Опубликовано — Оставить комментарий

Борис Братусь. Как поступать с сильными эмоциями?

Молодая женщина плачетВ Домашние задания
Грех, страсть, аффект – есть ли между ними разница и к кому обращаться за помощью, если мы не можем совладать со своими сильными эмоциями? Комментарий психолога Бориса Братуся.

За любой страстью лежит потеря контакта с самим собой

«Сначала стоит определиться с понятиями. С точки зрения светского человека под «страстью» подразумевается сильная эмоция, устойчивая во времени охваченность какой-то идеей или намерением. К примеру: «она была страстно увлечена музыкой». Конечно, от этого примера немного веет прошлым. Сегодня бы сказали: «он подсел на…», а вместо многоточия можно подставить что угодно – от вида искусства до кулинарных предпочтений. Иными словами, страсть в данном случае обозначает сильное, глубокое эмоциональное увлечение чем-то, охватывающее человека. Но есть и иное понятие страсти – религиозное. В данном случае под страстью подразумевается искушение, стоящее на пути спасения человека. Вообще греческое слово «страсть» (παθος) происходит от глагола – πασχειν – «страдать» и означает такое ненормальное состояние человека, которое вызвано неким противоестественным влиянием, вызывающим страдание. Кстати, отсюда произошло широко используемое сегодня понятие патологии. Один из святых отцов православной церкви Игнатий Брянчанинов прямо говорил о том, что «грех, овладевший человеком, называется страстию». Противоположностью страсти будет бесстрастие. Речь в данном случае идет не о бесчувственности, а о свободе от страстей – обретении того изначально гармоничного, целостного состояния человека, каким задумал его Творец.
 «О страстях и искушениях. Ответы православных психологов»

Леонид Виноградов «О страстях и искушениях. Ответы православных психологов»

Что общего у чревоугодия и булимии, уныния и депрессии? А печаль и тревожность – это одно и то же? Святые отцы говорят о том, что страсти — это не преступление, а недуг, болезнь. Психологи видят за ними психологические проблемы, которые нуждаются в терапии. Психологи Наталия Инина, Денис Новиков, Борис Воскресенский, Татьяна Гаврилова и другие размышляют о гордости, гневе, тщеславии и их психологических причинах. (Никея, 2016)

Нарушенная гармония

Страсти касаются практически всех сфер психики: ума, воли, чувств (эмоций), слóва, памяти, воображения, внимания и так далее. Однако любая страсть, воздействуя на определенную сферу души, тем не менее охватывает человека целиком, это происходит через самолюбие, самомнение, самодовольство, самоуверенность. Святые отцы говорили: «Хочешь ли за раз избавиться от страстей? – Отрешись от матери страстей – самолюбия» (Авва Фалассий).
Любой, даже не имеющий отношения к религии человек знает основные страсти, которые овладевают человеком, – это блуд, чревоугодие, сребролюбие, тщеславие, гордыня и уныние. При всем их разнообразии, они имеют некие общие сущностные черты. За любой страстью лежит потеря человеком контакта с самим собой, с собственной целостностью, душевным и духовным здоровьем. Современный человек предпочитает жить на поверхности, особо не погружаясь в глубину. Ему кажется, что внешняя жизнь со всеми ее разнообразными атрибутами и есть то, ради чего он существует на этой земле. Однако не только верующие люди, но и многие психологи различных направлений констатируют, что такая поверхностная жизнь с неизбежностью будет порождать глубинную неосознаваемую тревогу.
Именно от нее, от этой глубинной тревоги человек пытается скрыться, убежать. Он ищет новых развлечений, но шум жизни не может заглушить экзистенциального зова его души. Только последовательно отвечая на вопрос: «Зачем я живу?», человек начинает постепенно двигаться в направлении духовных ценностей, которые открывают ему иные горизонты и масштабы бытия. Если этого не происходит, то человек вытесняет эту тревогу перед жизнью в бессознательное, создавая «шумовую» завесу из всевозможных пристрастий, которые рано или поздно перерастают в страсти. Но все мы прекрасно знаем, что любое вытеснение в бессознательные слои важных вызовов жизни приводит к разрыву с реальностью. Человек либо прячется от мира, поскольку мир его пугает, либо стремится этот мир завоевать, чтобы освободиться от страха, который все равно живет в его душе, но вытесняется, не осознается. Обе эти стратегии – победителя и неудачника – ложные, тупиковые, они защищают человека от мира, но с той же силой они защищают его от самого себя.

