры. В других ситуациях госпитализация проводится только с согласия человека, по рекомендации врача.

Принудительная госпитализация — всегда не лучший вариант. Любое насилие сопровождается психической травматизацией.

В итоге больной потеряет доверие к родственникам, их отношения приобретут враждебный характер, что никак не поможет страдающему, а только усугубит его состояние.

Как вести себя с человеком, страдающим от психического расстройства

По словам главного внештатного специалиста-психиатра Департамента здравоохранения города Москвы и главврача Психиатрической клинической больницы № 1 Г. П. Костюка, с больными, которые не поддаются на уговоры, «главное — не спорить, но и не соглашаться…»
 

Ни в коем случае родственникам не следует угрожать человеку, шантажировать, критиковать, запугивать. Важно сохранять спокойствие и доброту по отношению к страдающему, набраться терпения.

Больной может быть переменчив: то нуждаться в другом человеке, в его любви и теплоте, то быть замкнутым, отталкивать и требовать, чтобы его не беспокоили. Не стоит обижаться на больного человека. Ведь мы же не обижаемся на людей, которые не могут говорить в силу их заболевания.

Если у больного есть бредовые фантазии, то рекомендуется спокойно их выслушать и не показывать, что вы расстроены или огорчены, встревожены чем-то, можно даже и подыграть в такой ситуации.

Чтобы родственники психически больных могли чувствовать себя более уверенно, им необходима информация о болезни близкого, методах лечения, формах помощи непосредственно в сообществе людей с аналогичной проблемой. Эти сведения они могут получить на специальных курсах психообразования, которые регулярно проводятся в ПНД.

Какое отношение к происходящему стоит выработать

Родственникам больного следует осознавать, что, если психическое заболевание лечить, своевременно обращаться за помощью к специалистам, не стесняться говорить об этом с людьми, которых постигла похожая участь и комплексно подходить к вопросам лечения и реабилитации, то можно добиться хороших результатов.

Важно понимать, что острое состояние — не навсегда, его можно пережить, перетерпеть, лечить. Главное — верить в лучшее и искать помощи.

Естественно, негативных впечатлений и пугающих эмоций не избежать. Всё дело в том, что помощь в такой ситуации требуется не только больному, но и его окружению. Используйте релаксацию, прослушивайте спокойную любимую музыки, урвите возможность погулять в одиночестве, медитируйте.

О своей тревоге тоже важно говорить с врачом и согласиться на поддерживающую терапию: обстановка в семье, где проживает больной человек, может быть психотравмирующей для других ее членов.

Очень помогает относиться к тому, что случилось с близким, как к испытанию или уроку, который научит быть терпимее, научиться проявлять заботу, быть сильным, мудрым и смелым. Да, болезнь может вызывать стыд, страх или боль — но осознание, что вместе можно с этим справиться, дает надежду на благополучие и улучшает психологическую обстановку в семье.
Обязательно нужно дать всем время, особенно после острой фазы заболевания. Не дожидайтесь с нетерпением «быстрого скачка вперед», а содействуйте малым шагам вашего близкого с психическим расстройством — и радуйтесь им.

Как помочь человеку с психическим расстройством принять необходимость лечения

Если человек упрямо не идет на контакт и не хочет лечиться, можно поискать информацию о частных клиниках, вместе с врачом обсудить ситуацию и придумать грамотный выход.
Огорошивать человека тем, что ему нужно срочно лечь в больницу, не стоит. Если человек дееспособен, то отчасти он понимает, что с ним происходит что-то неладное, но, возможно, боится попадать в психиатрическую больницу, насмотревшись страшных фильмов или наслушавшись рассказов. Да и сама по себе тема психиатрии очень стигматизирована в России, что снижает доверие больных к психиатрам.

Врача можно вызвать на дом или представить больному как психолога или психотерапевта, который «просто поговорит», — это будет восприниматься страдающим не так болезненно.

Врач-психиатр поможет убедить человека начать принимать лекарства.
Если душевнобольной никак не соглашается на госпитализацию, а она ему действительно необходима, то можно пойти на хитрость и сказать, что в больницу нужно лечь на обследование, чтобы доказать, что он (она) абсолютно здоров и диагноз врача неверный. Или объяснить, что необходимо сдать анализы для отмены диагноза, а сделать это можно только в больнице.

Современная психиатрия потихоньку переходит на амбулаторную форму на «западный манер», когда не требуется госпитализация.

Лечение происходит дома, а не в стационаре, что способствует адаптации людей с психическими расстройствами и не стигматизирует их. Это в итоге позитивно влияет на быстрое восстановление и социализацию.

