Опубликовано Оставить комментарий

Посттравматический стресс и нарушение согласованности работы отделов нервной системы.

Посттравматический стресс (ПТСР) как расстройство лимбической системы |  ВКонтактеNervous System Imbalances and Post — Traumatic Stress: a Psycho — Physical Approach by Babette Rothschild & Erik Jarlnaes

Перевод М. Ораевской

Вступление

Тело и разум тесно связаны. Нигде это не проявляется так явно, как в ответе человека на стресс и травму. Эта статья ос­вещает психофизические реакции на травму и представляет интегративный терапевтический подход к лечению посттравматического стрессового расстройства.

Связь мозга и нервной системы со стрессом

Стоит только прочесть основную литературу, посвящён­ную функциям мозга, нервной системе и физиологии стрес­са, сразу становится понятно, что разум и тело, несомненно, связаны.

На сильный стресс и травму — эмоциональную и физическую — мозг отвечает активацией симпатической ветви (СНС) автономной нервной системы (АНС) (В русском языке более принято название вегетативная нервная система. — Примечание редактора) и таким обра­зом делает тело способным реагировать. Это инстинктивная реакция, регулируемая гипоталамусом и лимбической систе­мой — областями мозга, которые вырабатывают гормоны, стимулирующие активацию СНС.

Эта активация СНС ха­рактеризуется, в числе прочего,
— повышенной частотой серд­цебиения,
— расширением зрачков,
— расслаблением гладкой мус­кулатуры, что уменьшает сопротивление дыханию,
— расслаб­лением и торможением работы мышц пищеварительного тракта,
— снижением интенсивности мочевыделения,
— сжатием кровеносных сосудов кожи,
— повышением силы и активности скелетных мышц (см. Bloch, 1985).

Такая активация подготав­ливает тело к ответу на стрессор/угрозу. Если стресс или трав­ма пролонгированы, может активироваться также парасим­патическая ветвь АНС (ПНС), что может привести к симпто­мам ослабленности, в том числе
— замораживанию,
— неподвиж­ности и
— обмороку.

ПТСР и Автономная Нервная Система

Все мы переживаем травматические события в нашей жизни, но не все из нас страдают от состояния, известного как посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР). Четвертая редакция Диагностического и Статистического Руководства (ДСМ-4) Американской Психиатрической Ассо­циации (АПА) предполагает, что ПТСР развивается при:

(…) воздействии экстремальных уровней стресса, включа­ющих
— прямой личный опыт события, связанного с фактичес­кой или угрожающей смертью, ранением или угрозой физи­ческой целостности;
— участии в событии, связанном со смертью, ранением или угрозой физической целостности другого человека;
— или если человек узнаёт о неожиданной или насиль­ственной смерти, серьёзном вреде или угрозе смерти или ра­нения, испытанных членом его семьи или другим близким человеком (…) (см. АРА, 1994).

Однако не все пережившие столь травматические собы­тия будут страдать ПТСР, в то время как некоторые люди, пе­режившие события меньшей степени травматичности, разо­вьют симптомы ПТСР. Почему?

Между событием травмы и ПТСР существует множество промежуточных ступеней. На которую из них «приземлится» человек, переживший травму, зависит от степени активации автономной нервной системы, а также того, насколько полно и как быстро система разря­жается и расслабляется.

(Все последующие иллюстрации вымышлены; каждая си­туация является смесью нескольких клиентских опытов для сохранения конфиденциальности).

Иллюстрация 1: Вскоре после автокатастрофы бригада скорой помощи прибыла на место аварии и вытащила женщину из ис­корёженного автомобиля. У неё были только незначительные повреждения. Бригада была обучена обращению с переживши­ми травму и смогла дать женщине эмоциональную поддержку; продолжая обрабатывать её раны и лечить проявления медицин­ского шока, они также смогли эмпатически ответить на её страх. Её муж быстро приехал в больницу и был способен позаботить­ся о ней, поддержать её, когда она с плачем рассказывала о сво­ём пережитом испуге. В данном случае была оказана адекватная помощь и поддержка. Женщина смогла выразить свой ужас, что позволило снизить активацию СНС. ПТСР не наступило.

Иллюстрация 2: Мужчина подвергся нападению; таксист держал его на острие ножа на безлюдной улице. Несмотря на стрессо­вую ситуацию, мужчина смог опереться на свой профессиональ­ный опыт общения с трудными подростками. Он понял, что юноше нужны только его деньги и его жизнь вне опасности. Он отдал нападавшему кошелёк, и тот скрылся.

Травматичное событие? Да. Но активация СНС в момент травмы была очень низкой благодаря профессиональному психологическому опыту, позволившему потерпевшему вос­принимать степень угрозы как низкую.

