Wang et al [1] недавно продемонстрировали, что некоторые антидепрессанты из группы СИОЗС и СИОЗСиН (в особенности сертралин, дулоксетин и флуоксетин) в модели in vitro вызывают антибиотикорезистентность. Это важное наблюдение, ведь многие пациенты с хронической и рекуррентной депрессией или другими психическими расстройствами принимают антидепрессанты долгое время, иногда годами. Получается, что такие пациенты могут культивировать антибиотикорезистентный кишечный биом. Это может иметь значение в тех случаях, когда лечение инфекционных болезней потребует применения антибиотиков. Результаты исследования Wang et al, если они будут воспроизведены, обладают важным значением, с точки зрения общественного здравоохранения.
Тем не менее, нужно учесть, что это лишь эксперимент in vitro, и, следовательно, его результаты приходиться обобщать при переносе на пациентов, принимающих эти препараты. Считается, что модели in vitro лучше всего подходят для изучения антивирусных и антимикробных препаратов, по сравнению с другими классами препаратов. В дальнейших исследованиях нужно выяснить вопрос, не влияют ли сами депрессивные (и другие психические) расстройства на развитие антибиотикорезистентности, усиливая тот эффект, который производят антидепрессанты.
Известно, что наибольшая часть серотонина (95 %) производится в кишечнике, поэтому СИОЗС и другие серотонинергические психотропные препараты, по-видимому, влияют на кишечные нейроны. Антимикробный эффект серотонинергических антидепрессантов различается: сертралин, флуоксетин и пароксетин производят самый сильный антимикробный эффект, за ними следуют флувоксамин, эсциталопрам и циталопрам с наименьшим антимикробным эффектом. При этом не до конца понятно, как СИОЗС производят клинический эффект и как объяснить различия в побочных действиях, например, тахифилаксию (т. е. исчезновение лечебного эффекта). Примечателен тот факт, что тахифилаксия наблюдается почти у 25 % пациентов с депрессией, принимающих СИОЗС. Есть предположение, что тахифилаксия при лечении антидепрессантами – это форма рецидива с развитием “толерантности к лекарству”; однако, могут быть и другие, не связанные с толерантностью, объяснения того, почему лечение теряет эффективность.
Как и антибиотикорезистентность, когда антибиотик больше не работает против определенных штаммов бактерии, тахифилаксия может возникать в результате длительного воздействия СИОЗС на сочетание микробов, что приводит к дисбиозу (т. е. к дисбалансу кишечного микробиома), потенциально ведущему к резистентности к антимикробным препаратам. Это важный момент, ведь депрессивные пациенты, у которых наблюдается тахифилаксия при лечении антидепрессантами, хуже отвечают на последующие курсы лечения. Дисбиоз, который предположительно вызывают антидепрессанты, может быть объяснен так же, как объясняется возникновение антибиотикорезистентности.
Говоря обобщенно, употребление антибиотиков и антидепрессантов приводит к разладу в кишечном микробиоме и вызывает дисбиоз. Поэтому в дальнейших исследованиях нужно изучить ось “кишечный микробиом – мозг”, чтобы в итоге выяснить, как фармакологические манипуляции с этой осью могут усилить эффект антидепрессантов. Возможно, это приведет к разработке новых препаратов, изменяющих динамику кишечного микробиома у пациентов, принимающих антидепрессанты. К терапии могут добавляться пребиотики, пробиотики, постбиотики и (гипотетически) даже фекальная трансплантация, что должно повлиять на ось “кишечный микробиом – мозг”. Исследования помогут понять, как справиться c тахифилаксией при лечении антидепрессантами, противодействуя антибиотикорезистентности, вызванной антидепрессантами. Это поспособствует сдвигу парадигмы, в результате чего лечение станет более персонализированным.
Остается возможность того, что кишечный микробиом никак не влияет на патологию центральной нервной системы и на ее лечение, ведь прямое влияние кишечной микрофлоры на центральную нервную систему не принято в качестве догмы. Существует необходимость в разработке методов трансформации клинических данных о лечении антидепрессантами в знание о патофизиологии. Релевантные данные можно собирать там, где накапливаются большие массивы сведений об индивидуальных особенностях применения лекарств вместе с фенотипическими данными. В этих массивах данных содержится полезная информация о пациентах, принимающих серотонинергические антидепрессанты, по которой можно судить о том, какая группа пациентов подвержена наибольшему риску инфекционных и других заболеваний из-за вызванных лечением изменений в микробиоме кишечника.
Перевод: Филиппов Д. С.
Источник: Hategan, Ana, and James A Bourgeois. “Proposed Antidepressant-Associated Antimicrobial Resistance: A Function of the Illness, Its Treatment, or Both?.” Journal of clinical psychopharmacology vol. 43,4 (2023): 392-393.
[1] Wang, Yue et al. “Antidepressants can induce mutation and enhance persistence toward multiple antibiotics.” Proceedings of the National Academy of Sciences of the United States of America vol. 120,5 (2023): e2208344120.
Родственники психически нездоровых людей часто не знают, как с ними ладить, как вместе проживать. Действительно, это совсем не просто, и не каждый сможет справиться с такой нагрузкой. Я знаю людей, которые скрывают от социального окружения своих «необычных» родственников, чтобы их самих не записали в «сумасшедшие».
В начале 2024 года в журнале European Neuropsychopharmacology было опубликовано исследование, которое провели Jasper Vöckel и др. Они проанализировали работы, изучавшие эффективность средств с противовоспалительной активностью на депрессивные симптомы и отобрали 19 контролируемых исследований с общим количеством 1366 детей и подростков до 18 лет. Из всех лекарственных средств адекватно оценить эффективность удалось только для препаратов омега-3 жирных кислот. Авторы обнаружили, что они способствуют снижению симптомов депрессии. Однако, выборки участников в исследованиях различались по степени тяжести симптомов, а также по наличию соматических расстройств и факторов риска. Поэтому необходимо дальнейшее изучение вопроса адъювантной терапии, направленной на воспаление.