Чего нельзя говорить больному

По словам врача-психотерапевта Михаила Бурдина, при разговоре с больным нельзя употреблять фразы-прогнозы, предсказания:

«Ты сопьешься!»
«Тебя уволят с работы!»
«Ты посадишь печень!»
«Дети не будут тебя уважать!»
«Ты закончишь как твой отец!»
«Ты нас в гроб загонишь!»

Всё это прогнозы. Они могут быть сколько угодно справедливыми, однако эти слова не будут иметь никакой пользы: больной сразу начнет защищаться. Нужно уметь отделять реальные события от своих обобщений.

Что можно говорить больному

Люди с самыми различными психическими расстройствами (алкоголизм, шизофрения, депрессия) могут быть очень чувствительны к поведению окружающих.

Поведение близких таких людей должно быть основано на заботе и желании помочь. Не для всех подходят стандартные фразы: «успокойся…», «всё будет тип-топ..», «возьми себя в руки…» — они вообще зачастую не работают.

Психически больной живет в своем мире, и здесь нужна чуткость родственников к его состоянию. Можно осторожно поинтересоваться: «Как ты себя чувствуешь?» Стараться задавать открытые вопросы в ненавязчивой форме: «Расскажи… Что ты ел (ела) на завтрак? О чем думаешь?» Важно стимулировать больного рассказывать, развернуто отвечать — это поможет лучше его понять. Если он не хочет разговаривать, то заставлять нет смысла, лучше попробовать немного позже опять возобновить разговор.

Ваша собственная открытость, рассказ о себе поможет раскрыться и больному человеку.

Старайтесь сохранять спокойствие и доброжелательность.

Что, если родственники ошибаются

К сожалению, родственники не всегда понимают странности близкого человека и могут напрасно паниковать. Паника — часто проецирование на другого своих трудностей или проблем (тревога, злость, агрессия). Такой человек может не принимать наличие проблем у себя, отрицать их, подавлять и сваливать на другого.
Ситуации необоснованной тревоги в семье бывают достаточно разнообразные.
Молодому человеку родители могут заявлять, что что он псих и они хотят сдать его в психиатрическую больницу. Тогда как он просто художник, которому не повезло родиться в провинции, где не понимают его странностей, его картин, замкнутости или чудаковатого поведения. Защищает ли его закон в такой ситуации?
Да, закон о психиатрической помощи его защищает: он имеет право отказаться от лечения — в таком случае оснований для принудительной госпитализации нет, и никто его никуда не заберет.

Как самому проверить, всё ли в порядке

Если вы отказываетесь от еды, плохо спите, видите во сне кошмары, чувствуете разбитость, замечаете странные вещи, мысли быстро текут в голове или, наоборот, ощущается вялость, медлительность; не можете ходить на работу или учебу, чувствуете душевную боль и безнадежность, слышите в голове какой-то голос; если люди кажутся вам преследующими и враждебными, если вы подозреваете, что вас хотят отравить, чувствуете сильную тревогу, и всё это мешает вашей нормальной полноценной жизни — то и правда пора к доктору.

Если же вы вполне довольны своей жизнью и только конфликты в семье и на работе ее портят, то можно попробовать обратиться к психологу для решения трудностей в межличностных отношениях — расстройства у вас, скорее всего, никакого нет.

По причине бурного развития фармакологии в психиатрии нам часто кого-то хочется отправить к психиатру, но для этого есть только очень ограниченные условия. В психиатрическую больницу или в частную психиатрическую клинику нужно обращаться только по необходимости.

Всем: от ревнивцев до меланхоликов и от творческих личностей до обыкновенных мудаков — вариант обращения к врачу-психиатру не подходит!

Возможно, кому-то и нужна коррекция поведения, но для этого достаточно психолога или психотерапевта.
 
knife.media
 

Опубликовано Оставить комментарий

Маша Пушкина. Как любить человека с депрессией.