Иллюстрация 3: Молодая женщина была изнасилована, сбежа­ла и добежала до дома, чтобы вызвать полицию. Полицейские поддержали её, также как и женщина — прокурор, проведшая её через весь судебный процесс, и её семья.

У этой женщины было гораздо меньше затяжных проблем, чем у большинства изнасилованных женщин, не получивших такой поддержки.

Иллюстрация 4: Молодую женщину на улице преследовали двое мужчин, но ей удалось побежать и оторваться от них. Она добе­жала до полицейского участка, который, как она знала, был не­подалёку.

Высокая степень активации СНС, в сочетании с доступ­ными этой женщине физическими и психологическими ре­сурсами, привели к формированию эффективного рефлекса бегства и успешному спасению. Активность СНС пришла в норму вскоре после прибытия в полицию.

Последствия травматического события иногда могут быть быстро разрешены, если оказана адекватная помощь и дос­тупен эмоциональный контакт, или если у человека есть для этого внутренние ресурсы, физические и психологические. ПТСР является признаком того, что СНС всё ещё находится в состоянии активации и готова реагировать на событие как на стресс и травму, даже если оно таковым не является. «Трав­ма свидетельствует, что нервная система мобилизовала тело для ответа на угрозу и не вернула тело к нормальному уров­ню функционирования» (см. Levine, 1992).

ПТСР как психофизическое состояние

Травма — это событие (т.е. изнасилование, нападение, хирургическая операция, авария) или серия событий (т.е. война, инцест, насилие в семье, пытки). Посттравматический стресс является психофизическим состоянием, форми­рующим реакцию человека на это событие, когда нервная си­стема не способна вернуться к нормальному уровню функ­ционирования.

ПТСР возникает, если под воздействием очень тяжёлой травмы или накопления травматического опыта нервная система приходит в такой дисбаланс, что по­вседневное нормальное функционирование оказывается нарушено. Симптомы, указанные в ДСМ-4 в связи с дисба­лансом в АНС при ПТСР, включают:
— трудности со сном,
— раз­дражительность,
— проблемы с концентрацией внимания,
— по­вышенный тонус,
— повышенный порог возбуждения (см. АРА, 1994).

К этому списку мы хотели бы добавить
— тяжёлую, ус­тойчивую, обычно диффузную тревогу,
— панические атаки, а также
— многие (если не все) фобии, особенно агорафобию (см. Levine, 1992).

Иллюстрация 5: Молодой мужчина обратился за помощью к пси­хотерапевту из-за стойких симптомов нарушения сна в сочетании со страхом оставаться одному ночью. Он чувствовал, что «ночью он исчезает». Он ходил босиком по холодному полу, принимал холодный душ, или гладил свою собаку, чтобы почувствовать, что он «здесь». В течение дня он испытывал трудности с концентра­цией внимания на работе. Эти симптомы появились вскоре пос­ле смерти его дяди. Стали появляться фрагментированные обра­зы его дяди, подвергающего его сексуальному насилию. Клиент надеялся, что эти образы были просто фантазиями.

Типичные симптомы ПТСР, демонстрирующие актива­цию и дисбаланс АНС, сочетаются в этом случае с образа­ми, которые могут относиться к забытому событию травмы. В такой манере обычно проявляется отсроченный дебют ПТСР.

Иллюстрация 6: Год спустя после аварии, молодая женщина была всё ещё не способна вернуться к работе. Физические травмы были вылечены, но она боялась садиться за руль. И даже когда она была пассажиркой, она покрывалась холодным потом, у неё начиналась дрожь и гипервентиляция. Дома у неё не возникали панические атаки, но она была беспокойна и легко возбудима.

Агорафобия с корнями в ПТСР. Здесь мы снова видим типичные симптомы активации АНС. Причиной этого состо­ яния видимо является авария.

Травматическое событие только провоцирует ПТСР, а не является его корнем: «прежде чем разовьётся ПТСР, должен произойти нейрофизиологический ответ на травму» (см. Scrignar, 1988). Корень ПТСР — это комбинация
— состояния АНС в момент травматического события (наличие или отсут­ствие дисбаланса в АНС из-за предшествовавшей неразре­шённой травмы),
— психологической интерпретации события (связанной с прошлым опытом) и
— физических и психологи­ческих ресурсов, доступных человеку на момент травмы.

Иллюстрация 7: Сильный человек, способный бороться, скорее всего, будет менее травмирован попыткой уличного ограбления, чем слабый пожилой человек или маленький ребёнок, у кото­рых недостаточно физических способностей к самозащите.

Доступные физические ресурсы отчасти зависят от уров­ня моторного развития человека: дети, лица с ограниченны­ми физическими возможностями и пожилые люди имеют меньше физических ресурсов, доступных им в ситуации травмы, из-за физических ограничений, связанных с возра­стом.

