Опубликовано Оставить комментарий

Травма: причины, симптомы, разновидности, осложнения и методы лечения.

Травма: причины, симптомы, разновидности, осложнения и методы лечения. Краткий гидУ каждой эпохи есть не только свой узнаваемый стиль и ритм, но и ментальные проблемы, которые ее характеризуют. В начале XX века — это была истерия. Так называли разные состояния — от неврозов до панических атак. В начале XXI — депрессия. А сейчас мы живем под знаком психической травмы. Основатель консалтинго-тренинговой компании Deep Mind Максим Тимофеев и клинический психолог Дарья Кравченко составили для Reminder краткий путеводитель по самому актуальному расстройству современности.

Психическая травма — корень многих ментальных проблем. Почти две трети взрослых с хронической депрессией — жертвы домашнего насилия в детстве. Злоупотребление алкоголем и наркотиками — типичные долгосрочные осложнения от травмы. Зависимость может развиться и от работы: к трудоголизму особенно склонны женщины, пережившие сексуальное насилие.

Почему так происходит? Причина в том, что травма вызывает раскол в психике. Чтобы вытеснить боль от травматического переживания из сознания, мы как бы помещаем ее в капсулу. Но это не выход. «Закапсулированная» боль продолжает на бессознательном уровне влиять на наше самоощущение, генерируя хронический дискомфорт: тревогу и страх за себя, раздражение и злость на других. Мы страдаем от этих чувств, но не можем осознать, где их источник. Поэтому интерпретируем их неверно и реагируем на них неадекватно. Отсюда проблемы с самооценкой, сложности в отношениях, зависимости и деструктивное поведение.

От травмы может страдать не только отдельный человек, но и целое общество. Наша страна за последние 100 лет пережила немало трагедий, обладавших потенциалом коллективной травмы. Такая травма может передаваться по наследству от родителей детям — через воспитание. И как заразная болезнь — от одного человека другому. Травмированные люди травмируют окружающих, сами превращаясь из жертв в агрессоров. Как вырваться из этого порочного круга? Первый шаг — узнать, с чем мы имеем дело.

Что такое психическая травма

Это не обязательно нечто экстраординарное вроде автокатастрофы, нападения с применением насилия или смерти близкого. Травмирующим может быть и менее драматичный (на первый взгляд) опыт, особенно если он повторяется. Например, для ребенка таким опытом может стать не только прямое насилие, но и холодность или авторитарность родителей, жизнь со взрослым, страдающим от депрессии или зависимостей. Развивающаяся детская психика недостаточно устойчива. А причина травмы как раз в том, что у психики не хватает ресурсов, чтобы справиться с болезненным переживанием. Ведущий мировой эксперт по травме Габор Мате описывает ее так:

«Травма – это психическая рана, которая затрагивает вашу психику и далее уменьшает вашу способность расти и развиваться. Вам больно и вы действуете из этой боли. Она вызывает страх и вы действуете из этого страха. Травма — это не то, что происходит с вами, а то, что происходит внутри вас в результате произошедшего с вами ранее. Она делает вас менее гибким, менее чувствительным, более ригидным и защищающимся от мира».

По сути это последствия произошедшего — незаживающая психическая рана, которая болит. Часто единственный способ защититься от этой боли — блокировать свои чувства и ограничить способность к осознанности и гибкой реакции на происходящее здесь и сейчас. В результате боль и страх уменьшаются, но возможностей для роста и развития становится меньше.

Как ощущается травма

Люди по-разному реагируют на травму, даже если травмирующее событие одинаковое. Один человет молчит о своей боли, другой — может говорить только о ней. Кто-то уходит с головой в работу, кто-то — не может сосредоточиться. Одного-единственного точного портрета травмированного человека нет. Но у переживающих травму все же есть общие черты.

Когда человек травмирован, психика блокирует воспоминания о негативных событиях, чтобы защититься от боли. Но воспоминания и боль никуда не исчезают. И психике приходится постоянно тратить много энергии, чтобы поддерживать защиту. Следствием может быть потеря энергии, беспокойство и безысходность: ощущение того, что обстоятельства сильнее тебя и ты с ними не справишься.

