Рубрика: Мудрые мысли

Человек — всего лишь капля… но какая высокомерная!

Л. Вей.

Прочь от фасадов

Сначала я наблюдаю, что у клиента имеется тенденция с неуверенностью и страхом двигаться прочь от «Я», которым он на самом деле не является. Другими словами, хотя он, может быть, и не осознает, куда движется, он уходит от чего-то, начиная определять, что он есть, хотя бы в виде отрицания.

Сначала это может выражаться просто в страхе предстать перед другими тем, кто ты есть. Так, один 18-летний юноша говорит <…>: «Я знаю, я не такой бедовый, и я боюсь, что это будет обнаружено. Вот почему я делаю это… Когда-нибудь они обнаружат, что я не такой бедовый. Я стараюсь, чтобы этот день настал как можно позже… Если вы знаете меня, как я знаю себя…(Пауза.) Я не собираюсь говорить вам, что я на самом деле думаю о том, что я за человек. Только в этом я не хочу сотрудничать, вот что… Если вы узнаете, что я о себе думаю, это не поможет вашему мнению обо мне».

Ясно, что самовыражение этого страха есть часть становления самим собой. Вместо того чтобы просто быть фасадом, как будто этот фасад — он сам, он подходит ближе к тому, чтобы бытьсамим собой, а именно к тому, что он испуган и прячется за маской, потому что считает себя слишком ужасным, чтобы его видели другие.

Прочь от «должен»

Другая тенденция такого же рода кажется очевидной, когда клиент уходит от подчиняющего его образа того, кем он «должен быть». Некоторые индивиды с «помощью» родителей так глубоко впитали в себя понятие «Я должен быть хорошим» или «Мне следует быть хорошим», что только благодаря огромной внутренней борьбе они уходят от этой цели. Так, одна молодая женщина, описывая свои неудовлетворительные отношения с отцом, сначала рассказывает, как она жаждала его любви: «Я думаю, что из всех чувств, связанных с моим отцом, у меня на самом деле было огромное желание иметь с ним хорошие отношения…

Мне так хотелось, чтобы он заботился обо мне, но, кажется, я не получила того, чего хотела». Она всегда чувствовала, что должна выполнять все его требования и оправдывать его надежды, а это было «чересчур». «Потому что, как только я выполню одно, появляется и другое, и третье, и четвертое, и так далее — и на самом деле я никогда их не выполняю. Это — бесконечные требования». Она чувствует. что похожа на свою мать, которая была покорной и угодливой, все время стараясь удовлетворить его требования. «А на самом деле я не хотела быть такой. Я считаю, ничего хорошего в этом нет, но тем не менее я думаю, у меня было такое представление, что именно такой нужно быть, если хочешь, чтобы тебя любили и были о тебе высокого мнения. Но кто бы захотел любить такую невыразительную личность?» Консультант ответил: «Кто, действительно, будет любить коврик у входной двери, о который вытирают ноги?» Она продолжала: «По крайней мере я не хотела бы нравиться человеку, который любил бы коврик у дверей».

Таким образом, хотя эти слова ничего не говорят о ее «Я», к которому она, возможно, движется, усталость и презрение в ее голосе, ее утверждение делают для нас ясным, что она уходит от «Я», которое должно быть хорошим, которое должно быть покорным.

Довольно любопытно, что многие индивиды обнаруживают, что были вынуждены считать себя плохими, и именно от этого представления о себе, по их мнению, они уходят. Это движение очень ясно видно у одного молодого человека: «Я не знаю, откуда у меня появилось это представление, что стыдиться себя — это значит чувствовать себя подходящим образом. Я именно должен был стыдиться себя… Существовал мир, где стыдиться себя было наилучшим способом чувствовать себя… Если ты — кто-то, кого очень не одобряют, то, по-моему, единственный способ иметь какое-нибудь самоуважение — это стыдиться того, чего в тебе не одобряют…

Но сейчас я твердо отказываюсь делать что-нибудь, исходя из прежней точки зрения… Как будто я убежден, что кто-то сказал: «Ты должен жить, стыдясь себя, — пусть будет так!» И я долго соглашался с этим и говорил: «Да, это я!» А сейчас я восстаю против этого кого-то и говорю: «Мне безразлично, что вы говорите. Я не собираюсь стыдиться себя». Очевидно, что он отходит от представления о себе как о чем-то постыдном и плохом.

Прочь от соответствия ожиданиям

Многие клиенты обнаруживают, что отдаляются от соответствия тому идеалу, который выдвигает данная культура. Как убедительно доказал Уайт в своей недавней работе, на человека оказывается огромное давление, чтобы он приобрел качества «человека организации». То есть человеку следует быть полноценным членом группы, подчинив свою индивидуальность групповым нуждам, следует избавиться от «острых углов», научившись ладить с такими же людьми без «острых углов».