Человек может быть ещё более ограничен в физичес­ких ресурсах из-за
— слабого здоровья,
— недостаточной заботы о своём физическом состоянии, или
— подавленных моторных ресурсов.

Моторные ресурсы могут быть подавлены из-за
— задержки в развитии или
— ранее пережитого травматическо­го опыта.

Иллюстрация 8: Жертве изнасилования, неуспешно попытав­шейся оттолкнуть насильника, может быть ещё труднее оттолк­нуть атакующего снова. Мышцы, необходимые для отталкива­ния, становятся слабыми из-за «принятого решения» о том, что отталкивание не помогло или сделало ситуацию хуже.

Иллюстрация 9: Старший ребёнок или взрослый может иметь сниженную способность убегать из угрожающей ситуации (сни­женный рефлекс убегания) из-за прежней травмы, когда возмож­ность убегать была ограничена или воспринималась как неосу­ществимая, или если он не был ещё способен убегать (по уров­ню моторного развития), или если он вырос в среде, где бегство по какой-либо причине не одобрялось.

Психофизический подход к лечению ПТСР

Телесные психотерапевты, которые особым образом обу­чены
— анатомии,
— сенсорному осознаванию,
— физиологии стрес­са,
— психомоторному развитию и
— психологии развития имеют преимущество в лечении ПТСР.

Им доступны инструменты и знания как психотерапевта, так и телесного психотерапев­та. С точными знаниями о том, как тело и разум отвечают на стресс, они могут помочь страдающим от травмы излечить и тело, и душу.

Восстановление баланса в работе АНС

Основной инструмент для телесного психотерапевта в ра­боте с ПТСР — это уменьшение дисбаланса работы АНС через телесное осознавание. ПТСР сопровождают неприятные, иног­да пугающие физические ощущения:
— нервозность,
— беспокойность,
— тревога,
— нарушения работы сердца,
— головокружение,
— приливы жара,
— приливы холода,
— непостоянство температуры и пр.

Это всё симптомы дисбаланса АНС, которые могут воз­никнуть из-за травмы; некоторые из них — проявления акти­вации СНС, а некоторые — ПНС. Перенёсшие травму обычно хотят замаскировать или «избавиться» от этих ощущений, пре­рывая связь между телом и разумом с помощью:
— наркотиков,
— неистовой активности, даже
— само-деструктивного поведения.

Однако способ освободиться от этих симптомов — как раз в том, чтобы изучить их, сфокусировать на них внимание, а не убегать от них. В результате, к удивлению клиента, интенсив­ность этих ощущений обычно падает, со временем они исче­зают, и появляется ощущение самоконтроля.

Иллюстрация 10: Молодая женщина страдала от симптомов ПТСР — тяжёлых панических атак и агорафобии. После неко­торого обучения телесному осознаванию она испытала «самую ужасную паническую атаку в её жизни». Она смогла описать на языке тела течение этой атаки: что происходило с её дыханием, сердцебиением, мышцами, температурой, когда начиналась тре­вога. Она закончила рассказ так: «и тогда мне стало очень тепло во всём теле, и всё закончилось». Атака длилась всего 1-2 мину­ты. Она очень гордилась собой, это был первый раз в её долгой истории панических атак, когда она смогла проследить весь путь развития и завершения тревоги и поняла, что этот опыт длился очень короткое время. Она больше не боялась снова испытать паническую атаку, так как чувствовала, что может её контроли­ровать. И действительно, у неё больше не случались паничес­кие атаки, и ей стало проще справляться с приступами тревоги меньшей интенсивности, которые случались всё реже.

Следуя за телесными ощущениями и осознавая их, мож­но также прийти в контакт с неразрешённой травмой, кото­рая является их причиной. Часто когда телесное осознавание медленно и аккуратно налаживается, перенёсший травму кли­ент может начать испытывать физические импульсы, связан­ные с защитными движениями, которые он не мог завершить в ситуации травмы: бег, отталкивание, свёртывание, пр. Если дать ему возможность следовать за этими импульсами, он обычно будет демонстрировать некоторые симптомы актива­ции АНС, и если его поддержать в том, чтобы следовать за импульсом до его завершения, иногда активно, иногда с те­лесным осознаванием, то происходит снижение активации АНС и повышение ясности в отношении травматической си­туации (см. Levine, 1992, Jorgensen, 1992).

Диссоциация

Важной психофизической особенностью ПТСР, затрудня­ющей лечение, а иногда и диагностику, является диссоциация.

