«Обидеть нельзя, можно обидеться», «обида — следствие неадекватных ожиданий», «обида — это манипуляция». Знакомые штампы?
Обиде в последнее время не повезло. Сложно сказать, почему — но обиду вычеркнули из списка «легальных» человеческих переживаний и стали рассматривать как чувство вредное, деструктивное, «рэкетное», а человека обидевшегося — чуть ли не как агрессора.
Особенно эту тему полюбили почему-то эзотерики: статьям с советами, как избавляться от обиды в себе и никогда больше не допускать это чувство в свой прекрасный внутренний мир, — нет числа на порталах популярной психологии с уклоном в духовные практики.
Для начала небольшой экскурс в историю. В уравнивании обиды с манипуляцией «виноваты», я полагаю, популяризаторы Э. Берна, который описал некоторое количество игр, связанных с манипуляциями чувством вины.
Фраза «обидеть нельзя, можно обидеться» — принадлежит Эрнесту Холмсу, основателю движения «Наука разума», который в своей книге «Сила мысли» написал следующее:
«Ранимость — это не слабость, а диагноз. Не позволять никому и ничем задеть ваши эмоции означает не позволять самому себе почувствовать обиду. Помните о том, что невозможно обидеть; можно — обидеться».
Товарищ приобрел немало последователей, в том числе среди любителей НЛП, но был он не психологом, а религиозным философом весьма радикального толка. Концепция, в которой обида рассматривается как искажение восприятия, маркер неадекватных ожиданий — принадлежит отечественному ученому Ю.М. Орлову, автору теории саногенного (здорового) мышления и книги про обиду — на мой взгляд, полезной и увлекательной.
В ней автор описывает механизм обиды как реакцию на несоответствие реальности ожиданиям, но нигде не клеймит обиду как деструктивное чувство, и даже подчеркивает вред от подавления и намеренного скрывания обид, выступает за экологию общения, призывает сообщать другим о своих переживаниях.
Как же так получилось? Каким образом существующие психологические концепции были подхвачены, переиначены и вписаны в идею саморазвития через устранение якобы «негативных» чувств из внутреннего мира?
Меня смущает (и обижает) эта тенденция. Я не могу считать вредными никакие чувства, возникшие в процессе эволюционного и социального развития человека. Давайте разберёмся.
Прежде всего, обида — чувство, возникающее в результате социализации. Младенец, который не может удовлетворить свою потребность — испытывает только злость. Для появления обиды внутренняя реальность должна стать более сложной: в ней должна появиться ценность отношений с другим человеком.
Обида — комплексное переживание, включающее и жалость к себе, и злость на обидчика, и, что важно, удерживание этой злости противоположной тенденцией — любовью или, как минимум, идеей ценности отношений. Слишком противоречиво? Да.
Мир человеческих переживаний — бывает сложным, неоднозначным, и подразумевает, что человеческая психика способна справиться с амбивалентностью: что можно испытывать к одному объекту разные чувства. Упрощение, огрубление чувств — маркер нарушения психического развития, и, наоборот, чем здоровее человек — тем более тонкие, сложные и неоднозначные переживания ему доступны.
Что будет, если не удерживать злость? Человек будет если не сразу убивать, то по меньшей мере разрывать отношения при малейшем несоответствии ожидаемого реальному.
А как насчет того, чтобы сразу принимать другого как есть? Это хорошая идея, но слишком абстрактная. Чтобы принимать тебя как есть — надо для начала понять, какой ты есть. Идея, что человек может знать и принимать что-то заранее — это идея всемогущества.
Живые люди мало что знают заранее, не стесняются включать естественную функцию отвращения, и, если не отравлены идеей «всепринятия» — дают себе возможность узнать другого в процессе отношений. Обида появляется из неадекватных ожиданий, но дело в том, что наши ожидания в отношении друг друга никогда не могут быть полностью адекватными, а восприятие — полностью свободным от проекций. Восприятие другого человека — неизбежно строится на проекции, которую еще предстоит проверить в общении.
А если уж говорить о близких отношениях, то неизбежный этап влюбленности, который и позволяет людям удержаться рядом за счет сильного влечения друг к другу — подразумевает слияние со своими проекциями. Первая обида в отношениях — это первый шаг для перехода от блаженного слияния к узнаванию другого человека, и через это узнавание — к более зрелым отношениям.
Таким образом, обида — это возможность сделать паузу и отрегулировать межличностное взаимодействие, разобравшись в своих ожиданиях и реакциях другого. Да, реакциях другого на мою обиду — в том числе. Как быть с тем, что обида — вызывает какие-то реакции, а значит, может рассматриваться как манипуляция?
