Несмотря на то, что за последние десятилетия было выделено, помимо генетического, много факторов риска развития психических расстройств, оставалось неясно, насколько каждый из них влиятелен. В марте 2021 г. журнал World Psychiatry опубликовал «мета-зонтичный» обзор, пытающийся ответить на этот вопрос, – выполненный Jones P. et al., он объединил метаанализы и другие зонтичные обзоры, проводившиеся вплоть до 01.01.21.
В исследование вошли работы с уровнями доказательности I–IV, в которых рассматривались негенетические факторы риска/защиты, касающиеся психических расстройств из МКБ и DSM. В проспективных исследованиях был проведен анализ чувствительности для оценки влияния времени (обратная причинно-следственная связь), применялись критерии TRANSD и AMSTAR. Подходящими оказались 14 зонтичных обзоров, обобщающих 390 метаанализов и 1180 ассоциаций между факторами защиты/риска и развитием психических расстройств. 176 ассоциаций, с уровнями доказательности от I до III, относились к 142 факторам риска/защиты. Наибольшей силой (уровни доказательности I–II) обладал 21 фактор риска.
Для деменции факторами риска оказались сахарный диабет II типа (относительный риск [RR] = 1,54–2,28), депрессия (RR = 1,65–1,99) и низкий уровень социализации (RR = 1,57); для опиоидной зависимости – табакокурение (отношение шансов [OR] = 3,07); для неорганических психотических расстройств – высокий показатель клинического риска психоза (OR = 9,32), злоупотребление каннабиноидами (OR = 3,90) и детская травма (OR = 2,80).
Вероятность развития депрессивных расстройств увеличивается при вдовстве (RR = 5,59), сексуальной дисфункции (OR = 2,71), наличии трёх или четырех-пяти факторов нарушения метаболизма (OR = 1,99 и 2,06 соответственно), физическом или сексуальном насилии в детстве (OR = 1,98 и 2,42 соответственно), психоэмоциональном напряжении на работе (OR = 1,77), тучности (OR = 1,35), нарушении сна (RR = 1,92).
Для расстройств аутистического спектра наиболее значимым фактором риска оказался высокий вес матери до и во время беременности (RR = 1,28). Достоверно увеличивали вероятность развития синдрома дефицита внимания и гиперактивности тучность матери до беременности (OR = 1,63), курение во время беременности (OR = 1,60), лишний вес во время беременности (OR = 1,28).
Что касается факторов защиты, то весомым оказался только один – высокая физическая активность. В основном он был актуален для болезни Альцгеймера (отношение рисков [HR] = 0,62).
В целом из всех ассоциаций между факторами защиты/риска и развитием психических расстройств сильно взаимосвязаны оказались 32,9%, средне – 48,9%, а слабо 18,2%. Наиболее достоверная связь наблюдалась в детском возрасте, в период нервно-психического развития.
Авторы заключают, что новое исследование может стать опорой для будущих работ о профилактике психических расстройств и ориентиром при ранней интервенции в случае их возникновения.
Автор перевода: Вирт К.О.
Редактор: Явлюхина Н. Н.
Источник: Jones P., Arango C., Dragioti E., Solmi M., Cortese S., Katharina K., Murray R. Risk and protective factors for mental disorders beyond genetics: an evidence-based atlas. World Psychiatry http://psyandneuro.ru
http://psyandneuro.ru
Luonto rauhoittaa ja hellii aisteja, linnut ja puut tekevät ihmismielen onnelliseksi. Suomalaiset hoitavat psyykkistä hyvinvointiaan entistä useammin ulkoilemalla. Luonnossa liikkuminen elvyttää ja siirtää ajatukset muualle esimerkiksi kriisitilanteissa.
Luonnon terveysvaikutuksia on tutkittu paljon, ja yksi tuoreimmista on Tampereen ja Jyväskylän yliopistojen tutkimus luonnossa liikkumisesta koronavuonna 2020.