Диссоциация — это первая линия защиты человека в ситуа­ции травмы (см. Levine, 1992). Диссоциация подразумевает разделение или расщепление, и может затрагивать:
— полнос­тью или частично память о событии травмы,
— эмоции или эмо­циональное значение этого события,
— физические ощущения,
— движения,
— мускульную координацию, связанную с событием, а в крайних случаях и
— части тела (конверсионная истерия) или личности (множественная личность), вовлечённые в событие.

Иногда физические симптомы (т.е. боли, тики, онемение, необъяснимое с медицинских позиций) происходят из «забы­той» травмы. Мы использовали термин «забытый» в кавыч­ках, поскольку из наличия физических симптомов следует, что тело ничего не забыло!

Некоторые наиболее сложные случаи ПТСР связаны с диссоциацией событий, которые были или слишком ошеломляющими, или/и случились раньше, чем появилась способность их сохранить в вербальной памяти. Однако они остались в памяти тела в виде ощущений, обра­зов и символов.

Возрастает количество свидетельств тому, что то, что мы называем
— психозом,
— шизофренией,
— пограничным психозом, а также
— другие тяжёлые расстройства психики осно­вываются на ранней травме и могут быть в действительности случаями диссоциации при ПТСР. (см. Famularo, Kinscherff& Fenton, 1991; Herman, 1990 and 1992; Watson, 1989; Heins, Gray & Tennant, 1990).

Иллюстрация 11: У женщины с пограничным расстройством личности (см. DSM IV, 1994) были физические симптомы нео­жиданного упадка сил, истощения, которое она связывала с хирургической операцией, во время которой, как она подозрева­ла, она подверглась сексуальным домогательствам, находясь под анестезией. После некоторой работы с физическим ощущени­ем истощённости (которое, видимо, было воспоминанием тела об анестезии) она вспомнила факт сексуального насилия над ней в детстве, и позже поняла, что операция, хоть и была вторжением (как и всякое хирургическое вмешательство в силу необхо­димости), но не была связана с сексуальным насилием. Хирур­гическое вмешательство было воспринято ею так из-за диссо­циированной детской травмы.

Иллюстрация 12: Мужчина пожаловался на физический симп­том боли в руке. Он связывал эту боль со своим дискомфортом в контакте (при прикосновении), после чего он открыл, что был ограничен и в другой области контакта — в зрении. Боль в руке исчезла, когда по ассоциации всплыло такое воспоминание: в юности его ударили ножом в правый глаз, а он попытался за­щитить его рукой. Он почти полностью потерял способность видеть этим глазом. Рассказывая подробно это новое воспоми­нание, он покрылся холодным потом и начал дрожать (актива­ция АНС). Он не осознавал, что это событие травмировало его, и что его тело до сих пор было в состоянии травмы.

Узнать и принять мудрость тела

Очень важно помочь пережившему травму узнать и при­нять мудрость его тела. Симптомы ПТСР могут быть очень неприятными, особенно диффузная тревога и панические атаки, от которых многие страдают. Но в симптомах заложен ключ к излечению и разрешению травматического опыта. Большинство самых неприятных симптомов вызваны акти­вацией СНС. Это естественная защитная реакция тела на уг­розу, подготавливающая тело к бегству или борьбе. Однако, если эта реакция продлена, она становится дезадаптивной и может привести к психологическим и физическим болезням (см. Bloch, 1985). Реакция ПНС, обычно замораживание и омертвение, тоже может быть подходящим защитным меха­низмом, но имеет тенденцию служить не столько адаптации, сколько смирению с ситуацией (см. Wiepkema & Schouten, 1992).

Можно помочь пережившему травму понять его тело и телесные симптомы через телесное осознавание.(То есть, как обычно: клиент — неразумный ребёнок, а терапевт — заботливый отец) Через точ­ное осознание тела можно испытать импульсы силы и выжи­вания, которые есть в активации СНС. Фокусируя осознавание на симптомах, а не маскируя и не подавляя их, можно добиться их уменьшения. Фокусировка осознавания позволяет ассоциировать то, что было диссоциировано, помогает человеку быть целостным, а не фрагментированным.

Напри­мер, если принять симптом гипервозбудимости, его можно оценить как важный способ защиты.

Иллюстрация 13: Сорокалетняя женщина не могла говорить «СТОП» или «НЕТ», когда сталкивалась с романтическими на­мерениями мужчин. Она говорила, что мужчине достаточно при­коснуться к ней, и она теряла все силы к сопротивлению. Её руки опускались. 12-тилетней девочкой она подверглась физическо­му и сексуальному насилию, и не была достаточно сильной, что­бы оттолкнуть нападавшего. Во время работы с этой травмой ощущения вернулись в её руки и она смогла ими отталкивать. При последующих романтических встречах она могла говорить «НЕТ» и «СТОП», когда хотела, и даже смогла в буквальном смысле оттолкнуть агрессивного поклонника!