Но коммуникативный аспект — есть у любой эмоции. Выражение эмоции во внешнем виде и поведении — древнейший способ коммуникации, позволяющий и животным, и людям регулировать своё общение с сородичами. В этом смысле любое эмоциональное влияние на другого человека можно рассматривать как манипуляцию.
Люди в общении неизбежно наблюдают друг за другом, посылают эмоциональные сигналы, считывают ответные эмоциональные реакции — и таким образом выстраивают отношения и дистанцию в отношениях. Словами, как известно, передается менее 30% информации. По моему мнению, говорить следует не о деструктивности обиды самой по себе, а о деструктивных или конструктивных коммуникациях, которые человек выбирает, оказавшись обидчиком или обиженным.
Если обиженный не говорит, на что он обиделся, не позволяет искупить вину (или обижается без поступка, для удовольствия видеть чужую вину и ощущать собственную власть над ситуацией), не дает возможности договориться — можно говорить об обиде как привычном способе разрушительной коммуникации.
Если человек в обиде доступен для контакта (либо ясно заявляет о необходимости побыть одному некоторое время), явно обозначает связь своей обиды с поступком другого, и в принципе договороспособен — обвинение его в манипулятивном поведении, увы, будет манипуляцией. Поскольку отрицание права другого человека на собственные чувства — на мой взгляд, самая злостная манипуляция из всех возможных.
Некоторые люди опасаются выглядеть обиженными, поскольку считают демонстрацию обиды — демонстрацией слабости. Да, показывая обиду — мы показываем свою уязвимость. И мы действительно уязвимы во всём, что связано с нашими ожиданиями от других людей, с нашими потребностями в других.
Но сильный, адаптированный к миру человек отличается не тем, что ему никто не нужен, а способностью восстанавливаться и справляться с разочарованиями. Идея силы как абсолютной неуязвимости — иллюзорная идея, делающая человека, с одной стороны, нечувствительным, а с другой — очень хрупким. Риск открыться и столкнуться с отвержением — для такого человека будет равносилен краху всей личности.
Истинно сильный человек не боится как показаться слабым, так и обмануть ожидание своей слабости, если этого требует ситуация.
История
https://psychologytoday.ru
Рубрика: Методики преодоления
Максим Стефаненко. Преодолеем последствия психологической травмы вместе.
В современном мире многие из нас подвергались воздействию травмирующих факторов. Травмирующими факторами могут быть распространенные сегодня травмы военных действий или травмы физического насилия. Стоит отметить, что большинство травм в нашей жизни мы получаем, находясь в потенциально неопасной обстановке. По некоторым оценкам в США количество жертв насилия в семье составляет более 50% от общего уровня жертв насилия. Такие вещи как разрыв отношений, потеря близкого человека, разрушенные мечты и потеря здоровья могут нести очень большой уровень травматизации, а иногда, и так называемой, инвалидизации личности. Здесь и далее, упоминая слово травма, мы будем обсуждать одно из ее самых распространенных последствий, а именно посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР).
Находясь в поле высокого уровня травматизации, нам следует понимать, что из себя представляет травма и как с ней справляться, чтобы не испытывать дискомфорта в жизни.
Любое травматическое событие по влиянию на нас имеет нечто общее, а именно, искажения нашего восприятия окружающей действительности, мыслей о себе и о своем будущем. Это ведет к изменению нашего мышления, поведения и как следствие всего нашего образа жизни. В этом случае наиболее вероятным исходом в поведении человека становится развитие защитного поведения, направленного на избегание любых напоминаний о травмирующей ситуации. Люди, которые сталкивались с последствиями психологической травмы, отмечают, что последствия могут настолько укорениться в нас, что порой, становятся преобладающей частью нашего сознания и делают нас зависимыми от травмы.
На сегодняшний день в мире существует множество толкований путей излечения психологической травмы. Мощными толчками в исследовании этой темы послужили первая и вторая мировые войны и высокий уровень бытового насилия в наши дни. В результате масштабных исследований были выявлены общие закономерности в разных подходах в травмотерапии.
Во-первых, стоит обратить внимание на критерии, по которым диагностируется ПТСР. К числу главных диагностических критериев ПТСР принадлежат:
- Повторяющиеся воспоминания о пережитом травматическом событии, сопровождающиеся повышенным ощущением стресса.
- Флешбеки. Внезапно всплывающие воспоминания в похожих на травмирующих условиях, неконтролируемые нами. Все выглядит так, как будто мы вновь оказались в травмирующей ситуации.
- Ночные кошмары, отсутствие сна, беспокойный сон.
- Сильная эмоциональность при напоминании о травмирующем событии.
- Сильные физические (физиологические) реакции при воспроизведении в памяти травмирующего события.
Важно знать, что люди, находящиеся в состоянии ПТСР, как правило склонны к депрессии и к употреблению наркотических веществ и алкоголя для подавления симптомов ПТСР, которые доставляют им большой дискомфорт.