В недавно законченном исследовании ценностей американских студентов Джейкоб так обобщает свои данные: «Основное воздействие высшего образования на ценности студентов заключается в том, чтобы обеспечить общее принятие стандартов и качеств, присущих американским выпускникам колледжа. Воздействие опыта жизни в колледже заключается в социализациииндивида, в оттачивании, полировке и придании такой формы его ценностям, чтобы он мог спокойно пополнить ряды выпускников американских колледжей». <…>

Прочь от угождения другим

Я обнаруживаю, что многие люди сформировали себя, стараясь угодить другим, но, опять становясь свободными, отходили от прежнего состояния. Так, к концу курса психотерапии один специалист пишет, оглядываясь назад на процесс, через который он прошел: «Наконец я почувствовал, что просто должен был начать делать то, что хотел делать, а не то, что, я думал, мнеследует делать, и не зависеть от того, что, по мнению других людей, я должен делать. Это полностью изменило всю мою жизнь. Я всегда чувствовал, что должен делать что-то, потому что этого от меня ожидали или потому что это могло заставить людей любить меня. К черту все это! С сегодняшнего дня я думаю, что буду только самим собой — бедным или богатым, хорошим или плохим, рациональным или иррациональным, логичным или нелогичным, известным или неизвестным. Поэтому благодарю вас за то, что вы помогли мне вновь открыть шекспировское: «Будь верен самому себе».

К управлению своей жизнью и поведением

Но с какими положительными качествами связан опыт <…>?

Я постараюсь описать многие направления, в которых они [клиенты] движутся. Прежде всего, эти клиенты движутся к тому, чтобы быть независимыми. Под этим я подразумеваю, что постепенно клиент приближается к таким целям, к которым он хочет идти. Он начинает отвечать за свои поступки. Он решает, какие действия и линии поведения для него значимы, а какие — нет. Я думаю, что это стремление к руководству собой достаточно показано в ранее приведенных примерах.

Я не хотел бы создать представление о том, что мои клиенты двигались в этом направлении уверенно и радостно. Конечно, нет. Свобода быть собой — свобода с пугающей ответственностью, и человек движется по направлению к ней осторожно, со страхом, сначала без всякой уверенности в себе.

И также я не хотел бы создать впечатление, что человек всегда делает разумный выбор. Ответственно управлять собой — значит выбирать, а затем учиться на последствиях своего выбора. Поэтому клиенты находят этот опыт не только отрезвляющим, но и захватывающим. Как говорил один клиент: «Я чувствую себя испуганным, уязвимым, отрезанным от всякой помощи, но я также чувствую, как во мне поднимается какая-то мощь, сила». Это обычная реакция, возникающая, когда клиент берет в свои руки управление своей жизнью и поведением.

Движение к процессу

Второе наблюдение выразить трудно, потому что нелегко найти подходящие слова для его описания. Кажется, что клиенты движутся к тому, чтобы более открыто сделать свое бытие процессом, текучестью, изменчивостью. Их не беспокоит, если они обнаруживают, что изменяются каждый день, что у них разные чувства по отношению к какому-либо опыту или человеку; они в большей степени довольны своим пребыванием в этом текущем потоке. Кажется, исчезает стремление к завершениям и конечным состояниям.

<…> Я не могу не вспомнить, как Кьеркегор описывает индивида, который действительно существует: «Существующий человек постоянно находится в процессе становления… и его мышление действует на языке процесса… У [него]… это как у писателя с его стилем, так как стиль есть только у того, у кого нет ничего застывшего, но кто «движет водами языка» каждый раз, когда начинает писать; так что самое обычное выражение обладает для него свежестью только что родившегося». Я думаю, что эти строки прекрасно уловили направление, в котором движутся клиенты, — скорее быть процессом зарождающихся возможностей, чем превратиться в какую-то застывшую цель.

К сложности бытия

Это также связано со сложностью процесса. Возможно, здесь поможет пример. Один из наших консультантов, которому психотерапия очень помогла, недавно пришел ко мне, чтобы обсудить свои отношения с очень трудным клиентом с расстроенной психикой. Меня заинтересовало то, что он только в очень малой степени хотел обсуждать клиента. Больше всего он хотел быть уверенным в том, что ясно осознает всю сложность собственных чувств в отношениях с клиентом — его теплые чувства к нему, периодическую фрустрацию и раздраженность, его благожелательное отношение к благосостоянию клиента, некоторый страх, что клиент может стать психопатичным, его беспокойство о том, что подумают другие, если дело обернется не лучшим образом. Я понял, что в общем его отношение было таково, что если он мог бы совершенно открыто и ясно являть собой все свои сложные, изменяющиеся и иногда противоречивые чувства в отношениях с клиентом, то все было бы хорошо.

Если, однако, он только частично являл эти чувства, а частично был фасадом или защитной реакцией, то он был уверен, что хороших отношений с клиентом не будет. Я нахожу, что это желание быть полностью всем в данный момент — всем богатством и сложностью, ничего не прятать от себя и не страшиться в себе, — это обычное желание тех терапистов, у кого, как мне кажется, большое продвижение в психотерапии. Нет нужды говорить, что это трудная и недостижимая цель. Однако одно из наиболее ясных стремлений, наблюдаемых у клиентов, — это движение к тому, чтобы стать всей сложностью своего изменяющегося «Я» в каждый значимый момент.