«Пере-принять» «иррациональные» решения

Та часть телесно-ориентированной психотерапии ПТСР, которая касается работы с психикой, включает помощь чело­веку в том, чтобы постепенно вспомнить травму и, что особен­но важно, забытые чувства, события и настроения, которые были до, во время и после события травмы. В этом ассоциа­тивном процессе центральное место занимает обнаружение решения, принятого во время или вскоре после травмы. В каж­дой травме всегда есть хотя бы одно забытое, обычно крити­ческое, жизненное решение (см. Ollars, 1992).

Примеры:
«Когда я злюсь, люди исчезают — значит, я никогда больше не буду злиться»
«Я больше никогда не буду счастлив»
«Если бы я не вышел из дома, ничего бы не случилось, — зна­чит, я больше никогда не выйду из дома»
«Я всегда должен быть настороже»
«Когда я забочусь о себе, происходит что-то ужасное»
«Я пожертвую карьерой, если выживу»
«Если я получу удовольствие, я испытаю боль»
«Я больше никогда не полюблю» И т.д.

Очень важно эти решения распознать. Хотя они были при­няты в травмирующей ситуации для выживания, они распрос­траняются на последующую жизнь человека и снижают её качество.

Решения, принятые под таким давлением, обладают своей «логикой травмы». Две и более идей сливаются, даже если они фактически не подходят друг другу. В результате — катастрофа, когда решение не только не срабатывает, но и отвлекает человека от его жизни. С не травмированной, объек­тивной точки зрения, эти решения могут показаться глупы­ми и ребяческими, но необходимо помочь пережившему трав­му ценить его логику в той травмирующей ситуации. Эти ре­шения принимаются исходя из доступных в тот момент ре­сурсов, а в травматических обстоятельствах ресурсы часто ограничены.

Например, человек решает: «я больше никогда не обра­щусь за помощью». Его боль была невыносима, когда его от­вергли, физически унизили или оскорбили. Но для жизни может быть губительным — стать неспособным обращаться за помощью, когда это необходимо.

Женщина может выжить в ситуации изнасилования, ос­таваясь тихой и замерев, но это ограничивает жизнь, если она замораживается каждый раз, когда нарастает стресс.

При работе с травмой недостаточно воскрешать потерян­ную информацию и излечивать тело. Также необходимо об­наружить решения, которые сделал человек в ситуации трав­мы, и помочь ему принять новые, более жизнеутверждающие решения.

Иллюстрация 14: Тридцатилетняя женщина переходила улицу, и в этот момент её сбила машина. Женщина сломала ногу. В мо­мент аварии она приняла решение: «Переходить улицу опасно, я больше никогда не буду этого делать». Она забыла (диссоции­ровала) это решение, переместив его в область бессознательно­го. Полтора года спустя, неожиданно и без видимой причины у неё парализовало ноги; она больше не могла ходить — в том чис­ле и через дорогу. Врачи не обнаружили медицинских причин паралича, и она обратилась к психотерапевту. Выяснив подроб­но анамнез, терапевт заподозрил, что паралич является симп­томом ПТСР, скорее всего возникшего вследствие аварии. В ходе терапии было обнаружено (ассоциировано) это решение боль­ше не переходить улицу. Психотерапевт помог женщине принять новое решение, буквально «пере-принять» прежнее, парали­зующее. Дальнейшая терапия была направлена на восстанов­ление подвижности с помощью специальных двигательных уп­ражнений.

Чрезвычайно важно обнаружить такие бессознательные решения. Понимание их и связывание с опытом всегда при­водит к уменьшению или даже устранению симптомов.

Психомоторное вовлечение

Травма создаёт особенный паттерн мышечного напряже­ния. Каждый паттерн индивидуален, но телесный психотера­певт, понимающий анатомию и способность мышц к реаги­рованию, может распознать мышцы, ставшие слабыми или перенапряжёнными. Обучение клиента тому, как пользоваться этими мышцами снова, расслабляя перенапряжённые и тре­нируя слабые, помогает не только улучшить здоровье и теле­сную гармонию, но также наладить связь тела и разума для воспоминания/ассоциирования травмы. Повторяя заблоки­рованные движения, человек, потерявшийся в травме, часто может запустить воспоминания и связанные с ней эмоции.