Психологи не борются со страстями

Выход из этого тупика состоит в том, чтобы человек осознанно и свободно сделал шаг нравственного выбора. И в этом серьезнейшем личностном выборе огромную роль играет степень осознанности человеком самого себя. Митрополит Антоний Сурожский сказал как-то своему прихожанину, который постоянно пребывал в тяжелом унынии относительно своего несовершенства: «Тебя не спросят, почему ты не стал святым Петром, тебя спросят – стал ли ты Петей?» И в этой точке учение святых отцов и психологический взгляд на личностную природу человека совпадают – выбор в пользу добра не является выбором против индивидуального в человеке, это не война с бессознательным. Напротив, внимательный взгляд на себя, бесстрашный, честный и нелицеприятный, позволяет человеку увидеть то, что скрыто в глубинах его души, в том числе и в его бессознательной части. А если человеку удается осознать скрытые причины, которые его толкают в сторону той или иной страсти, он может противостоять ее влиянию, а в конечном итоге – победить ее.
Безусловно, каждая страсть имеет свое «лицо», и в опыте церкви есть тонко разработанные методы борьбы с каждой из них. Однако если говорить о психологии, то она не борется со страстями – это не ее задача. У психологии есть свой язык, своя терминология, свой понятийный аппарат. Когда человек приходит к психологу, он не приходит с проблемой блудной страсти или чревоугодия, тем более с гордыней или унынием. Он приходит со своей болью, со своим страданием, и задача психолога – работать с человеком, восстановить его покой, внутреннюю гармонию. Но – будем помнить – это не финал, а лишь возможный этап на пути к раскрытию особого духовного пространства в себе, без обнаружения и должного заполнения которого человек не сможет обрести своего лица, скрытого столь часто под личинами, наслоениями овладевших им страстей».
Мнение священника Петра Коломейцева читайте здесь.
Борис Братусь, доктор психологических наук, профессор, зав. кафедрой общей психологии факультета психологии МГУ им. М.В. Ломоносова, член-корреспондент Российской академии образования, научный руководитель психологического факультета РПУ им. Иоанна Богослова.
http://www.psychologies.ru
http://www.psychologies.ru
Опубликовано — Оставить комментарий

Дэвид Бернс. Как справиться с депрессией без таблеток.

Как справиться с депрессией без таблетокНаши мысли определяют чувства и поведение. И именно они чаще всего доводят нас до депрессии. Самый простой способ начать с ней бороться — прибегнуть к медикаментам, что большинство и делает. Автор бестселлера «Терапия настроения» Дэвид Бернс уверен, что во многих случаях справиться с депрессивным состоянием поможет когнитивно-поведенческая терапия и даже отдельные простые приемы.

«Депрессия — наихудшая форма страдания из-за всепоглощающего чувства стыда, ощущения собственной бесполезности, безнадежности и упадка моральных сил. Депрессия может казаться хуже, чем рак финальной стадии, потому что большинство раковых пациентов чувствуют себя любимыми, у них есть надежда и нормальная самооценка. Многие пациенты говорили мне, что желали смерти и молились каждую ночь, чтобы у них обнаружили рак и они могли умереть достойно, не совершая самоубийства», — пишет Дэвид Бернс.
Но с этим тяжелейшим состоянием можно справиться, причем не только медикаментозно. Бернс на 25 страницах приводит различные исследования, подтверждающие обоснованность подзаголовка книги «Клинически доказанный способ победить депрессию без таблеток». Психолог убежден, что с помощью когнитивно-поведенческой терапии вполне реально помочь пациенту справиться с чувством стыда и вины, беспокойством, низкой самооценкой и другими «черными дырами» депрессии. При этом Бернс отмечает, что в некоторых случаях без медикаментов не обойтись, и ни в коем случае не призывает самостоятельно отказываться от антидепрессантов. Но его книга поможет распознать депрессию на начальной стадии и одержать верх над негативными мыслями.
«Депрессия — это болезнь, и она не обязательно должна быть частью вашей жизни. Вы можете справиться с ней, освоив несколько простых способов поднятия настроения», — поясняет Дэвид Бернс.
Для начала стоит определить свои когнитивные искажения. Их десять.