Еще характерны чрезмерные эмоциональные реакции или наоборот их отсутствие. Человек крайне эмоционально реагирует на, казалось бы, незначительные обстоятельства. Или, наоборот, в очень серьезной ситуации как будто «замораживается» — ведет себя безучастно и отстраненно. Такие реакции могут приводить к сложностям в социальной адаптацией, в выстраивании доверительных отношений и межличностных границ.

Когда какое-то текущее переживание напоминает человеку о травме, может произойти ретравматизация: человек эмоционально возвращается к моменту травмы и испытывает сильнейшую стрессовую реакцию. Ретравматизацию могут спровоцировать самые разные раздражители — от прикосновения без разрешения на занятиях йогой до категоричного распоряжения руководителя. В такие моменты мозг работает так, как будто прямо сейчас ему угрожает опасность. Внешне это проявляется по-разному. Иногда человек вдруг замыкается: это можно заметить по отсутствующему взгляду. Иногда, наоборот, проявляет нетипичную для себя активность и напористость, доходящую до агрессии. Изначальную причину этой реакции человек в этот момент не осознает.

Явные симптомы травмы

  • Навязчивые тревожные воспоминания и сны.
  • Снижение чувства витальности: способности ощущать жизнь во всей полноте.
  • Физиологические и когнитивные нарушения.
  • Избегающее поведение и отчуждение от окружающих.
  • Зависимости и другие самодеструктивные тенденции.
  • Чувство неприкаянности и одиночества.
  • Гиперактивность или, наоборот, крайняя пассивность.
  • Сильная чувствительность к свету и звукам.
  • Чувство стыда и склонность к самоуничижению.
  • Частые смены настроения.
  • Проблемы со сном.
  • Склонность к рискованному поведению.
  • Периодичексие «ментальные пробелы» — отключение от реальности.
  • Гипертрофированное сексуальное желание или его подавление.
  • Неспособность справляться со стрессом и сильными эмоциями.
  • Навязчивый страх смерти.
  • Психосоматические симптомы, включая головную боль напряжения.
  • Депрессия и паралич чувств.
  • Утрата «духовных» ориентиров: веры в справедливость, взаимопомощь, семью и т.д.

Неочевидные признаки травмы

  • Психологические блокировки, мешающие работе, или длительная фиксация на какой-то жизненной ситуации. Все это может сопровождаться ощущением беспомощности — человек кажется себе заложником обстоятельств.
  • Зацикленность на здоровом образе жизни и постоянных медицинских проверках на фоне плохого самочувствия, частых болезней и нехатки сил.
  • Психологическое «застревание» в абьюзивных отношениях в личной жизни или на работе.
  • Хронические физические и психические заболевания.
  • Проблемы с выполнением договоренностей и социальных обязательств.
  • Сложности с планированием и достижением целей.

Какие бывают травмы

ПТСР. Шоковая травма

Результат одного экстремально невыносимого переживания. Обычно травматическое событие происходит неожиданно и имеет четкие временные рамки. Например, авария, боевые действия, катастрофы, инвазивные медицинские процедуры, насилие. Стресс, боль, гнев — нормальный ответ на такие события. Но если у психики не хватает ресурсов, чтобы справиться с полученным опытом, человек фиксируется в состоянии психологического шока. В его восприятии жизнь делится на «до и после» травмы. Его мир распадается на части, а сам он чувствует себя запертым внутри.

Травма развития

Последствия травматического опыта в детском возрасте. У ребенка психика более уязвима перед болезненными переживаниями, чем у взрослого. При этом потребность в любви сильнее: ему жизненно необходимо внимание, признание и понимание со стороны родителей. Он не может понять, что равнодушие, тревога, гнев или депрессия у взрослых могу быть связаны не с ним, а с их собственными проблемами. Травма развития может иметь долгосрочные психологические последствия: расстройства поведения, нарушения когнитивных способностей, проблемы в социализации — отчужденность и конфликтность. Из-за стремления избегать ситуаций, которые могут вызвать сильные и потенциально опасные эмоциональные реакции, происходят изменения в работе отделов мозга, регулирующих эмоции и принятие решений: миндалевидного тела, гипоталамуса и префронтальной коры.

