В рубрику «Мысли о депрессии» и расширение Шага 7:
Частично через свое чтение и частично через независимый, но медленный процесс в моем разуме и сердце я постепенно начал думать о депрессии в другой системе понятий. Вместо поиска ее причин и размышлений о том, как избавиться от нее, я начал искать ее цели и интересоваться, как я мог бы достичь их. Я не мог и все еще не могу сказать, посылает ли Бог нам такие острые чувства для того, чтобы привести нас через боль к новому пониманию. Однако, я теперь совершенно убежден, что депрессия часто является знаком, человеческим или божественным, не знаю, того, что жизнь жертвы должна быть радикально изменена; что необходимо реальное покаяние; что черная стена внутри может быть демонтирована только за счет осознания того, что от страдальца требуется нечто вроде внутренней смерти и воскресения.
Филип Тойнби
Метка: размышления
Я сижу в темноте. И она не хуже в комнате, чем темнота снаружи.
Я всегда твердил, что судьба — игра.
Что зачем нам рыба, раз есть икра.
Что готический стиль победит, как школа,
как способность торчать, избежав укола.
Я сижу у окна. За окном осина.
Я любил немногих. Однако — сильно. Читать далее Я сижу в темноте. И она не хуже в комнате, чем темнота снаружи.
Гвинет Льюис об антидепрессантах.
«Я принимала предписанные антидепрессанты и очень благодарна им за то эмоциональное пространство, которое они мне дали, пока я собирала свои ресурсы. После трех недель антидепрессанты начали действовать. Это повлияло на качество моей депрессии, но не изменило ее сущности. Что они мне дали – так это некоторое душевное пространство, маленькую, но критически важную дистанцию между мной и ужасом. Как отряд полиции по противодействию беспорядкам, они отодвинули мои ночные кошмары, шумно требовавшие моего внимания. Это дало мне узкую санитарную полосу, в которой можно было двигаться, некоторое пространство для дыхания».
Будучи поэтом, она смогла найти хороший образ для описания действия антидепрессантов: «Это выглядит точно так же, как если за вашей машиной ночью вдруг неожиданно появился кто-то, кто включил свои фары на дальний свет. Вы находитесь на узкой проселочной дороге, поэтому вы не можете его пропустить (он – местный и знает каждый поворот дороги), поэтому вы включаете антибликовое устройство на вашем заднем стекле. Хам, как и депрессия, не ушел, он заставляет вас свернуть или же вести машину быстрее, чем это позволяют соображения безопасности, но его главное оружие – свет — было уже ослаблено».
Гвинет Льюис