1. Мышление «Все или ничего». Оно заставляет нас видеть мир в черно-белых красках: если нам что-то не удается, значит, мы неудачники.
2. Сверхобобщение. Единичное событие воспринимается как череда неудач.
3. Негативный фильтр. Из всех деталей мы фокусируемся на негативной. Ложка дегтя становится весомее большой бочки меда.
4. Обесценивание положительного. Хороший, приятный, позитивный опыт — не в счет.
5. Поспешные выводы. Даже при дефиците фактов мы делаем далекоидущие выводы, выносим вердикт, который не подлежит обсуждению и обжалованию. Мы либо уверены, что кто-то не так реагирует на нас, «прочтя» его мысли, либо предвосхищаем негативный исход событий и относимся к прогнозу как свершившемуся факту.
6. Катастрофизация или преуменьшение. Мы преувеличиваем значимость одних вещей и событий (например, заслуги других) и преуменьшаем другие (значимость собственных достижений).
7. Эмоциональное обоснование. Наши эмоции — мерило реальности событий: «я так чувствую, значит, так оно и есть».
8. Долженствование. Мы пытаемся замотивировать себя словами «надо», «обязан», «должен», но в них кроется насилие. Если мы сами чего-то не делаем с помощью этого кнута, то испытываем вину, а если другие «должны», но не делают, — гнев, разочарование и обиду.
9. Самоклеймение. Крайняя форма сверхобобщения: если мы совершаем ошибку, мы неудачники, если другой — он «подлец». Мы описываем события языком эмоций, не учитывая факты.
10. Персонализация. Мы — причина негативных внешних событий, за которые изначально не несем ответственности. «Ребенок плохо учится — значит, я плохой родитель».

Цель — заменить нелогичные и жестокие мысли, которые автоматически наводняют наш ум, более объективными

Приглашая в свою жизнь эти искажения, мы приглашаем и депрессию, считает Дэвид Бернс. И, соответственно, отслеживая эти автоматические мысли, можно изменить свое состояние. Важно научиться избегать болезненных чувств, основанных на ментальных искажениях, ведь они недостоверны и нежелательны. «Как только вы научитесь воспринимать жизнь более реалистично, ваша эмоциональная жизнь станет намного богаче, и вы начнете больше ценить подлинную печаль, в которой нет искажений, равно как и радость», — пишет психотерапевт.
Бернс предлагает несколько упражнений и техник, которые научат исправлять искажения, сбивающие нас с толку и разрушающие самооценку. Например, технику трех колонок: в них записывается автоматическая мысль (самокритика), определяется когнитивное искажение и предлагается новая формулировка-самозащита (рациональный ответ). Техника поможет переформулировать ваши мысли о самом себе, если вы потерпели неудачу. Ее цель — заменить нелогичные и жестокие мысли, которые автоматически наводняют наш ум, более объективными и рациональными. Вот несколько примеров борьбы с такими когнитивными искажениями.
Автоматическая мысль: Я никогда ничего не делаю так, как нужно.
Когнитивное искажение: Сверхобобщение
Рациональный ответ: Чепуха! Я многое делаю хорошо!
*
Автоматическая мысль: Я всегда опаздываю.
Когнитивное искажение: Сверхобобщение
Рациональный ответ: Я не всегда опаздываю. Я столько раз приходил вовремя! Если даже я опаздываю чаще, чем хотелось бы, то поработаю над этой проблемой и придумаю, как стать более пунктуальным.
*
Автоматическая мысль: Все будут смотреть на меня как на идиота.
Когнитивное искажение: Чтение мыслей. Сверхобобщение. Мышление «все или ничего». Ошибка предсказания
Рациональный ответ: Кого-то может расстроить, что я опоздал, но это не конец света. Возможно, сама встреча не начнется вовремя.
*
Автоматическая мысль: Это показывает, какой я неудачник.
Когнитивное искажение: Ярлык
Рациональный ответ: Брось, я не неудачник. Сколько всего мне удалось!
«Запись негативных мыслей и рациональных ответов может казаться чудовищным упрощением, неэффективной тратой времени, чересчур замысловатой затеей, — комментирует автор книги. — Какой в этом смысл? Но такое отношение может сыграть роль самосбывающегося пророчества. Пока вы не попробуете этот инструмент, вы не сможете определить его эффективность. Начните каждый день по 15 минут заполнять эти три колонки, продолжайте две недели и посмотрите, как это скажется на вашем настроении. Скорее всего, перемены в вашем образе себя вас удивят».
Источник: книга Дэвида Бернса «Терапия настроения. Клинически доказанный способ победить депрессию без таблеток» (Альпина Паблишер, 2019).
Дэвид Бернс

Об авторе

Дэвид Бернс — доктор медицинских наук, почетный адъюнкт-профессор на кафедре психиатрии и поведенческих наук в Школе медицины Стэнфордского университета, один из основоположников когнитивной терапии, автор книги «Терапия настроения. Клинически доказанный способ победить депрессию без таблеток».
http://www.psychologies.ru
 
Опубликовано — Оставить комментарий

Алена Швец. Ощущение собственной ценности.