– 74% vastaajista oli lisännyt luontoliikuntaa ja ilmoitti, että ahdistus ja huoli koronasta oli vähentynyt luonnon vaikutuksesta, kertoo Tampereen yliopiston psykologian professori Kalevi Korpela.
Koronan aikana on myös lähdetty tutustumaan uusiin alueisiin ja erilaisiin liikuntamuotoihin.
Luonto-Suomen Luonto ja mieli -illassa kuultiin sekä asiantuntijoiden pohdintoja että kuuntelijoiden havaintoja luonnon vaikutuksista mielenterveyteemme.
Yhteys luontoon pitää rakentaa
Radiolähetykseen saatiin paljon yleisön viestejä ja havaintoja luonnon voimaannuttavasta merkityksestä. Luontoon pitää kuitenkin osata lähteä.
Tämä riippuu puolestaan siitä, kuinka tietoinen ihminen on omasta luontosuhteestaan.
– Ihminen ei välttämättä tule edes ajatelleeksi luonnon vaikutuksia työkykyyn ja jaksamiseen, selvittää psykologian tohtori Kirsi Salonen.
Esimerkiksi nuoren aikuisen elämä saattaa olla hyvinkin hektistä ja suorituspaineista.
Luonto on armollinen paikka, mihin jokainen voi mennä omana itsenään, valita oman polkunsa.― Alli, 29v, Turku
– Ihmiselle tulee helposti odotuksia siitä, että pitäisi olla jotenkin toisenlainen. Jostain syystä me voimme luonnossa olla myötätuntoisempia ja hyväksyvämpiä itseämme kohtaan, koska koemme, että luonto ei aseta meille odotuksia.
Meillä on myös taipumus määritellä itsemme luontoihmiseksi, kaupunki-ihmiseksi tai meri-ihmiseksi – joskus nämä häiritsevät. Ihminen saattaa pohtia, että voinko minä hakeutua luontoon esimerkiksi tietämättä lajeja.
Luontokokemus on moniaistinen
Vaikka tutkimuksissa visuaalinen näköhavainto vallitsee, niin luonnosta nautitaan myös kuuntelemalla sen ääniä: lehtien kahina, lumen hiljaisuus, meren laineet. Myös tuoksut ovat tärkeitä.
Näin luontokokemuksiaan kuvailee näkövammainen Tarja:
Miten köyhää elämä on, jos vaan katselee eikä kuuntele. Linnunlaulua odotan – kun varis aloittaa, kun puihin tulee lehdet… Lehtien kahina puissa on ihaninta.― Tarja
Luonnon värit, muodot ja tapahtumat vetävät ihmisen tarkkaavuuden automaattisesti puoleensa. Sekunnit, minuutit ja tunnit katovat, ajan havaitseminen hidastuu.
Viher- ja vesiympäristöt asuinalueiden läheisyydessä tarjoavat ihmisille hengähdyspaikan myös elämän poikkeustilanteissa.
Mielipaikkojen ja tuttujen maisemien katoaminen ahdistaa
Kuuntelijoita puhutti myös luonnon tuhoaminen. Talous ja tehokkuus ovat läsnä kaikessa meidän yhteiskunnassamme, ja ne näyttävät edelleen vievän voiton.
Miten ihanalla tavalla vanha metsä voitelee sielua… Tuore hakkuualue aiheuttaa ihan fyysistä pahaa oloa.― Raija, Vantaa
– Kuuntelijan menetyksen tunne kertoo siitä, että luontoyhteys on ollut mahdollista. Ihmisen surua, ahdistusta ja järkytystä ei ymmärretä, vaan kokemuksen kanssa jää yksin, Kirsi Salonen pohtii.
Monen mielipaikat löytyvät luonnosta, ja ne ovat yllättävänkin tärkeitä. Rakkaan luontopaikan menettäminen voi olla vastaava kuin ihmissuhteen menettäminen, Salonen painottaa.
– Lähiluonnon terveysvaikutukset tulisi ottaa entistä paremmin huomioon. Taloustieteessä on onneksi etenemässä se, että hyvinvointivaikutuksille asetetaan rahallinen arvo, kertoo Tampereen yliopiston psykologian professori Kalevi Korpela Kalevi Korpela.
