Как жить в постоянной тревоге и не сойти с ума.

Тревожность: что ее усугубляет и как понизить ее уровень?

Постоянное беспокойство, приступы паники, страх перед безопасными предметами или миром в целом — если подобные состояния длятся слишком долго и случаются подозрительно часто, стоит обратиться за помощью. Похоже, это одно из тревожных расстройств.

Как появляется постоянная тревога?

Маргарита и ее страхи

С семи лет Маргарита не помнит себя без постоянного волнения и тревоги. Все началось, когда у ее отца диагностировали шизофрению.
«Мама боялась, что этот диагноз достанется мне по наследству, — рассказывает девушка. — Мы тщательно скрывали папину шизофрению от всех, кроме самых близких родственников. Я жила в постоянном страхе за себя и за него, мечтала кому-то рассказать, что случилось с папой и как это повлияло на меня, но так и не решилась».
Маргарита вспоминает: отца, его диагноз и саму себя она боялась больше всего, а в своем поведении искала признаки начинающегося заболевания. И хоть оно ей не передалось, говорит Маргарита, «многолетняя тревога лишила меня сил, и пару лет назад я провалилась в глубокую депрессию».
Окончив школу с золотой медалью, отчислившись из двух вузов и поступив в третий, Маргарита решилась обратиться за помощью. Психиатр диагностировал у нее тревожно-депрессивное расстройство.

Московская затворница

Лена старается как можно реже выходить из квартиры, а перед каждым рабочим совещанием, по ее словам, буквально обливается холодным потом.

«Я не помню себя без постоянных страхов и тревог»

«В детстве меня дразнили трусихой и плаксой, у меня всегда дрожали руки, а любой стресс выбивал почву из-под ног. Мало что изменилось», — говорит она.
В 27 лет Лене поставили диагноз «тревожное расстройство личности».
«Не могу назвать себя общительным человеком, хотя мне всегда хотелось, чтобы вокруг было много людей, искренне любящих меня, безопасных. Я пыталась вливаться в компании, но это всегда заканчивалось плохо. Я старалась все делать по правилам, которые, казалось бы, были в этих коллективах, но рано или поздно сталкивалась с конфликтами и обесцениванием. Это выбивало меня из колеи. Я тут же убегала. Несколько раз увольнялась, хотя была на неплохом счету у начальства», — вспоминает Лена.
Лена живет в Москве, но мечтает переехать куда-нибудь, где будет потише. Никак не может решиться, признает она. Как только появляется реальная возможность сделать этот шаг, Лена запирается дома, звонит двум близким подругам и старается поскорее выбросить мысли об отъезде из головы.

Какими бывают тревожные расстройства?

В 2017 году Американская психиатрическая ассоциация заявила, что то или иное тревожное расстройство есть у каждого третьего взрослого человека. По данным других исследований, с подобными ментальными нарушениями сталкиваются от 21 до 50% населения в возрасте от 18 до 65 лет. В 2020 году из-за пандемии коронавируса число людей, обратившихся за помощью к специалистам из-за постоянной тревоги, резко возросло. Только в России оно увеличилось на 40%.
Распространенность тревожных расстройств и их многообразие могут ввести в заблуждение не только своих носителей, но и специалистов. В Международной классификации болезней (МКБ-10) существует целый список тревожных нарушений работы психики. Среди них есть паническое тревожное расстройство (непредсказуемые панические атаки), генерализованное тревожное расстройство (постоянная сильная тревога вплоть до дрожи, пота, слабости, головной боли) и ряд других. К ним же относится тревожно-депрессивное расстройство, с которым живет Маргарита.
Тревожное расстройство личности (ТРЛ) выделяется специалистами отдельно и связано с качественными изменениями самой структуры психики человека.

непрекращающееся беспокойство становится основой характера его носителя

Такое расстройство диагностировано у Лены. МКБ-10 относит его к так называемому классу специфических личностных расстройств. Тревога, мрачные предчувствия, ощущение небезопасности, у которых нет четкой точки старта в личной истории человека, — его основные признаки.
От 10 до 50% людей с паническим расстройством и от 20 до 40% социофобов живут и с ТРЛ. Также оно характерно для 45% носителей генерализованного тревожного расстройства.
«Тревога — нормальная эмоция. Она мобилизует нас, заставляет действовать в стрессовой ситуации, — поясняет психолог Леонид Кулик. — Но когда тревога не адекватна обстоятельствам, не возникает вследствие физиологических нарушений, ее слишком много, а держится она очень долго, скорее всего, речь идет именно о расстройстве».
Еще одна группа — фобические тревожные расстройства, или боязнь конкретных ситуаций и предметов, не представляющих реальной опасности. Широко распространены, к примеру, клаустрофобия (страх перед замкнутым пространством), арахнофобия (боязнь пауков), социофобия (страх внимания со стороны других людей, в том числе страх публичных выступлений).
Фобические расстройства относительно просты для диагностики, но с остальными сложнее. Они обладают схожими признаками, потому постановка диагноза может потребовать времени.

Почему не стоит заниматься самодиагностикой?

Человек может заподозрить у себя тревожное расстройство. Постоянную тревогу и страх сложно не заметить.
«Простой пример. Компания друзей, у одного пропадает кошелек. Вы знаете, что ничего не крали, но очень боитесь, что подумают именно на вас», — поясняет психолог.