После диагностики большинство специалистов выделяют три ключевые стадии восстановления от травмы.
Безопасные отношения
На мой взгляд наиболее эффективный метод преодоления травмы — это работа со специалистомпсихологом, который имеет четкое представление о методах восстановления психического здоровья человека. Наравне с этим очень важна поддержка родных и близких, значимых людей в жизни пострадавшего человека. Наличие понимания ситуации и состояния человека со стороны других людей является очень мощным стимулирующим к выздоровлению фактором. На данном этапе важным является создание доверительных отношений клиент-психотерапевт. Параллельно в начале терапии следует привлекать родственников травмированного человека для проведения разъяснительной работы и объяснения им важности правильной и своевременной поддержки для их близкого человека.
Человеческое взаимоотношение является ключевым параметром в терапии ПТСР. Именно люди способны исцелить то, что повредили другие люди. Тепло, забота и понимание исцеляют и приносят долгожданное облегчение.
Воспоминания и переживание травмы
После стабилизации состояния мы переходим ко второму этапу терапии. На данном отрезке исцеления важно вспомнить в мельчайших деталях травмирующую ситуация и пережить ее вновь при поддержке психотерапевта с последующей корректировкой наших выводов о том, что же с ними случилось и как это повлияло на нас. Очень важно полное погружение в травмирующую ситуацию с воссозданием эмоций, которые сопровождали человека в ней. Наличие эмоций будет свидетельствовать о полноте повторного переживания и как следствие о переработке этих воспоминаний. Нам важно, чтобы человек, вспоминая раз за разом это событие в присутствии терапевта, смог научиться по-новому смотреть на травмирующую ситуацию.
Новый взгляд формируется с целью закрытия этого события. Мы стремимся закрыть на ключ дверь в волнующую нас травматическую ситуацию. Именно так мы получаем контроль над этой «травматичной» комнатой. Именно держа в руках ключ, и понимая, что за закрытой дверью находится то, что мы способны контролировать, мы достигаем стабилизации и исцеления. На практике эта метафора обретает вид написанного человеком письма или нарисованной картины, в которых он описывает все, что с ним произошло с новым осознанием того, что теперь все не так, теперь он в безопасности, теперь он способен оставить весь этот тяжелый груз и идти с легкостью дальше. Совместно психотерапевт и клиент пишут это письмо, слушают его, видят его, обговаривают его.
Это своего рода оплакивание случившегося горя помогает оставить его в прошлом и открывает путь в будущее. Ситуация завершается. Письмо содержащее историю травмы можно сжечь, тем самым символизируя освобождение от всего того, что так сильно мучило нас. Весь этот процесс имеет свою структуру и подчиняется определенным правилам, именно по этому так важно провести его со специалистом.
Восстановление связей
Ничто не проходит бесследно. Последствия перенесенного ПТСР могут быть весьма тяжелыми. Социальная дезадаптация и уход от привычного образа жизни, нарушение физического здоровья и социальных связей, чувство незащищенности — все это может быть следствием перенесенной травмы.
На последнем этапе исцеления человек учится по-новому войти в мир уже с пониманием того, что он не такой как был когда-то, что и мир, и человек изменились.
Желание человека восстановить прежние кондиции и выйти на новый уровень будет отличной мотивацией для него, а помощь психотерапевта в плавном и своевременном вхождении в социум будет сверхценна. На данном этапе возможно образование групп людей с перенесенным ПТСР для большей поддержки со стороны понимающих ситуацию людей. Ряд исследований показывают, что групповой формат последнего этапа терапии чрезвычайно эффективен. В группе человек получает необходимый уровень поддержки и понимания, трудности преодолеваются легче, а главное, именно в группе возможно образование новых социальных связей и отработка новых социальных навыков.
Следует отметить, что мы можем обработать травму и научиться жить с ней по-новому, мы можем стать сильнее и мудрее, но травма будет с нами всегда. Цель хорошей психотерапии показать травмированному человеку, что с ним произошло, понять, что все закончилось и отпустить это, и помнить, что это всего-лишь часть нашего прошлого, которое не должно влиять на наше будущее.
Источник: https://psy-practice.com/publications/travmy/preodoleem-posledstviya-psikhologicheskoy-travmy-vmeste/ При копировании материалов, ссылка на источник обязательна © psy-practice.com
Позитивное мышление делает нас несчастными?
Адепты позитивного мышления предлагают относиться к любой, даже очень тяжелой жизненной ситуации как к подарку. Но у позитивного мышления есть обратная сторона: запрещая себе негативные мысли, мы можем загнать себя в тупик.
Быть позитивным любой ценой?
Верьте и вам воздастся

Думать о плохом тоже важно
http://www.psychologies.ru