Межпоколенческая (коллективная) травма

Травмированные люди бессознательно передают свой опыт следующим поколениям. Прежде всего — через повседневные взаимодействия в семье и общественные нормы. Например, человек, переживший в детстве насилие, может внушать чувство опасности своим детям. В этом случае у детей могут появиться симптомы психологичексой травмы (тревожность и страх), даже если сами они не подвергались насилию.

Дети могут и сами бессознательно заимствовать у родителей стратегии выживания, которые были полезны в прошлом, но потеряли актуальность в наше время. Например, привычку к перееданию «впрок», накоплению ненужных вещей, подозрительность и враждебность к другим. Травма может передаваться и на эпигенетическом уровне — через наследственные изменения в экспрессии генов. Исследования показали, что у людей, переживших Холокост, рождались дети с признаками эпигенетических изменений генов, регулирующих уровень гормона стресса кортизола. Сейчас для проверки этих выводов ученые проводят эксперименты, моделируя травматичные условия для лабораторных животных и наблюдая за экспрессией генов у их потомства.

Как травма влияет на мозг

Когда мы сталкиваемся со стрессовой ситуаций, в организме запускается типовая программа — «дерись или беги». Мозг фиксирует угрозу и подает сигнал тревоги. Надпочечники начинают усиленно вырабатывать гормоны стресса. Желудок и кишечник замедляют работу. А дыхание учащается, чтобы сердце, а значит и все мышцы могли получить больше кислорода для сопротивления или бегства. Высшие функции мозга в этот момент частично отключаются. Контроль берут на себя более древние структуры лимбической системы.

Отличие травмы от стресса в том, что это не просто временная реакция, за которой следует возвращение в норму. Она, как пишет исследователь травматического опыта Бессел ван дер Колк, оставляет глубокий психический и физический отпечаток. Конкретнее — меняет работу трех важных частей мозга.

  • Повышает активность миндалевидного тела — генератора спонтанных эмоциональных импульсов. Эта часть мозга отвечает за адекватную реакцию на внешние стимулы: объекты и людей. Если миндалина распознает в них угрозу, мозг без согласования с сознанием автоматически запускает стрессовую программу. У травмированного человека эта система сигнализации гиперчувствительна: малейшего напоминания о травматичном событии или небольшого стрессора достаточно, чтобы его миндалина отреагировала страхом. Как показывают исследования, в момент стресса уровень кортизола у травмированного человека повышается быстрее и сильнее, а снижается — медленнее. То есть его организм вырабатывать гормоны стресса, даже когда опасность миновала.
  • Ослабляет связь между миндалевидным телом и префронтальной корой — той областью мозга,  которая в норме держит под контролем активность миндалины: соотносит прошлый опыт с настоящим и корректирует иррациональные эмоции. Именно благодаря вмешательству префронтальной коры мы можем чувствовать себя в безопасности, даже если обстоятельства немного напоминают о травматичном опыте. Если связи эмоционального центра с префронтальной корой ослаблены,  она не может эффективно регулировать эмоциональные реакции. В результате постоянным спутником человека становятся иррациональные страхи и тревога.
  • Влияет на работу гиппокампа — области мозга, вовлеченной в процессы обучения и запоминания. В гиппокампе очень высока плотность рецепторов кортизола. Эксперименты с животными показали, что избыток гормона стресса коризола аккумулируется в гиппокампе и вызывает накопление воспалительных нейромедиаторов, что ведет к повреждению нейронов и развитию депрессии, когнитивных нарушений и деменции.

Травма-информированность: почему она важна?

Благодаря открытиям в области нейробиологии мы стали лучше понимать, как травма влияет на способность к саморегуляции, концентрации и поддержанию гармоничных отношений с людьми. Однако в программах многих психологических тренингов, ориентированных на «рост через боль», до сих пор не только не учитываются эти знания, но по сути эксплуатируется сама травма. Человека заставляют преодолевать себя, достигать цели через силу, что в итоге приводит к ретравматизации. Из-за интенсивного стресса в такой ситуации действительно на короткое время может возникнуть иллюзия выхода из привычной эмоциональной «заморозки» или состояния тревожности, но эти изменения вряд ли будут устойчивыми. Такого рода опыт культивирует зависимость от занятий или личности тренера, но не приносит реальной трансформации.