Иллюстрация 15: Сорокапятилетняя женщина испытывала па­нику почти каждый раз, когда занималась любовью со своим мужем. Исследование, включавшее телесное осознавание, выявило, что паника начиналась, когда она наклоняла голову на­зад, обычно перед оргазмом. В работе с этим движением она вспомнила, что подверглась физическому и сексуальному насилию в возрасте 15 лет. Мужчина напал на неё и удерживал её тем, что лёг на неё. Чтобы оттолкнуть его, ей приходилось выталки­вать тело вверх и сгибать голову назад для усиления действия рычага, как это делает борец. Этот травматический опыт всплы­вал с её мужем, когда она делала то же движение. В терапевти­ческой работе она училась двигать головой вперёд и назад, при­нимая ту тревогу, которая всплывала, набираться силы в руках, чтобы отталкивать. Также она прорабатывала другие физичес­кие и эмоциональные аспекты нападения.

Иллюстрация 16: Молодой человек испытывал тошноту во вре­мя тренировок в спортзале, особенно когда двигались его три­цепсы, которые были слабые и дряблые. В терапии при работе с этими мышцами (в упражнениях с отталкиванием) тошнота вер­нулась. Со временем он вспомнил, что в возрасте 10 лет на него напал мальчик постарше и, прижав к земле, ограбил его. Тогда он не был достаточно силён, чтобы оттолкнуть обидчика. Муж­чина вспомнил свой вывод о том, что он никогда не сможет от­ толкнуть обидчика; он сдался. В терапии он смог приобрести силу и уверенность в своей способности отталкивать руками. Когда он добился этого, тошнота, которую он испытывал на тре­нировках, исчезла.

Психомоторная работа может также помочь восстановить рефлексы, которые были потеряны, диссоциированы, или от которых отказались вследствие травмы. Когда ориентировка (определение источника угрозы) не помогла избежать трав­мы, часто «замораживается» шея. Естественный рефлекс бег­ства может быть подавлен, если человек не смог убежать. Ра­бота с подавленными рефлексами (бегства, борьбы, ориенти­ровки, пр.) всегда активирует АНС и должна проводиться с большой осторожностью. Но восстановление этих рефлексов в ходе аккуратной работы с телом и психотерапии дадут пе­режившему травму телесный якорь восстановленной способ­ности к инстинктивному реагированию (см. Jorgensen, 1992, Ollars, 1992).

Иллюстрация 17: Молодая женщина чувствовала тревогу всякий раз, когда ей нужно было принимать решение. Она не могла от­личить важное решение от незначительного. Она оказывалась сбитой с толку, слабой, её бросало в холодный пот, когда она сталкивалась даже с самыми простыми задачами. Несколькими годами раньше, в позднем подростковом возрасте, она была единственным свидетелем тяжёлой автокатастрофы на сельской дороге. Она не могла решить, бежать ли за помощью (в 15 ми­нутах от места аварии) или пытаться вытаскивать выживших, находившихся в машине без сознания. Она движениями описывала свою внутреннюю борьбу при принятии решения. Она при­няла решение бежать за помощью, так как была маленькой и быстрой, но не очень сильной. Когда она вернулась на место аварии с полицией, она с ужасом выяснила, что за время её от­сутствия одна машина загорелась и все находившиеся внутри погибли.

Медленная работа с телесными симптомами, которые пробуждались при принятии решений, и аккуратное исследова­ние психологических последствий помогли ей простить себя и признать, что она приняла единственно верное решение в тот момент. Постепенно она смогла отделить тот чрезвычайный слу­чай от текущих ситуаций принятия решений. Она научилась раз­личать степень важности различных решений (ведь не все ре­шения касаются жизни и смерти); это позволило ей впервые за многие годы принимать решения без физических или эмоцио­нальных затруднений.

Телесная психотерапия может быть полезным дополнением другого вида лечения

Психологические трудности, возникающие в результате травм развития (дисфункциональные семьи, школьные про­блемы, пр.) и в результате шоковой травмы нужно разрешать с помощью разных подходов.

Наиболее эффективными спо­собами работы с травмами развития являются конфронтация — и интенсификация (углубление) возникающих эмоций. Кон­фронтация при работе с шоковой травмой может привести к дальнейшей травматизапии клиента, а поощрение в усилении переживаний эмоций к эмоциональному кризису (см. Marcher & Levine, 1992).

Телесная психотерапия как самостоятельная психотерапев­тическая модальность может быть использована для работы с обоими видами травм. Она также может стать эффективным дополнением при использовании психотерапии других модаль­ностей. Психиатр, психолог или психотерапевт может напра­вить своего клиента с ПТСР или другими, связанными с телом травмами/проблемами, к телесному психотерапевту. При этом он может сопровождать своего клиента на эти сессии для обес­печения его поддержки ввиду сформировавшихся у них отношений переноса (так же, как мать может сопровождать своего ребёнка на приём к доктору).

Можно также перемежать регу­лярные терапевтические сессии с периодическими сессиями у телесного психотерапевта, интегрируя новый материал в работе в привычной для клиента модальности.