«Если во всех ситуациях из серии “то ли лыжи не едут, то ли я не прав” все сомнения разрешаются в пользу своей ненормальности, очевидно, что уровень тревоги очень высок»

«И это может выматывать настолько, что человек погружается в депрессию, ощущает упадок сил и самооценки, подавленность».
Право ставить конкретный диагноз должно остаться за специалистом. Это тот самый случай, когда попытка самодиагностики, скорее, всего приведет к «болезни второкурсника медвуза» — человек найдет у себя в организме всю медицинскую энциклопедию.
«Тревожный человек, начитавшись статей в сети, часто начинает, например, думать, что он перверзный нарцисс или психопат. Но как раз люди с такими диагнозами в последнюю очередь задумываются, что с ними что-то не так», — говорит Леонид Кулик.

К какому специалисту обратиться в первую очередь?

Самый сильный депрессивный эпизод «выключил» Маргариту на три месяца.
«И я пошла к психиатру, — рассказывает девушка. — Мы подобрали удачную комбинацию препаратов, и сейчас я чувствую себя человеком. Врач предложил мне обратиться к психотерапевту. Первая попытка была неудачной, но со второй удалось найти специалиста, с которым мне комфортно».
Тем же путем прошла и Елена. Обе девушки утверждают: сочетание медикаментозного лечения и психотерапии помогло им снизить тревогу, лучше понимать себя, а также меньше бояться контактов с окружающими людьми.

«Существует несколько подходов к работе с тревожными расстройствами, — поясняет Леонид Кулик. — Например, кому-то будет достаточно когнитивно-поведенческой терапии. С ее помощью человек изучит свой “тревожный механизм”, обнаружит его “спусковые крючки”, сможет найти новые способы справляться с ситуациями, которые раньше выбивали из колеи. А различные виды групповой терапии помогут встретиться с другими людьми, проанализировать свою реакцию на них, получить новый опыт взаимодействия».
Главное, по словам психолога, — постепенно прийти к осознанности и ответственности за себя и свое поведение. Тревога может быть и защитным механизмом, вышедшим из-под контроля, и, например, инструментом давления на близких людей.
«Человек может прятаться в своем состоянии, а может его использовать. Вспомните волнующихся мам, у которых давление сразу подскакивает, если их уже взрослые дети что-то делают не так. Исследуя свой образ жизни и себя самого, человек начинает лучше понимать, что с ним происходит, учится принимать инаковость других и данности жизни».

Что делать, если у вас или вашего близкого тревожное расстройство?

После постановки диагноза Лена получила точку опоры, а ее состояние — имя, способное объяснить, что с ней происходит.
«Хорошо, что есть термин, который обозначает мою особенность, — поясняет Лена. — Это дает мне устойчивость, понимание, что я не одинока в своей ситуации, что с ней можно работать, потому что в терапевтической практике уже довольно много опыта, связанного с корректировкой ТРЛ».
Главным фактором, помогающим справиться с проблемой, обе героини считают поддержку со стороны их близких. «Меня спасают мои подруги, — говорит Лена. — Они знают о моем расстройстве и давно привыкли ко мне. Они могут меня успокоить, просто поговорив со мной, но иногда приезжают, проводят со мной время, помогают в каких-то самых простых вещах».
«Еще важно понять, что в состоянии постоянной тревоги очень сложно чего-то захотеть и решиться это сделать, — добавляет Маргарита. — Если у тревожного человека возникает какое-то желание, путь даже глупое, например он хочет в пять утра встречать рассвет, важно, чтобы оно исполнилось. Но, если близкие высмеивают подобные вещи, выход из “штопора” может отодвинуться на неопределенный срок».
Леонид Кулик подчеркивает: в первую очередь люди с тревожными расстройствами сами себе должны стать лучшими друзьями. «Не удержусь от совета: при таких расстройствах надо пробовать не убегать от тревожащих ситуаций, а стараться принимать их, рассматривать в деталях», — подчеркивает психолог.
Если вы хотите помочь близкому другу или родственнику, живущему с одним из тревожных расстройств, вам потребуется терпение.

Находиться рядом с таким человеком может быть непросто еще и из-за риска «заразиться» его тревогой

Потребуется осознанность, чтобы отличить ваше собственное беспокойство от подхваченного от него волнения. И самое главное как для носителя тревожного расстройства, так и для его близких — соблюдать и отстаивать свои личные границы.
Леонид Кулик рекомендует прочесть одну из этих книг, чтобы подробнее узнать о тревожных расстройствах: 

  • «Век тревожности. Страхи, надежды, неврозы и поиски душевного покоя», Скотт Стоссел;
  • «Не кормите обезьяну! Как выйти из замкнутого круга беспокойства и тревоги», Дженнифер Шеннон;
  • «Сначала мы делаем бестию красивой: новое путешествие через беспокойство», Сара Уилсон;
  • «Тревога и фобия, рабочая тетрадь», Эдмунд Борн;
  • «На краю: путешествие через беспокойство», Андреа Петерсен;
  • «Смысл тревоги», Ролло Мэй;
  • «Тонкое искусство пофигизма», Марк Мэнсон.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.