Luonto antaa lohtua ja tukea
Luonnossa ihminen ei ole yksin, vaan esimerkiksi puut tukevat mielenterveyttä ihan suoraan. Murehtiminen ja asioiden vatvominen vähentyy, ja ajatukset kääntyvät muualle.
– Mielenterveyden häiriöistä masennus ja ahdistus on eniten tutkittu. Yleinen tulos on, että mitä enemmän on viheralueita, niin sitä vähemmän väestötasolla esiintyy mielen häiriöitä.
Tämä on todettu Korpelan mukaan esimerkiksi Tampereella, missä viheralueita on kokeiltu myös kuntoutuksessa.
Viherympäristöjen lisäksi myös metsällä ja lumisilla maisemilla on elvyttävä vaikutus.
– Lumisilla ja syksyisillä metsämaisemilla on tutkimusten mukaan vastaavia vaikutuksia elpymiseen ja hyvinvointiin kuin viherympäristöillä.
Me ollaan metsästä ja ollaan aina oltu metsästä. Metsästä huokuu syvyys ja ankkuroituminen. Vahvat rungot, jotka seisovat sun vieressä ovat ystäviä.― Sari, Riihimäki
Ihmisen ohjaamiseksi tervehtymään luontoon tarvitaan työkaluja. Sosiaalinen tuki sekä luonnon vaikutus tervehdyttävät yhdessä.
– Kuntoutus, vanhusten ja vammaisten ulkoiluttaminen – voisimme tarjota enemmän kanssakulkijuutta, Salonen pohtii.
Esimerkiksi kipu- tai syöpäpotilaille luonnon tarjoama armollisuus voi olla hyvinkin merkityksellistä. Muistisairaalle tunnoilla ja tuoksuilla on tärkeä merkitys.
– Me voimme olla haavoittuvia ja tarvitsevia, mutta luonto jaksaa kantaa myös minun kuormani ja hyväksyy sen.
«Luonto on hoitanut minua, kun olen ollut hukassa itseltäni
Metsän suoja kuin äidin kohtu, jossa olen ollut turvassa
Joen virtaava vesi on auttanut päästämään irti,
antaen elämän.«
— kuuntelijan viesti läheykseen
Luonto ja mieli -ilta tarjosi sekä tutkimustietoa että kuuntelijoiden herkkiä havaintoja luonnon vaikutuksesta hyvinvointiimme. Illan asiantuntijoina olivat Tampereen yliopiston psykologian professori Kalevi Korpela ja psykologian tohtori Kirsi Salonen. yle.fi
Свой 60-й день рождения Михаил Панов встретил в затяжной депрессии и с целым букетом тяжелых хронических болезней. Сегодня, в 68 лет, у него на счету уже почти 500 прыжков с банджи и мировая слава, причем не только в спортивном сообществе. Как на седьмом десятке можно полностью переосмыслить себя и свою жизнь?
«Я родился в маленьком закрытом городе на Урале — он назывался Челябинск-40, сегодня — Озерск. Это название мало кому знакомо, а между прочим, именно здесь произошла первая большая ядерная катастрофа в Советском Союзе — в 1958 году взорвалось хранилище радиоактивных отходов.
Это было практически сопоставимо с аварией в Чернобыле, только о событиях в Челябинске-40 не было известно широкой публике. При этом последствия взрыва были очевидны: в разы увеличилось число случаев онкологии, да и других болезней у местных жителей, рождались дети с патологиями развития или просто слабые здоровьем.
Я был одним из таких детей: сильно болел по 5-6 раз в год, в остальное время были простуды и недомогания. Сегодня, когда я ставлю спортивные рекорды, никто и предположить не может, что я был хилым ребенком с целым букетом серьезных заболеваний. При этом у меня даже в раннем детстве не было желания сидеть сложа руки.
Нас было четверо детей, жили мы тяжело и поэтому были приучены к труду. Пока родители пахали на заводе, на нас был дом: помню, что лет в 7-8 я уже мог и обед приготовить, и ковер почистить, и в огороде пошуровать.