Другой вариант неэтичной работы — когда тренер или фасилитатор, работающий с телом и психикой, не информирован о травме и не учитывает ее в своей работе. Для участников таких программ это чревато плохим самочувствием, болезненным эмоциональным состоянием и выпадением из привычного ритма продуктивности.

Но травма-информированность нужна не только психологам и тренерам осознанности. Без нее не обойтись тим-лидам и менеджерам. Если ваш сотрудник ретравматизацируется в процессе работы, он теряет способность действовать свободно. Готовность принимать во внимание феномен травмы —  это не только предпосылка к построению новых форм профессионального взаимодействия на основе доверия, но и возможность для многих людей раскрыть свой потенциал, освободившись от скрытого хронического стресса и тревоги.

Как исцелиться от травмы

К счастью, изменения, вызванные психической травмой, обратимы. Мозг обладает нейропластичностью — способностью адаптироваться к меняющимся условиям: разрушать старые нейронные связи, формировать новые и восстанавливать утраченные. Главный инструмент борьбы с последствиями травмы — новый опыт, связанный с безопасностью и стабильностью, поддержкой и близостью, успехом и способностью влиять на собственную жизнь.

Телесно-ориентированные подходы считаются многими специалистами по травме более эффективными, чем разговорная терапия. Дело в том, что одного «пересказывания» травматического опыта часто недостаточно для изменения автоматических реакций. А работа с телом позволяет воздействовать на «энергетический заряд» травмы.

Somatic Experiencing Питера Левина — метод наиболее эффективен в работе с шоковыми травмами (ПТСР).

Терапия EMDR Френсин Шапиро хорошо зарекомендовала себя в лечении сложных травм. Основана на билатеральной стимуляции мозга — поочередной активации правого и левого полушария с помощью быстрых движений глаз влево-вправо. Помогает мозгу в переработке травматического опыта и болезненных воспоминания.

Нейроаффективная реляционная модель (NARM) — метод работы с ранними бессознательными паттернами привязанности, которые оказывают сильное влияние на нашу личность, эмоции, физиологию, поведение и отношения. Применяется в терапии травм привязанности, отношений и развития.

Compassionate Inquiry Габора Мате — метод «сострадательного исследования» внутреннего мира клиента. Вот как описывает его приципы сам автор: «Цель — докопаться до тех историй, которую люди бессознательно рассказывают сами себе; помочь им понять, каковы на самом деле их убеждения и откуда они взялись, а потом показать путь, ведущий к освобождению из-под власти этих историй».

Терапия с использованием психоактивных веществ, в основном — психоделиков (Psychedelic-assisted therapy) — психиатр Бессел ван дер Колк приводит статистику, согласно которой в ряде случаев эффективность терапии с использованием МДМА достигает 83%. Окончательные выводы делать пока рано. Исследования пригодности психоактивных веществ для терапии продолжаются.

Еще несколько эффективных методов работы с травмой

  • Internal Family Systems (IFS) therapy Ричарда Шварца
  • Brainspotting Дэвида Гранда
  • Emotional Freedom Technique (EFT tapping)Tension & Trauma Release Exercises (TRE) Дэвида Берчели
  • Схема-терапия
  • Травма-фокусированная КПТ (Trauma-Focused Cognitive Behavioral Therapy — TF-CBT).

Deep Mind рекомендует алгоритм увеличения психической устойчивости, который станет хорошим дополнением к терапевтической работе с травмой:

  1. Развивайте психологическую грамотность — с помощью книг и лекций.
  2. Повышайте ментальную осознанность — с помощью медитации.
  3. Культивируйте телесную осознанность с помощью двигательных и дыхательных практик.
  4. Создавайте внутренний «эмоциональный контейнер» и развивайте навык конструктивного проявления агрессии и гнева, например, через занятия боевыми искусствами.
  5. Учитесь чувствовать поддержку со стороны других людей и соединенность с другими — через практики социальной синхронизации (пение, танцы, театр).
  6. Развивайте навык саморегуляции нервной системы и стрессового отклика — через эмбодимент-коучинг и методы биологической обратной связи, например, с помощью измерения вариабельности сердечного ритма, которая считается показателем уровня стресса.