На данном изображении может находиться: 1 человек, часть тела крупным планомДовольно типичная грустная история отношений с депрессивным партнером: у вас был волшебный роман, вы мечтали быть вместе все время, наконец, свили общее гнездышко. А теперь его или ее ничего не радует, да и вообще он или она ничего не делает: сидит дома и ноет. «Наверное, меня уже разлюбили, или вообще не любили никогда», — думаете вы.
Важно отличать клиническую депрессию (большое депрессивное расстройство) от реактивной. Вторая развивается в ответ на тяжелые события, и достаточно велики шансы, что со временем она пройдет навсегда. В первом же случае человек болен хронически, обычно с подростковых лет.
Приступы депрессии возникают более-менее регулярно, в том числе и без видимых внешних причин. Депрессии почти в два раза чаще встречаются у женщин, но у мужчин их тяжелее распознать, ведь они не любят жаловаться на симптомы и стараются уклониться от посещения врачей.
Поэтому для мужчины с депрессией выше риск суицида, равно как и медленного саморазрушения с помощью алкоголя или психоактивных веществ. А сниженное настроение может сопровождаться сильной раздражительностью, что делает жизнь близких еще менее приятной.
Депрессия может проявляться и менее очевидно. Например, в физических симптомах: вечно болит голова, ноет спина, скручивает живот и ни на что нет сил. Секс при этом вызывает массу негативных эмоций — от тихого раздражения до бурных слез.
Что нельзя делать, если ваш партнер склонен к депрессии
Критиковать и обвинять. Поверьте, ваш партнер отлично справляется с этим самостоятельно и делает это примерно с утра до вечера. Сознание человека в депрессии искажено, он действительно в эти недели (или даже месяцы) считает себя ни на что не пригодным неудачником, который не достоин вашей любви. Напротив, похвала в таком состоянии никогда не будет лишней: даже за то, что она вымыла волосы и заварила чай.
Недовольство миром вокруг и разочарованность в том, что раньше так нравилось, не стоит эгоцентрично принимать на свой счет: скорее всего, в эти моменты партнер думает вовсе не о вас, а о том, что вся его или ее жизнь — одна сплошная неудача, а человечество катится к апокалипсису.
Создавать стресс. Если ваша девушка или парень склонны к депрессиям, важно понимать, что у них объективно меньше сил и энергии, они быстрее устают и сильнее реагируют на негатив. Метод волшебного пинка, призывы выйти из зоны комфорта и гениальные советы в духе «будь позитивнее» не помогут никак. Это не значит, что от партнера вообще нельзя ничего требовать. Можно, но не сейчас, а когда человек придет в норму и будет способен воспринять эти требования адекватно. Мужчина в депрессии испытывает двойное давление, ведь от него традиционно ждут действий и инициативы. Необходимо признать, что в ближайшее время этого не будет. Возможно, вам придется на какое-то время взять на себя обеспечение семьи.
Что нужно делать, если ваш партнер склонен к депрессии
Немножко растормошите. У человека в депрессии парализовано не тело, а сила воли. Физически он способен встать с кровати, но не видит в этом смысла. Ему нужно помочь, но ни в коем случае не давить, а заинтересовать. Негативных эмоций всех видов и так через край, так что важно показывать, что в жизни осталось еще что-то приятное.
Если депрессия тяжелая, большим достижением будет просто взять любимого за руку и вывести подышать свежим воздухом, как тяжелобольного (а так оно и есть). Если ситуация полегче — можно выбирать разные занятия, главное — посильные.
Поддерживайте в стремлении вылечиться. Актуально для любых психических расстройств: вместо обесценивающих комментариев «да всё с тобой в порядке, отдохни немного — и вперед», поддержите практические шаги к выздоровлению. Сводите к неврологу и психотерапевту, напоминайте, как важно высыпаться и делать зарядку.
Если эпизоды депрессии повторяются и не проходят неделями, предстоит принимать антидепрессанты (только по рецепту хорошего врача). И отговаривать от этого — медвежья услуга.
Всегда помните, что депрессивные эпизоды проходят, и если человек был хорошим, то он таковым и будет. Как скоро — зависит от вас обоих.
Плюсы
Склонные к депрессиям люди по своей природе чувствительны и впечатлительны. Многие из них — вдумчивые, тонкие и романтичные натуры, не чуждые искусства. Если вас привлекают любители философских бесед и поэзии — депрессивных среди них очень, очень много.
Минусы
Такие люди могут быть не только слабыми и пассивными в жизни, но и навязчивыми. Они сильно привязываются и тяжело переносят разлуку. Это может обернуться постоянным перекладыванием ответственности на партнера и требованиями заботы о том, кого приручили. Депрессивные мужчины нередко становятся горькими пьяницами, привыкая заглушать подавленное настроение алкоголем.
***
https://www.facebook.com/groups/bipolarniki/?fref=ts

Опубликовано Оставить комментарий

Ольга Гусева. Чувство вины и стыда: как в психике появляется то, чего там быть не должно.

чувство вины и стыда.jpgВ последнее время на консультациях все чаще и чаще при работе всплывает тема чувства вины и стыда. И я, наконец, решила оформить в виде статьи то, что часто говорю на своих семинарах и консультациях.
Вы встречали когда-нибудь в живой природе какое-нибудь животное, испытывающее стыд или вину?
Например, кота, который извиняется перед Вами за свой окрас? Или, скажем, лошадь с комплексом неполноценности?
Вот мне не доводилось. А человек как-то умудрился обзавестись этими «замечательными» чувствами. Впрочем, при длительном контакте с человеком, не исключаю, что закомплексуют и животные.