Без ежедневного труда, без преодоления себя, мне кажется, меня просто не станет
А еще перед моими глазами всегда был пример бабушки — и сейчас мне кажется, что я даже повторяю ее судьбу. Бабушка тоже сильно болела, но никогда не жаловалась и без работы жить не могла: после того, как ее отправили на пенсию, она устроилась в деревенскую типографию и до 80 с лишним лет трудилась там. Причем делала все — и убиралась, и печку топила, и тяжеленные тюки таскала, и газеты разносила.
У нее всю жизнь внутри как будто что-то зудело, не давало сидеть на месте. И такой же «зуд» я чувствую в себе — мне все время что-то нужно: какое-то дело, какая-то цель. Без ежедневного труда, без преодоления себя, мне кажется, меня просто не станет.
После армии пошел, как все, на завод. Но это «как все» меня не устраивало, я прямо чувствовал, что завод — это не мое. Плюнул на все и радикально поменял сферу деятельности — устроился работать официантом.
Это сейчас официант — работа, которую прошел каждый второй студент, а в Советском Союзе туда шли уже более взрослые люди, подготовка была серьезная. И мне это нравилось, хотелось совершенствоваться в профессии, достигать в ней новых высот — не столько ради денег, сколько из-за этого «зуда», толкающего вперед.
Я стал участвовать в профессиональных конкурсах, потом — побеждать в них, начал ездить по стране. В общем, мой мир внезапно «расхлопнулся», и я наконец вышел за рамки предсказуемой жизни закрытого военного городка.
У меня копилась какая-то неудовлетворенность жизнью, она зрела, как нарыв
Правда, при этом растерял друзей. Я видел, что меня не понимают, многие даже в лицо мне говорили, что я «как с другой планеты» со своими пустыми мечтами. А я не верил — не хотел верить, — что вот это и есть вся жизнь: закрытый город, завод, жизнь от получки до получки, бесконечные проблемы со здоровьем. Поэтому и не стоял на месте — только вот никому не было со мной по пути.
В 90-е, когда все развалилось, я перебивался разной работой, потом переехал в Москву и тут стал работать у одного бизнесмена, управляя его домом и хозяйством. Вот уже 23 года я, получается, на этом месте. Казалось бы — сиди и радуйся, но нет. У меня копилась какая-то неудовлетворенность жизнью, она зрела, как нарыв. Вроде бы все хорошо, а на душе неспокойно. Все время задавался вопросом — ну вот зачем я живу, что я дал этому миру?
В общем, к 60 годам я пришел в настоящей депрессии, и длилась она долгое время. Но когда мне было 63 года, я решил попробовать банджи-джампинг — это такие прыжки с высоты на эластичном канате. У моего друга тогда две дочки это попробовали, и я как-то заинтересовался. И я подумал — а почему нет? Поехал в Сочи — и прыгнул первый раз.
То, что я почувствовал в этот момент, не передать словами. Я осознал: вот оно! Это абсолютно то, что мне нужно. Чувство свободы, адреналин, преодоление себя. Мне так понравилось, что я прыгнул не один раз, а несколько подряд — хотя инструкторы меня отговаривали, ссылаясь на мой возраст и отсутствие опыта. Это они еще не знали, что у меня астма, прооперированная грыжа позвоночника и полностью удаленный в 2006 году желудок.
Но я чувствовал, что прыжки с банджи — это что-то очень важное для меня, что они теперь навсегда в моей жизни. Поэтому шел прыгать снова и снова.
С тех пор прошло 5 лет. Сейчас мне 68, и я совершил почти 500 прыжков с банджи, включая прыжки с самых важных и культовых точек — водопада Виктория, башни Макао и других.
Я понял, что меня по жизни вела гордыня, чувство превосходства над другими
Четыре раза попал в «Книгу рекордов России», и я один из самых возрастных банджи-джамперов в мире. А сейчас придумал себе уникальную «фишку» — в прыжках я рисую абстрактные картины. Больше это в мире не делает никто, но я надеюсь подать этим пример и другим спортсменам.