К открытости опыту

«Быть тем, кто ты действительно есть», связано и с другими качествами. Одно из них, которое уже, возможно, подразумевалось, заключается в том, что индивид движется к открытому, дружескому, близкому отношению к своему собственному опыту. Это бывает нелегко. Часто, как только клиент почувствует что-то новое в себе, он вначале это отвергает. Только в том случае, если он переживает эту отвергнутую ранее сторону себя в атмосфере принятия, он может предварительно принять ее как часть себя. Как говорил один клиент, будучи в шоке после переживания себя как «зависимого маленького мальчика»: «Это чувство, которое я никогда раньше ясно не ощущал, — я никогда не был таким!» Он не может вынести этот опыт своих детских чувств. Но постепенно он начинает принимать и включать их как часть своего «Я», то есть начинает жить рядом с чувствами и в них, когда он их испытывает.

<…> Постепенно клиенты узнают, что переживание — это друг, а не страшный враг. Так, помню, один клиент к концу курса психотерапии, раздумывая над каким-нибудь вопросом, обычно хватался за голову и говорил: «Что же я чувствую сейчас? Я хочу быть ближе к этому. Я хочу знать, что это». Затем обычно он спокойно и терпеливо ждал, пока не сможет ясно ощутить вкус тех чувств, которые у него возникали. Я часто понимаю, что клиент старается прислушаться к себе, услышать то, что передается его собственными физиологическими реакциями, уловить их смысл. Он уже больше не пугается своих открытий. Он начинает понимать, что его внутренние реакции и переживания, послания его чувств и внутренних органов, являются дружескими. Он уже скорее хочет быть ближе к внутренним источникам информации, чем закрыть их.

Маслоу в исследовании так называемого самоактуализующегося человека отмечает то же самое качество. Обсуждая таких людей, он говорит: «Их легкое вхождение в реальные чувства, похожее на принятие, существующее у животных или у ребенка, их непосредственность подразумевают важное осознание своих собственных импульсов, желаний, взглядов и вообще всех субъективных реакций». Эта большая открытость происходящему внутри связана с подобной открытостью по отношению к опыту, полученному от внешнего мира.

Кажется, что Маслоу говорит о моих клиентах, когда он пишет: «Люди с самоактуализацией обладают чудесной способностью снова и снова свежо и непосредственно переживать основные ценности жизни с чувством благоговейного страха, удовольствия, удивления и даже экстаза, несмотря на то что для других людей в этих случаях чувства давно уже утратили свою свежесть».

К принятию других

Открытость внутреннему и внешнему опыту в основном тесно связана с открытостью и принятием других людей. Как только клиент начинает двигаться к тому, чтобы быть способным принимать свой собственный опыт. он также начинает двигаться к принятию опыта других людей. Он ценит и принимает свой опыт и опыт других таким, каков он есть. Процитирую снова слова Маслоу относительно индивидов с самоактуализацией: «Мы не жалуемся на воду за то, что она мокрая, и на скалы — за то, что они твердые… Как ребенок смотрит на мир без критики широко раскрытыми и невинными глазами, просто отмечая и наблюдая, каково положение дел, не возражая и не требуя, чтобы оно было по-другому, так же и самоактуализующийся человек смотрит на природу человека в себе и других». Я думаю, что такое принимающее отношение ко всему, что существует, развивается в клиентах в процессе психотерапии.

К вере в свое

«Я» Следующее качество, которое я вижу в каждом клиенте, состоит в том, что он все больше ценит и доверяет процессу, которым сам является. Наблюдая за моими клиентами, я стал гораздо лучше понимать творческих людей. Эль Греко, посмотрев на одну из своих ранних работ, должно быть, осознал, что «хорошие художники так не пишут». Но он достаточно доверял своему собственному переживанию жизни, процессу своего чувствования, чтобы суметь продолжать выражать собственное уникальное восприятие мира. Вероятно, он мог бы сказать: «Хорошие художники так не пишут, но я пишу так». Или взять пример из другой области. Эрнест Хемингуэй, конечно, осознавал, что «хорошие писатели так не пишут».. Но к счастью, он стремился скорее к тому, чтобы быть Хемингуэем, быть самим собой, а не соответствовать чьему-то представлению о хорошем писателе. Кажется, и Эйнштейн проявлял необычную забывчивость относительно того факта, что хорошие физики не думают так, как он. Вместо того чтобы уйти из науки из-за недостаточного образования в области физики, он просто стремился стать Эйнштейном, думать по-своему, быть самим собой как можно глубже и искреннее. Такой феномен имел место не только у художников или гениев. Неоднократно я наблюдал, как мои клиенты, простые люди, становились более значительными и творческими в своей деятельности по мере того, как они все больше верили в процессы, происходящие внутри них, и осмеливались чувствовать свои собственные чувства, жить ценностями, которые они открыли в себе, а также выражать себя своим собственным, уникальным образом.

https://www.b17.ru/