Ощущение собственной ценностиОщущение собственной ценности не может появиться на пустом месте.
С ним не рождаются.
Более того, оно не стабильно и может меняться от ситуации к ситуации.
Вот почему я считаю профанацией любые обещания людей людям сделать их какими-то навсегда- успешными, уверенными…
Ценить себя, то, что я делаю — этому невозможно обучиться, можно только чувствовать это или нет.
Можно пробовать замечать, как я сама организую опыт, в котором что-то представляет для меня ценность, а что-то нет.
Например, если это только другие люди могут определять важность того, что я делаю или кто я есть, я тогда сильно зависима от их мнения, теряюсь в любой ситуации, где нет ясности — как я другим, как меня и то, что я делаю, воспринимают другие.
Без других не получится совсем, это тоже правда. В изоляции можно только фантазировать о себе, но к реальности это мало имеет отношения.
Только в контактах с другими мы можем переживать себя какими-то, получать опыт взаимодействия, присутствия, включённости, получать отклик на себя самих, чувствовать себя определённым образом — всё это остаётся в нас, шлифует нас и позволяет относиться к себе как к кому-то, скроенному из миллионов кусков таких опытов.
Самоценность — хоть и звучит как структурное образование, в реальности это процесс динамический, как сама жизнь — с периодами формирования, разрушения, кризисами и угрозами для стабильности и развития.
Всё это может меняется стремительней, чем любому из нас хотелось бы.
Сегодня, например, я чувствую себя достаточно поддержанной в том, что я делаю и о чём говорю, я верю в то, что я чувствую и вижу,
но стоит моей жизненной ситуации поменяться,
стоит мне оказаться в кругу людей диаметральных мнений и взглядов, и мне придётся не так сладко себя переживать,
придётся усиленно искать поддержку внутри и извне,
или сдаваться, сомневаться, отступать, если мои убеждения для меня самой шаткие или я не определилась, как далеко я готова зайти в их отстаивании.
Ценность себя очень завязана на контексте жизни, наличию ресурсов, умению обращаться с опытом, проживать его, опираться на него, присваивать, анализировать и достаточной поддержке от среды.
Для того, чтобы я смогла почувствовать свой вес, мне нужно сделать что-то, что мне не очень просто даётся,
но пойти за собой,
не за кем-то,
удержаться, оперевшись на своё нежелание идти, на чувство или чувства, которые подсказывают, что мне важно.
Например, если ко мне обращаются с просьбой включиться во что-то, с чем, я считаю, человек и сам может справиться, или я чувствую, что меня сейчас явно хотят использовать,
даже не особо видят, как мне самой,
и я испытываю раздражение и нежелание включаться,
но игнорирую это
и таки включаюсь, —
я иду против себя, предаю одно ради чего-то другого —
отношений, в которых мне важно, чтобы ценили, полюбили, признали… но если с той стороны человек получает опыт, что со мной так можно,
что я ведусь,
что он и то, что он может мне дать, сейчас для меня важнее меня самой,
то очень сомнительно, что при поддержке такой его ценности и значимости для меня он сумеет оценить мои усилия.
Так это обычно не работает.
Лёгкая добыча не представляет ценности.
А отказ от себя — ощущения ценности ещё никому не добавил.
Ценность, самоценность, ощущение значимости, веса появляется там, где я выбираю себя в ситуации где чувствую, что другой без меня не умирает.
Выбираю себя и говорю нет, если не хочу.
Выбираю себя, понимая, что мне важны эти отношения, но не ценой предательства себя.
Выбираю себя, где мне важны отношения, но не построены на площадке функционального использования друг друга, и только вокруг этого.
Выбираю себя…
здесь можно добавить всё то, что вам позволяет поддерживать ощущение собственной ценности или вкладываться в то, чтобы оно появлялось, возвращалось.
(с)Алена Швец
https://gestaltclub.com