Впервые выехав за пределы России в 2016 году, я посетил благодаря своему увлечению уже больше 10 стран, в том числе и самые экзотические. В 64 года, например, я поднялся на Килиманджаро — хотя, опять же, мне все говорили — возраст не тот, здоровье не то… А я чувствовал нутром: надо!
И это восхождение, можно сказать, полностью меня изменило. Я понял, что меня по жизни вела гордыня, чувство превосходства над другими — и тут, на фоне гор, грандиозной природы, меня вдруг это все абсолютно «отпустило». Как будто внутри разжалась пружина, которая мешала дышать все это время. Ушла вся неудовлетворенность жизнью, все беспокойство. Я понял, что я на своем месте.
Впереди у меня много интересного, и никакой возраст этому не преграда
Прыжки с банджи и спорт в целом сильно изменили меня. Я всегда был диктатором, требовал идеальной дисциплины от окружающих, безоговорочного уважения и авторитета. Но как только я стал прыгать и путешествовать по миру, в моем кругу оказалось очень много людей намного моложе. И я понял, что это не я их должен сейчас учить, а они меня.
Михаил с женой
Я стал гораздо более легким, юморным, терпеливым. Молодые заряжают своей энергией и учат видеть красоту — это тоже меня питает. И еще поменялось отношение к деньгам: мещанство уходит из меня, вместо накопительства появляется желание делать добро людям, я бы даже использовал слово «служить».
Конечно, коронавирус сильно поменял планы, и вот уже больше года я не могу никуда поехать и принять участие в соревнованиях. Но зато я вынашиваю другие идеи: например, прыгнуть с одной из башен Москва-Сити или, наконец, провести благотворительный аукцион своих картин, средства от которого пойдут в помощь трудным подросткам и неблагополучным семьям. А еще я продумываю технику и «хореографию» новых прыжков.
Главное, я теперь знаю, что впереди у меня много интересного, и никакой возраст этому не преграда».
«Во второй половине жизни все страшатся не столько физических изменений, сколько потери жизненных ориентиров»
Татьяна Дроздова, социолог старшего возраста
Существует расхожее мнение, что старение в большей степени пугает женщин, поскольку оно связано с сильными изменениями во внешности и ухудшением общего самочувствия из-за гормональной перестройки в менопаузу. Однако мужчины часто переживают переход пенсионного рубежа не менее болезненно.
Во второй половине жизни все страшатся не столько физических изменений, сколько потери жизненных ориентиров. Дети выросли и покинули «гнездо», на работе отправили «на покой», здоровье уже не то, многие занятия и хобби кажутся «не по возрасту»… По данным Всемирной организации здравоохранения, у 40% людей старше 55 лет, которые обращаются за медицинской помощью, выявляют депрессию. И это только те случаи, которые диагностируются.
История Михаила — хороший пример преодоления кризиса старшего возраста, обретения новых смыслов после 50 лет. Но таких историй и примеров должно быть в разы, в десятки раз больше в медиа и публичной сфере — тогда это станет новой ролевой моделью для старших и даст многим ориентир и точку опоры.
Об эксперте
Татьяна Дроздова — социолог старшего возраста, сооснователь проектной лаборатории Young Old Lab www.psychologies.ru
Luonto rauhoittaa ja hellii aisteja, linnut ja puut tekevät ihmismielen onnelliseksi. Suomalaiset hoitavat psyykkistä hyvinvointiaan entistä useammin ulkoilemalla. Luonnossa liikkuminen elvyttää ja siirtää ajatukset muualle esimerkiksi kriisitilanteissa.
Свой 60-й день рождения Михаил Панов встретил в затяжной депрессии и с целым букетом тяжелых хронических болезней. Сегодня, в 68 лет, у него на счету уже почти 500 прыжков с банджи и мировая слава, причем не только в спортивном сообществе. Как на седьмом десятке можно полностью переосмыслить себя и свою жизнь?