 

Полезные ресурсы

https://reminder.media/

 

Опубликовано Оставить комментарий

Психотравма: понятие и трактовки.

Возможно, это изображение текст «T понятие психотравмы и различные взгляды на нее»Понятие травмы происходит от латинского слова trauma, т. е. повреждение, и обозначает внезапное воздействие на человека внешних факторов, которые могут вызвать нарушения анатомической целостности и функций организма (физиологических, психологических) и которые сопровождаются определенными реакциями тела и психики.
Понятие психологической травмы возникло в XIX веке, когда французский терапевт Пьер Брике, описывая в своей монографии (1859) симптомы истерии, обратил внимание на то, что зачастую истерия является следствием травмирующего события. В психологии любое экстремальное (запредельное, не свойственное обыденной жизни) воздействие на организм человека, повлекшее за собой ряд психических реакций, рассматривают как психотравмирующее событие. Однако изучение психологической травмы часто сопровождается медицинским обоснованием и психиатрическими диагнозами, поскольку люди обращаются за квалифицированной помощью после стрессовых событий только с появлением ярко выраженных психологических последствий, таких как бессонница, панические приступы, интрузии. Например, изучение медиками нервно¬психических нарушений у ветеранов Первой мировой войны позволило выделить симптомы, которые являются реакцией на травмирующее событие.
Различные психологические школы и концепции рассматривают понятие психотравмы, используя критерии и понятия аутентичной парадигмы. Так, последователи психоанализа считали, что психологическая травма своей силой как бы пробивает «защитный барьер» психики и человек не в силах справиться с ней. Сам же З. Фрейд, отслеживая в динамике процесс становления личности, отделял процесс формирования от процесса развития, что стало основой его подхода к рассмотрению травмы:
☑️Травма как сила, детерминирующая и наполняющая новую
невротическую структуру личности. В этом случае травма высту¬пает катализатором внутренних процессов, которые объединяются вокруг психотравмирующего события и формируют невротический механизм личности. Если последующие события подтверждают необходимость такого механизма, то формируется невротическая структура личности.
☑️ Травма как сила, раскрывающая и усиливающая невротическую структуру. В данном случае речь идет о процессе заполнения невротической структуры механизмами, которые ее актуализируют, активизируют и ассимилируют в структуру личности, т. е. уже сформированная невротическая структура может быть латентной и активной. В случае латентности травматическое событие «пробуждает»
ее и личность становится активным транслятором невротизма. При наличии активной невротической структуры психотравмирующее событие может привести к существенным изменениям, вплоть до психопатологии (Фрейд, 2000).
В продолжение исследований своего отца А. Фрейд заметила, что у детей, находящихся в приютах, наблюдается регресс развития как последствие сильного переживания травмирующего события (Калмыкова, Падун, 2002). Данное наблюдение добавляет в понятие травмы и ее последствий новый механизм реагирования — регресс, когда психика человека после психотравмы как бы «забывает» то, что умела или знала до этого. В детском возрасте это более ярко выражено, так как интенсивность развития позволяет отследить возрастные нормы. Например, ребенок умел ходить в 11¬месячном возрасте — после травматического события он «разучился» это делать, или ребенок 6 лет перестает разговаривать после гибели отца, которая случилась на его глазах.
По мнению представителей юнгианской школы, понятие «травма» используется для описания любого переживания, вызывающего непереносимые психические страдания. Данный подход рассматривает психотравму с точки зрения внутренних трансформаций, что происходят с личностью как последствия травмы. Для принятия и осознания факта и последствий события личность проходит ряд эмоциональных, внутренних изменений, которые в юнгианстве называются страданиями (сомнение, гнев, страх, шок, тревога и т. д.).
Углубляя данную парадигму, Д. Калшед приходит к выводу, что психическая травма вызывается не только внешними факторами, но и способностью трансформировать внешние обстоятельства во внутреннюю систему самоуничтожения (Калшед, 2001). По его мнению, если травма не осознается и не принимается, то человек якобы «наказывает» себя за ее результаты. Это может быть самоповреждающее поведение, экстремальные виды спорта, поиск «утешения» в алкоголе или наркотиках и другие способы «мягкого» суицида.
Автор логотерапии и экзистенциального анализа В. Франкл считал травму одним из факторов потери человеком жизненных смыслов, а ее преодоление — результатом осмысления события или поиском новых жизненных смыслов (Франкл, 2009). Потому данная парадигма рассматривает возможность выхода из травмы через формирование смыслов, способных стать ведущими в структуре личности, на которые человек может опереться в своем последующем развитии. Мы называем эти структуры «смысловыми крючками» и рассматриваем их роль с точки зрения способности человека к восстановлению.