Заключение

Нарушение согласованности работы нервной системы, являющееся признаком ПТСР, может быть с успехом облег­чено, что даёт пережившему травму возможность вспомнить и интегрировать значение травмы в свою жизнь. Минималь­ный результат — это восстановление дотравматического уровня функционирования — физического и психологичес­кого. Однако наиболее часто развивается множество новых ресурсов, так что клиент чувствует общее повышение способ­ности совладания с жизненными ситуациями.

РЕКОМЕНДОВАННАЯ ЛИТЕРАТУРА

American Psychiatric Association. DSM-IV Diagnostic and Statistical Manual o f Mental Disorders Fourth Edition (Washington, D.C.: American Psychiatric Association, 1994).

Bloch, G., Ph.D. (1985). «Body and Self: Elements of Human Biology, Behaviour, and Health» (William Kaufmann, Inc.. California, USA).

Famularo, R., M.D., Kinscherff, R., Ph.D., & Fenton, Т., Ed.D. (1991). «Post-Traumatic Stress Disorder among Children clinically Diagnosed as Borderline Personality Disorder». The Journal of nervous and Mental Disease, Vol. 179, N o.7.

Heins, Т., Gray, А., & Tannant, М. (1990). «Persisting Hallucinations Following Children Sexual Abuse». Australian and New Zealand Journal of Psychiatry, Vol. 24.

Herman, J., M.D. (1992). «Trauma and Recovery». Basic Books, USA.

<и>Herman, J., M.D.</и> (1990). «Borderline Personality Disorder: a PostTraumatic Stress Disorder». Conference on Borderline Personality Disorder: Diagnosis, Etology and Treatment, Amsterdam.

Jorgensen, S. (1992). «Bodynamic Analytic Work with Shock/PostTraumatic Stress». Energy & Character 23(2). См. в настоящем сборни­ке статей (прим. редактора).

Levine, P., Ph.D. (1992). «Transforming Trauma, Giving the Body Its Due». In Giving the Body Its Due (Suny Series) (New York: State University o f New York Press).

Marcher, L., & Levin, P., Ph.D. (1992). «Developmental and Shock Trauma». Body-Psychotherapy of the Art of Contact. Verlag B. Maul, Berlin, Germany.

Ollars, L. (1992). «Bodynamic Analytic Work with Assault and Abuse». Energy & Character 25(1). См. в настоящем сборнике статей (прим. редактора).

Scrignar, С .В., M.D. (1988). Post-Traumatic Stress Disorder: Diagnosis, Treatment and Legal Issues. Bruno Press, Louisiana, USA.

Watson, Paddy Burges, MRC Psych. (1989). «А Tormented Mind: clinical and Theoretical Im plications of Overwhelming Life Events». Australian and New Zealand Journal of Psychiatry, Vol. 23.

Wiepkema, P.R., & Schouten, W. (1992). «Stereotypes in Sows during Chronic Stress». 2nd European conference on Traum atic Stress, Psychotherapy and Psychosomatics, Vol. 57.

 

https://healthy-back.livejournal.com/

 

Опубликовано Оставить комментарий

Продолжительность жизни людей с психическими расстройствами на 8-20 лет короче.

Возможно, это изображение 1 человекПродолжительность жизни пациентов с тяжелыми психическими заболеваниями на 8-20 лет короче в сравнении с населением в целом [pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/21611123] [pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/23694688]. Этот разрыв в значительной степени обусловлен хроническими заболеваниями, особенно сердечно-сосудистыми и респираторными заболеваниями [pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/31569326].
У 32% пациентов с большим депрессивным расстройством средней и тяжелой степени ремиссия наступает только благодаря вмешательствам в питание. Физическая активность в ряде случаев может быть столь же эффективной, как антидепрессанты и психотерапия, в улучшении симптомов депрессии. Большинство пациентов с шизофренией страдают расстройством сна, причем плохое качество сна ассоциируется с более высоким уровнем тяжести симптомов. Курение у людей с психическими расстройствами является независимым фактором риска самоубийства, а прекращение курения может привести к снижению потребности в определенных дозах лекарств на 30-50%. В 2014 году
в систематическом обзоре сообщалось, что у людей, которые бросают курить, отмечается снижение тяжести депрессивных и тревожных симптомов и улучшение психического здоровья [pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/31569326].»
Дмитрий Веремеенко
Опубликовано Оставить комментарий

39 характеристик людей с посттравматическим стрессовым расстройством покинутости.