Как зарождается чувство вины и стыда?

Дело в том, что в естественном состоянии все мы имеем безусловную ценность. То есть мы ценны просто потому, что существуем. Просто так. Без всяких уcловий.
Мы все необходимы для жизни целого: природы, Вселенной, космоса (назовите так, как хотите). Не бывает в природе бессмысленных и бесполезных созданий.
Если мы родились — значит нужны целому. Это системный закон существования.
Мы можем не понимать своего предназначения, своей роли, но это не делает нас бессмысленными. Не понимать чего-то, не означает, что это что-то не имеет смысла.
Именно поэтому мы так болезненно реагируем, когда нас пытаются подавлять и обесценивать. Внушают нам, что мы не ОК. Что с нами что-то не в порядке, что нас надо переделать (а не раскрыть), изменить (а не дать возможность реализоваться), перестроить под чужие рамки (а не помочь нам научиться взаимодействию), доказать нам, что мы не правы (а не постараться нас понять).

Что происходит на самом деле в такие моменты

Давайте назовем вещи своими именами: Нас как Нас — убивают.  Отрицают значимость и ценность нашего существования.
К нам проявляют агрессию, она может быть замаскирована под любовь, заботу, наилучшие пожелания и благие намерения, но суть от этого не меняется.
Замаскированная агрессия вводит в заблуждение наше сознание и мы пропускаем в бессознательное эти атаки.
И совершенно естественная реакция на эту агрессию совсем не вина или стыд.
Естественная реакция — страх и гнев.
Проявляется естественная реакция как: бей — нанеси удар первым, убей первым, ударь первым, беги — прячься, укрывайся, спасайся, замри-притворись мертвым, чтобы не чувствовать боль.
Но, мы же люди. Социализированные по самое неприличное место нашего организма. А потому: гневаться нельзя, испытывать страх (убегать) нельзя. Вот только реакция замри (еще одна реакция тела на страх) — вроде как социально одобряется.
Кстати, замирательная реакция опасна своими последствиями (во время нее энергия для бегства или удара как-бы консервируется в теле, чтобы в удобный момент можно было либо смыться, либо атаковать).
Так при выходе из нее мы все равно столкнемся с энергией для атаки или убегания. А ее применять — социальное табу! Ай-яй-яй. Нельзя!
Женщин при выходе из реакции замирания пробивает на истерику (телу надо сбросить избыток энергии). Мужчин может начать потряхивать.
А это уже нельзя. Это неприлично говорит нам социум. Табу.
И вот тут наш разум услужливо предлагает нам сублимацию.
Этакий бесенок, который с лакейской услужливостью говорит нам: «А не изволите ли заменить социально неприличные реакции на вполне так себе тихие и мирные?»
И мы говорим: «Да-да, конечно же. Мы же воспитанные люди. Люди — с большой буквы Лю»
Ну тогда давайте переоденем Ваш гнев (агрессия, желание атаковать) и страх (желание убежать) в соответственно: чувство стыда, ведь гневаться и атаковать — это нарушение чужих границ, это неприлично и чувство вины, ведь испытывать страх — это признавать, что противник сильнее тебя оказался, признавать, что ты слабее, что ты не смог отстоять свои границы. Значит виноват именно ты.
И мы соглашаемся. Ловушка захлопнулась. Энергия, выработанная на отстаивание своих границ (на атаку) или на выживание (бегство) — консервируется в теле.
А интроект этот зовется — чувство вины или чувство стыда. Часто и то, и другое. Оптом, так сказать. Продают нам эти чувства за недорого в кредит на долгие годы и под высокие проценты.

Что же делать?