В когнитивном подходе основой теории травмы является понятие когнитивной схемы, которая организовывает опыт и поведение в травмирующей ситуации, а также убеждения или правила, которые определяют содержание мышления, эмоций и поведения (Вестбрук, Кеннерлі, Кірк, 2014). Представители травмафокусированного направления когнитивно-поведенческой терапии (КПТ) считают, что базовые убеждения человека относительно собственного Я, окружающего мира и будущего претерпевают изменения в результате травмирующего опыта и формируют дисфункциональные эмоционально нагруженные схемы, которые впоследствии становятся стереотипными и неосознаваемыми, т. е. повторяющимися при типичных ситуациях (Падун, Тарабрина, 2004).
По мнению представителей соматической психологии, травма — это нейрофизиологический феномен. П. Левин считает, что при острых шоковых событиях и в ситуациях угрозы жизни активизируются наиболее древние стволы и подкорковые структуры мозга, ответственные за мгновенный и мощный ответ организма, что способствует его выживанию (Левин, Фредерик, 2007). Такая реакция осознается постфактум, и человек бывает удивлен способностями собственного тела. Это может быть потеря сознания, реактивная реакция «увертывания» из опасной ситуации, неожиданный для человека боевой прием, которому тот никогда не учился, или вдруг возникшее четкое понимание происходящего. Если во всех случаях, кроме первого, человек реагирует, будучи в сознании, и как в замедленной съемке «наблюдает» за своими действиями, то в первом случае возможно вытеснение факта потери сознания. В литературе описываются случаи, когда человек мгновенно терял сознание, что позволяло ему выжить, однако объяснить себе, каким образом это произошло, он не мог. Часто такие ситуации встречались на поле боя, когда победившая сторона, подбирая своих раненых, добивала врагов, но иногда оставляла в живых бойца, считая его мертвым по реакциям тела потерявшего сознание.
Психология стресса определяет травму как особую форму стрессовой реакции, ответ организма на ситуацию. По мнению Г. Селье, стресс является неспецифической реакцией организма на выдвигаемое извне требование, которая способствует выживанию индивида.
При этом он акцентирует внимание на физиологической стороне реакции. На его взгляд, некоторая доля стресса полезна организму, так как мобилизирует человека к адаптации в изменившихся условиях. Такую реакцию он назвал эустрессом. Дистрес в трактовке Г. Селье — реакция, приводящая к повреждению и негативным последствиям в адаптации (Селье, 1982). Современные последователи теории стресса определяют стресс как феномен, возникающий при воздействии извне и наличии способности у личности с этим вызовом справиться.
По мнению Е. Дорозцевой, психологическая травма — это переживание, в центре которого находится определенное эмоциональное состояние. Эмоции участвуют в организации и интеграции психических процессов, а также играют ключевую роль во взаимосвязи психических и соматических систем личности (Дорозцева, 2007).
Понимание травмы невозможно без понимания, какое же событие может называться травмирующим, вызывающим психотравмирующие переживания. Попытки Ф. Василюка обозначить процесс переживания как самостоятельный деятельностный акт, а не как феномен психики определили целую плеяду научных изысканий в области психологии переживаний. По его мнению, человек всегда сам и только сам может пережить события, обстоятельства и изменения своей жизни, породившие кризис (Василюк, 1984). Вслед за Ф. Василюком А. Кочарян считает, что под психической травмой следует понимать сильное потрясение, переживание особого взаимодействия человека и окружающего мира. По мнению Кочаряна, она может возникать при сильных переживаниях, проявляющихся в неспособности к адекватной реакции на событие (Кочарян, Лисеная, 2011).
Современный взгляд на психологическую травму Д. Герман, которая пишет, что травма — это страдание бессилия. В момент травмы жертва оказывается беспомощной перед лицом сокрушительной силы. Травматические события разрушают системы поддержки, которые придают людям чувство контроля, связи и смысла (Герман, 2015).
Обобщая опыт и представления о психологической травме, мы
предлагаем следующее ее понимание:
🔰 психотравма возникает при воздействии на человека события, выходящего за рамки его обыденного опыта;
🔰 любая травма — это прежде всего угроза жизни или безопасности индивида;
🔰событие зачастую случается однажды, а внутреннее переживание тиражирует его вновь и вновь;
🔰особенности переживания травмы зависят от условий, в которых человек ее получил;
🔰травмирующее событие обычно приходит извне, а реакция
при этом внутренняя; она может усугублять состояние вплоть до саморазрушения;
🔰травма возникает тогда, когда человеческая психика не в состоянии справиться с собственной реакцией на экстремальное событие.
Материал взят из книги «ИНТЕНСИВНАЯ РАБОТА С ТРАВМОЙ: ПСИХОТЕРАПЕВТИЧЕСКИЕ МЕТОДЫ «
Ольга Плетка, Юлия Чаплинская. Киев Талком 2017
Опубликовано Оставить комментарий