Возможно, это изображение 1 человек и текст «39 характеристик людей с T посттравматическим стрессовым расстройством покинутости (Susan Anderson)»1. Сложность в образовании отношений первостепенной важности.
2. Навязчивая тревога, которая мешает вашей любовной и социальной жизни, а также достижению целей.
3. Склонность на повторяющейся основе подвергать себя переживанию ситуаций или отношений с другими людьми, которые приводят к очередной утрате, отвержению или травме.
4. Стыд – любое ощущение отвержения или неудачи может запустить глубоко укорененные чувства стыда.
5. Сложности с доверием.
6. Склонность к самопораженческим паттернам поведения, которые саботируют вашу любовную жизнь, цели или карьеру.
7. Тревога во взаимодействиях с авторитетными фигурами.
8. Яркие воспоминания о травматических сепарациях и других событиях.
9. Наоборот, частичная или полная блокировка воспоминаний о детских травмах.
10. Навязчивая активация эмоциональных воспоминаний из ситуаций утрат в детские годы — т.е., переживание беспомощности, уязвимости и ужаса — и неспособность вспомнить изначальное событие.
11. Низкая самооценка, отсутствие здорового ощущения собственных прав, тревога относительно своих способностей справляться с задачами.
12. Ощущение эмоциональной отстраненности, т.е., онемение чувств в отношении нынешних или прошлых утрат и разрыв связей.
13. Наоборот, сложность с тем, чтобы отпустить бывшего партнера, сложность с тем, чтобы освободиться от ощущения отверженности, тоскливого желания и сожалений.
14. Сложности с тем, чтобы прекратить пережевывать конфликт с другим человеком, разочарование и т.д.
15. Эпизоды самодеструктивного поведения или пренебрежения собой.
16. Сложности с тем, чтобы выносить обычные подъемы и спады в близких отношениях (а также склонность к чрезвычайному реагированию на них).
17. Склонность застревать в тупиках — сложность с проработкой конфликтов с другими людьми.
18. Крайняя чувствительность к воспринимаемому отвержению, исключенности или критике.
19. Колебания эмоционального маятника между страхом поглощения и страхом покинутости: т.е., с одной стороны вы чувствуете, что на вас «надвигаются стены», если кто-то слишком сильно сближается с вами, а с другой стороны вы чувствуете неуверенность в себе и голод по любви — что висите над пропастью покинутости — когда больше не испытываете уверенности в любви другого человека.
20. Склонность безнадежно «болтаться на крючке» у эмоционально недоступного партнера.
21. Наоборот, склонность «остывать» и «терять связь», непроизвольно закрываясь в романтическом и сексуальном плане от партнера, который полностью готов к сближению.
22. Эмоциональная анорексия или эмоциональная булимия: сложность прочувствовать нежность и физическое утешение, которое предоставляет полностью открытый партнер, т.е., вы «держите его на расстоянии» или «отталкиваете».
23. Склонность к эмоциональному похмелью ‘на следующее утро’ после контакта с бывшим партнером.
24. Сложность с называнием собственных чувств или сортировкой эмоционального тумана.
25. Абандофобия – склонность избегать близких отношений в целом, чтобы избежать покинутости.
26. Наоборот, склонность поспешно бросаться в отношения и слишком быстро цепляться.
27. Сложность с отпусканием, потому что вы эмоционально приклеиваетесь как клей момент даже тогда, когда знаете, что этот человек вам вреден.
28. Избыточная потребность в контроле, будь то потребность контролировать поведение и мысли других людей, или поддержание чрезмерного самоконтроля; потребность в том, чтобы все было идеально и делалось по-вашему.
29. Наоборот, склонность создавать хаос через избегание ответственности, прокрастинацию, передачу контроля другим людям, устраивание неразберихи и ощущение потери контроля.
30. Обостренное ощущение ответственности за других, за их спасение и потребности, даже если никто их не озвучивал.
31. Склонность к нереалистичным ожиданиям от других вкупе с обостренными реакциями на несоответствие этим ожиданиям.
32. Самоосуждение и самокритика: нереалистичные ожидания от себя самого.
33. Угодливость – избыточная потребность в принятии или одобрении, которая ставит вас в ситуацию неравенства и недостатка взаимности в отношениях.
34. Реакция испуга на гнев других людей, из-за которой вы непреднамеренно оказываетесь в ситуациях, где другие не уважают или даже «контролируют» вас.
35. Проблемы созависимости, при которых вы слишком много себя отдаете другим, ставите их на первое место и не получаете достаточно в ответ.
36. Склонность к импульсивным действиям, неспособность нажать на тормоза, даже когда вы осознаете негативные последствия.
37. Склонность к непредсказуемым вспышкам гнева, иногда сжигание мостов в отношении важных социальных связей.
38. Наоборот, склонность к недостаточной реакции на гнев из страха обрыва связей или из непереносимости ситуации, где вы не вызываете симпатии.
39. Негативный нарциссизм – чрезмерная озабоченность самокритикой и беспокойство о том, как вас воспринимают другие.
Перевела Юлия Моталова
Материал https://www.huffpost.com/