Пока мы работаем с чувством вины или стыда — мы практически обречены на поражение. Они — маски. Маски, прячущие страх и агрессию.
Самое трудное — это взглянуть в глаза своему страху и принять свою агрессию.
Страх многолик. Он физический. Он связан с реальной опасностью, которую пережило когда-то в прошлом наше бессознательное (может в детстве, может в родовом прошлом). Страх боится самого себя — он блокирует нашу память, чтобы не всплывали образы, способные напомнить нам о событии.
Агрессия — это сила, направленная туда, в прошлое. Где была реальная опасность.
Поэтому, пока мы не осознаем истоки нашего страха (импринт), который положил начало нашему страху и агрессии — мы уязвимы для чувства вины и стыда.
Осознав же это, можно в психологической работе заново и с ресурсами перепрожить тот самый первый импринт, положивший начало травме.
Осознание происходит чаще всего в виде работы с метафорическими образами — здесь неважно, насколько они имеют отношение к реальности. Важно, что тело откликается на эти образы узнаванием своего страха. И тогда можно будет заново пойти туда, но уже вооружившись поддержкой и ресурсами.
Таким образом — мы даем себе шанс посмотреть в глаза своим самым глубоким страхам (эзотерики бы назвали это словами: порча, родовое проклятье).
Кстати, страх вполне может быть родовым. Наше прошлое таково, что у каждого второго за плечами бабушки-дедушки, пережившие войны, голод, концентрационные лагеря, убийства на почве предательств, зависти, мести.
Наши предки выступали в разных ролях: и жертв, и агрессоров. И это все несет отпечаток в нашей ДНК, актуализируясь при первом же удобном случае.
Первым удобным случаем, как правило, оказывается агрессия в отношении нас. Даже если она замаскирована под любовь и заботу о нашем благе и проявляется нашими родителями, мужьями-женами, друзьями и коллегами.
Тело мгновенно вспоминает страх и гнев (бей, беги и замри часто актуализируются одновременно и мгновенно, создавая замешательство для сознания. Оно не понимает, что происходит и откуда это взялось). Добровольно сознание не пойдет в те импринты, которые хочет забыть, замять, игнорировать.
А в ситуации агрессии — не отвертеться от сигналов тела. Но и тут сознание выкручивается: предлагает переназвать страх и гнев — виной и стыдом.
И вроде как не надо вспоминать те первые импринты, ситуации испуга, гнева и недоумения. Ведь сейчас-то ничего страшного не происходит.  Ты просто не ОК.  Тебе надо переделать себя, тогда перестанешь стыдиться. Попросишь прощения и искупишь вину — тебя простят и примут. Докажешь свою окейность — признают.
А пока: работай над собой, меняйся, доказывай «что не верблюд», старайся понравиться и угодить — в общем, играй по правилам.
Клиент на психотерапии вину и стыд будет «бережно лелеять», так как под ними прячутся «чудища заморские», «звери диковинные», страхи страшные, гнев невиданный, бой идущий не на жизнь, а на смерть.
В этих глубинах живет невиданное одиночество, смерть, предательство, отвержение, беспомощность, отчаяние и безнадежность. В этой темнице томится раненое бессознательное, как правило, в образе маленького и беспомощного ребенка, который столкнулся с ситуацией, оказавшейся для него пугающей и страшной. Когда все защиты отказали. Когда случилось что-то непоправимое.
Так видит эту ситуацию раненая часть бессознательного. Но еще сильнее это пугает сознательный разум, отягощенный социальными стереотипами.
Чувство вины и стыда как в психике появляется то чего там быть не должно.
Если в жизни Вы часто испытываете вину или стыд, то спросите себя:
«Чего я на самом деле боюсь? Что меня пугает в этих отношениях, чем меня пугает этот человек? Что меня возмущает в этих отношениях, что именно вызывает мой гнев? О чем таком напоминают мне эти отношения, чего я не хотел бы допускать в свое сознание? Эти отношения напоминают мне о моей собственной агрессии по отношению к кому-то? Или о моей слабости, уязвимости и беспомощности в чем-то, страхе перед чем-то?»
Вы можете заметить, что отношения, в которых вы испытываете вину или стыд — указывают Вам на какой-то глубокий Ваш страх. Или же на какой-то опыт в прошлом, когда Вы сами вели себя как агрессор, нарушая чужие границы.
Закрывая импринт, закрывая травму — мы освобождаемся от избегания страха и агрессии. Нам больше не нужно прятаться за маски чувства вины и стыда. Мы высвобождаем свою энергию, законсервированную когда-то давно в нашем теле. Мы получаем доступ к управлению своим гневом и страхом.
По-сути, мы получаем доступ к внутренней свободе и гибкости.
Мы становимся мудрее. Мы принимаем и свою силу, и свою слабость. Мы принимаем свою природу и свой собственный уровень развития.
Да, где-то мы сильнее, а где-то мы слабее. Да, где-то мы хищники, а где-то мы жертвы других хищников. Да, жизнь непредсказуема и все мы бегаем по житейской саванне.
Но при этом у нас есть контакт и со своей силой, и со своим страхом. Они — два наших ангела-хранителя. Один помогает сражаться там, где нужно сражаться; второй — подсказывает, где надо уклониться от сражения.
И одновременно — мы нечто гораздо большее. Мы можем осознавать себя, расти, развиваться, становиться человечнее.
psychologytoday.ru