Lapsivuodepsykoosi on vakava mielenterveyden häiriö.

lapsivuodepsykoosiLapsivuodepsykoosiin voi periaatteessa sairastua kuka tahansa. On silti tiettyjä tekijöitä, jotka lisäävät sairastumisriskiä.

Lapsivuodepsykoosi on harvinainen sairaus, jonka hoitamisessa tuottaa haasteita se, että äidin terveyden lisäksi vauvan hyvinvointi voi olla uhattuna.

Psykiatrian erikoislääkäri Tove Hertzbergillä on pitkä kokemus raskaana olevien naisten sekä äitien mielenterveysongelmien hoitamisesta. Hän vastaa kysymyksiin lapsivuodepsykoosista.

Kuinka yleinen sairaus lapsivuodepsykoosi on?

Lapsivuodepsykoosista on melko vähän tutkimustietoa, mutta on arvioitu, että alle prosentti äideistä sairastuu siihen vuosittain.

Riski sairastua psykoosiin on naisen elämässä korkeimmillaan juuri synnytyksen jälkeisenä aikana – riski on jopa 22–23-kertainen muihin elämänaikoihin verrattuna.

Hertzberg arvelee tämän johtuvan siitä, että synnytys on naiselle fyysisesti ja psyykkisesti raskas koettelemus.

Kuka voi sairastua?

Periaatteessa kuka tahansa synnyttänyt äiti voi sairastua lapsivuodepsykoosiin.

Arviolta 50–80 prosenttia sairastuneista kärsii kaksisuuntaisesta mielialahäiriöstä. Tutkimustulokset tästä hieman vaihtelevat, mutta yhteys näyttää selvältä. Myös kaksisuuntaisen mielialahäiriön esiintyminen suvussa lisää riskiä sairastua.

– Tällöin lapsivuodepsykoosi voi olla kaksisuuntaisen mielialahäiriön episodi. Joskus synnytyksen jälkeen paljastuukin, että nainen on sairastanut kaksisuuntaista mielialahäiriötä tietämättään.

Riski sairastua psykoosiin on suurempi ensisynnyttäjillä kuin muilla synnyttäjillä. On harvinaista, että uudelleensynnyttäjä sairastuu lapsivuodepsykoosiin ilman, että olisi sairastunut siihen ennen.

Miten lapsivuodepsykoosi oireilee?

Oireet ilmaantuvat nopeasti ja rajuina. Oireilu alkaa tavallisesti noin 3–10 päivän kuluttua synnytyksestä.

Hertzberg kertoo, että usein ensimmäinen oire on täydellinen unettomuus. Muita oireita ovat sekavuus, muistin ongelmat ja erilaiset aistiharhat.

– Lapsivuodepsykoosissa todellisuudesta tulee tunnistamaton ja pelottava. Se voi tuntua kuin painajaiselta, josta ei herää.

Oireet täsmäävät – onko kyseessä varmasti lapsivuodepsykoosi?

Tulee muistaa, että unettomuus on muutenkin tavallista synnytyksen jälkeen. Lapsivuodepsykoosi voidaan sulkea pois epäilyistä, jos muita oireita ei ilmene ja unettomuus saadaan hoidettua kuntoon.

Jopa kuusi prosenttia synnyttäneistä naisista saa kilpirauhastulehduksen. Jos tulehdus on raju, oireet voivat muistuttaa psykoosia. Siksi kilpirauhasarvot on tärkeää mitata, jos vastasynnyttänyt nainen oireilee oudosti.

Muutkin infektiot, kuten kohtutulehdus, voivat aiheuttaa sekavuutta äidissä. Psykoosin mahdollisuus voidaan yleensä pian poissulkea, sillä infektioihin usein liittyy kuumetta tai epileptisiä kohtauksia, jotka eivät puolestaan kuulu lapsivuodepsykoosin oirekuvaan.

Ymmärtääkö sairastunut itse, että kaikki ei ole kunnossa?

On mahdollista, että sairastunut ymmärtää itsekin käyttäytyvänsä epänormaalisti. Useimmiten sen kuitenkin huomaavat läheiset.

– Lapsivuodepsykoosi voi hieman poiketa muista psykooseista. Hetkittäin äidillä voi olla parempikin olo.

Vaikka sairastuneesta tuntuisi välillä normaalilta, oireilu jatkuu.

Miten lapsivuodepsykoosi hoidetaan?

Sairastunutta voidaan hoitaa avohoidossa tai sairaalassa, ja hänelle voidaan määrätä psykoosilääkitys. Oireiden rajuudesta riippuen sairastunut voi tarvita hoitoa suljetulla osastolla.

Toisin kuin monissa muissa maissa, Suomessa ei ole suljettuja äiti–vauva-yksikköjä, joissa äiti voisi saada hoitoa ilman, että hänet erotetaan vauvasta. Hertzberg toivoisi vastaavaa järjestelyä Suomeenkin.

– Toipumisen kannalta kuitenkin olisi olennaista, että äiti kokee pärjäävänsä vauvan kanssa ja tuntevansa tämän.

Tällä hetkellä ainoa tapa varjella äidin ja vauvan välistä suhdetta on se, että esimerkiksi puoliso vierailee sairaalassa päivittäin vauva mukanaan.

Psykoosilääkitys ei yleensä estä imettämistä.

Kuinka nopeasti sairaudesta toipuu?

Lapsivuodepsykoosiin sairastunut on usein motivoitunut paranemaan, mikä nopeuttaa toipumista. Yleisesti ottaen hoitoon myös hakeudutaan nopeasti.

Lapsivuodepsykoosista toipuminen kuitenkin vaihtelee. Tilastollista tietoa on vain kaksisuuntaista mielialahäiriötä sairastavien äitien osalta, joskin he muodostavat enemmistön sairastuneista.

Jos psykoosiin on sairastunut kaksisuuntaisen mielialahäiriön maniavaiheessa, äiti toipuu noin kuukaudessa. Jos hän on puolestaan sairastunut masennusvaiheessa, toipumisaika venyy noin kolmeen kuukauteen.

Oli taustalla kaksisuuntaista mielialahäiriötä tai ei, lapsivuodepsykoosi on aina pelottava ja traumaattinen kokemus. Samalla se on huomattava kolaus itsetunnolle ja -luottamukselle, Hertzberg muistuttaa.

Masennus on tavallinen psykoosin ”jälkitauti”.

– Sairastunut joutuu työstämään tapahtunutta, ja hän saattaa kokea olevansa huono äiti.

Kaksisuuntaisen mielialahäiriön ollessa kyseessä psykoosia seuraava masennus on myös kehon tapa palautua maniavaiheesta.

https://kaksplus.fi/